Зэка укроет тайга - Евгений Сухов

Было видно, что Анфиса устала, у взмокшего лица крутилась мошкара, однако она не жаловалась, топала рядышком, обжигая легкими прикосновениями его руку.

— Еще немного, — приободрил Аксенов, — нам только взобраться на этот склон, и мы пришли.

В ответ лишь понимающая улыбка и готовность потерпеть.

— Не нужно больше идти, — вышел из-за скалы крепкий мужчина с угрюмым взглядом.

За ним шагнул другой, немного помоложе, с узким лицом, угловатыми плечами и длинными непропорциональными конечностями.

— Ты уже пришел? — разлепил крепыш губы в дружеской улыбке.

— Здравствуй, Николай, — шагнул навстречу Дмитрий, протянув руку. Потом так же сердечно поздоровался со вторым. — Давно ждете?

— Не очень, — ответил Николай, — часа три, пока перекусили, пока присмотрелись, так что в самый раз.

— Дима, что это за люди? — встревоженно спросила Анфиса.

— Все в порядке, Анфиса, это мои хорошие знакомые, — попытался Дмитрий успокоить девушку.

— Ты мне ничего не говорил про них.

— Потому что нельзя было говорить, — строго заметил Николай.

— Эти люди…

— Я узнала их, — перебила Диму Анфиса, — это те самые, что сбежали из колонии. Их всюду ищут!

— Ты не переживай, тебе ничего не грозит.

— Ты им помогаешь?

— Да. — Показав на скуластого, вдруг добродушно улыбнувшегося, Аксенов добавил: — Это мой родной дядя, а это двоюродный брат. Они ведь из-за меня сели. Если бы они тогда не вступились, меня давно уже не было бы в живых. Они меня буквально из петли вынули.

— Ты мне и об этом не рассказывал.

— У нас с тобой будет много времени, чтобы поговорить обо всем. Нам бы только выбраться отсюда.

— И как же мы отсюда выберемся?

— Не переживай, кое — что мы уже придумали. Ты мне веришь? — мягко положил он ладони на хрупкие плечи девушки.

— Кому же мне еще верить, как не тебе, — тихим голосом произнесла Анфиса.

— Ты не спрашиваешь, где Аркаша? — напомнил о себе Николай Денисов.

— Я его повстречал по дороге…

— Вот как… И как он тебе?

— Он хотел убить нас.

— Не удивлен. Он здорово изменился в последнее время. Камчатский климат ему не подходит. И как же тебе удалось уйти?

— Не знаю, как это объяснить… но в этот самый момент на него напал медведь, а нам удалось убежать.

— Вот что значит божья кара, — невесело хмыкнул Николай. — Мы с ним тоже не поладили. Так, Петро?

— Лучше и не вспоминать, — отреагировал худой.

— Ладно, не будем о покойнике судачить. В этом случае или только хорошее, или вообще ничего. А то, что было между нами хорошего, он сумел перечеркнуть. Паспорта принес?

— Да, они у меня с собой, — постучал по карманам куртки Дмитрий. — Отдать сейчас?

— Чего же тянуть с хорошим делом? Давай сейчас, так как-то понадежнее будет, — довольно улыбнулся Николай.

Вытащив паспорта, упрятанные в полиэтиленовый пакет, Аксенов протянул один Николаю, другой — Петру.

— Та — ак, — раскрыл паспорт Николай. — Кто же я сейчас? Ага… Тихонович Стась Александрович. Вполне подходит. Надо бы запомнить. А ты кто? — посмотрел он на Петра.

— Марусев Виктор Степанович. А что? Мне нравится. Запомню быстро.

— Мы пойдем, — сказал вдруг Дмитрий.

— И куда вы собрались? — удивленно спросил Николай.

— Нам бы надо в город… Потом на вулканическую станцию.

— Окстись, мил человек, от города ничего не осталось. То, что ты называешь городом, превратилось в одно сплошное пепелище! Мы можем выбраться отсюда на сухогрузе.

— Каком таком сухогрузе?

— На самом, что ни на есть, настоящем, — хмыкнул Николай. — Японском, оставшемся еще со Второй мировой войны. Японцы всегда знали толк в кораблях.

— Как же он сюда попал?

— Долго рассказывать, как-нибудь потом.

— Но как мы поплывем на нем?

— Если ты забыл, то могу напомнить, я ведь был старпомом. На Балтике у меня был примерно такой же корабль.

— А корабль в порядке?

— На первый взгляд как будто все на месте. Так ты с нами? Уверен, на тебя уже вышли. Просто так ничего не бывает. А работать они умеют.

— Это неожиданно, — засомневался Дмитрий. — У меня были другие планы. Я просто хотел передать паспорта и уйти.

— Послушай, Дима, ты не пройдешь через горы. Там что-то невероятное происходит. Земля дрожит, из расщелин прет лава, едва ли не каждая сопка взрывается и полыхает огнем. Это просто какой-то конец света! А потом, где уверенность, что тебя не закроют за пособничество?

Они стояли на скалистом берегу, в который с негодованием громко била волна. Порой брызги разбивавшейся воды долетали до них, остужая разгоряченные лица. В глубине материка бесновались вулканы, изрыгая из себя плазменную начинку, и до слуха доносилось лишь эхо раскатов, приглушенных прибоем.

В какой-то момент Аксенову даже показалось, что произошедшее ему всего-то привиделось. И только глаза Анфисы, испуганно взиравшей на него, возвращали к действительности.

— Не упрямься, — вмешался Петр. — Пойдем с нами. Не пожалеешь! На судне кое — что имеется.

— Что именно?

— Нечто такое, что сделает твою жизнь беззаботной и приятной. А еще и детишкам вашим останется.

— Что-то я не пойму тебя. О чем ты?

— На корабле золото! Его палуба просто завалена слитками золота, и в трюме его полно. Когда выберемся отсюда, возьмешь себе золота столько, сколько сможешь унести, а потом свалишь, куда тебе заблагорассудится.

— А сухогруз большой? — с сомнением переспросил Дмитрий, посмотрев на Анфису.

— Тебя что, технические данные, что ли, интересуют? — хмыкнул Николай. — Могу сказать… Сухогруз около шестидесяти метров в длину, ширина около восьми. Просадка, думаю, метра три будет. Водоизмещение семьсот тонн. Достаточно?

— Где же сам сухогруз?

— Он находится в гроте. Видно, этот грот был для подводных лодок, где они прятались или проходили ремонт. Там работы серьезные велись, дно углубляли, тоннель расширяли. А когда надобность в нем отпала, спрятали и сухогруз. Удивительно, но о нем никто не слышал. Хотя, с другой стороны, кто сюда может сунуться? Места безлюдные, глухие. Ну, так что, идешь?

— Хорошо, — не без колебания согласился Аксенов. — Мы пойдем… А далеко идти-то?

— А мы уже на месте. Вот он, этот грот. В нем можно спрятать целый небоскреб, а уж сухогруз, так и подавно!

Спустились к самой воде, а потом по плоским камням, выложенным ступеньками, поднялись на небольшую площадку, с которой открывался щелевидный вход в пещеру.