Другая миссис Миллер - Элисон Диксон

– Именно что сумасшедшая, и поэтому она сработает. Никто подумать не может, что перед ним самозванец. Я не хочу сказать, что те, кто знает Фиби, не почувствуют изменений. Но богатые женщины чуть ли не каждую неделю что-то меняют, разве не так? Все спишут на это. Ее затворничество тоже играет нам на руку. Никаких дел вне дома, никакой семьи и друзей. Если мы будем поддерживать видимость, никто ничего не заметит.

– Кроме новых соседей, о которых ты говорила. Это будет проблемой.

Надя видела в этом некоторые сложности, в частности ту, что один из них мог быть убийцей Фиби, и внезапное появление подсадной утки вызовет адский переполох. Впрочем, она даже рассчитывала на это. Она хотела знать, кто убил Фиби, тем более если для этого не требуется раскачивать лодку и оповещать мир о ее смерти.

– Сейчас я об этом не переживаю, – сказала она. – Давай сначала сосредоточимся на том, чтобы навести порядок.

Он протер лицо, а потом снова мрачно посмотрел на нее.

– Когда ты сказала «поддерживать видимость», ты имела в виду, что нам нужно жить вместе? Будто мы женаты?

Ее лицо было невозмутимо.

– Я была в гардеробе Фиби. Уайатