Финт простака - Джеймс Хедли Чейз

В павшей вдруг тишине громко тикали часы. Ум мой метался испуганной мышью, угодившей в западню. Как Леггиту удалось так быстро выяснить это? Осталась какая-то предательская улика? Знает ли он, что виновник я? Какую роковую оплошность я допустил? Он пришел арестовать меня? Как-то я исхитрился взять себя в руки. Надо срочно что-то сказать, что-то правдоподобное. И поскорее, скорее!

– Убийство? Нет, не может быть!

– Вестал была убита.

– Но с чего вы вдруг решили?

– Объясню попозже. Пока мне хочется обсудить с вами ваше алиби.

– Но почему? Неужели вы думаете… я имею касательство к смерти Вестал?

– Когда погибает жена, – Леггит затушил сигарету, – муж автоматически становится подозреваемым номер один.

– Нет! Но это нелепо! – Я напустил на себя раздражение. – С чего вы вообще взяли, что тут убийство?

– Та пленка тут?

– Какая пленка? Про что вы?

– Вчера между девятью и десятью вечера вы диктовали письма. Миссис Вестал была убита между девятью и десятью. Пленка – ваше алиби, верно? Вот она мне и требуется.

– Извините, лейтенант, но на ней деловые письма. Их еще не отпечатали.

– Я копию сделаю и верну вам. Итак, где она?

– Поведение ваше крайне странно. Но раз уж она вам так нужна, – я пожал плечами, – пожалуйста. Пленка на магнитофоне.

Лейтенант подошел к магнитофону и, подняв крышку, снял бобину.

– Нацарапайте, пожалуйста, на конце ленты инициалы, – попросил он, – вот тут.

Я взял нож для бумаг и нацарапал на узкой ленте инициалы. Он буркнул что-то и засунул бобину в карман.

– Вот так. – Леггит опять уселся. – Как я понимаю, с Харджисом вы не очень-то ладите?

– Да уж. Он не любит меня, а я его. Ну и что из этого?

– Он уверяет, что видел вас в этом кабинете в десять минут десятого и еще раз – в двадцать минут.

– Ну он и правда видел. Кофе приносил, а потом пришел доложить о Блекстоне. Ну и что? Что все это значит?

– Что значит? – Лицо лейтенанта окаменело. – А то. Вы убили свою жену, и я желаю знать, как вы это проделали!

Я сидел, неотрывно глядя на него, и чувствовал, что от лица у меня отхлынула кровь. Леденящие когти страха вонзились мне в нутро.

– Я не убивал, – услышал я свой шепот.

– Убили. Жизнь готов прозакладывать. Еще в тот первый раз, как увидел ее с вами, сразу понял: беды не миновать. Вы известный любитель женщин и ни за что не женились бы на Вестал Шелли, не будь она так богата. Вам не удалось выжать из нее сколько хотели, вот вы и убили ее. Так как, черт подери, вы это сделали?

Я взял себя в руки. Лейтенант блефовал. Никаких доказательств у него нет. Не надо терять головы, нужно разоблачить его блеф – и он отступит.

– О’кей, если вы так уверены. Валяйте, арестуйте меня. – Я подался вперед, сверля его глазами.

Он вытянул огромные ножищи, большое лицо его вдруг стало сонным.

– Да, ловко вы все подстроили, Винтерс, а все-таки промахнулись. Что убили вы, сомнений нет, но я никак не разгадаю, как вы умудрились находиться в двух местах одновременно. Разговор наш не для протокола. Вестал была моим другом. Я знал ее много лет. Были у нее и недостатки, иногда с ней бывало трудновато ладить. Но она мне нравилась. И я жалел ее. Не очень-то много удовольствия она получала от своих денег. Она бы все отдала, лишь бы стать капельку покрасивее. Я относился к ней как к другу, и убийце моего друга не удастся вывернуться. Ты, Винтерс, может, и умник большой, но я обязательно разоблачу тебя. Не сомневайся!

– Да вы с ума сошли! – Я бахнул кулаком по столу. – Я сидел в этом кабинете весь вечер! Спросите Харджиса, спросите Блекстона! Они же видели меня! – Хотя я старался владеть голосом, но все-таки сорвался на крик. – Вам, Леггит, не пришить мне убийства! Вы отлично это знаете!

– Одну ошибку вы уже сделали, промахнетесь и еще. Такие хитрецы всегда в чем-то да оплошают. Я терпеливый, я подожду. Пока что, согласен, устроились вы надежно. Я уверен: убийца – вы, и алиби ваше лишь с виду железное. Не буду прикидываться, будто понимаю, как вы ухитрились находиться в двух местах сразу, но я непременно это разгадаю – и уж тогда пощады не ждите!

Я смотрел на него. Чего мне бояться? Сам признается, что победа моя. Ну а что, если он и вправду знает, что убил я? Какое это имеет значение? Доказать-то не может! Я откинулся в кресле, стараясь расслабиться.

– С чего вы вообще взяли, что убил я? Объясните, ради бога!

– Пожалуйста. Убийство вы замыслили организовать под видом аварии. Идея была такова: ваша жена едет по горной дороге, у нее лопается шина – и неуправляемая машина сваливается в пропасть. Вы подкараулили ее в гараже. Ударили по голове, отнесли в машину и погнали ее к первому же опасному повороту. В багажнике у вас была припасена шина с проколом. Поставили ее вместо хорошей и подогнали машину к обрыву. Так ведь все было, верно?

Я уже овладел собой. Ведь чуть оступлюсь – и мне конец! Это я понимал. Я твердо посмотрел на Леггита:

– Так докажите. Я весь вечер просидел в этом кабинете.

– Докажу. Обязательно, – пообещал он. – Вы, Винтерс, совершили роковую ошибку. Внутри лопнувшей шины обнаружили песок. Но ведь ни на обрыве, ни на дороге песка нет. Как же он оказался в колесе? Спорю, шина лопнула несколько дней назад, возможно по дороге на Иден-Энд. Вы поменяли колесо, а неисправное припрятали, проглядев, что в него набился песок. При проверке я обнаружил, что недостает одной гайки. Мы пошарили на дороге. И нашли. Валялась неподалеку. Что доказывает, что колесо вы меняли, а уж потом пустили машину под обрыв. Ну как? Нравится?

Я сидел застыв. Меня мутило от страха, но я старался не показать виду, что напугался.

– Докажите, – повторил я. – Сначала докажите.

– Один вы вряд ли справились бы. – Леггит подался вперед, сверля меня глазами. – Вы придумали трюк с пленкой. Какой именно, я дознаюсь, но вы были не один. Вам Ева Долан помогала? Она тоже замешана? Это она подтолкнула вас на убийство Вестал? А, Винтерс?

На лице у меня проступила испарина.

– При чем тут она? Вы свихнулись! Ни она, ни я тут ни при чем!

– А завещание вы не видели? – Он зло ухмыльнулся.

Я вздрогнул, удивленный.

– Не видел, разумеется. А что такое с завещанием?

– А то. Деньги завещаны мисс Долан.

– Ну и что? Вестал мне говорила. Она оставила мисс Долан пятьдесят тысяч. Деньги хорошие, но не такие уж бешеные, чтобы девушка из-за них пошла на убийство. Да вы сами это понимаете!

– Кто же говорит о пятидесяти? – Водянистые глаза Леггита не отпускали меня ни на секунду. – Ваша жена оставила ей тридцать миллионов. И этот дом в придачу. Да вы, Винтерс, оказывается, не такой уж умник-разумник! Вам от этого убийства перепадает три миллиона – и все! Больше вам Вестал ничегошеньки не оставила. Из-за того что секретарша такая некрасивая и унылая, она получает остальное. Новость для вас, а?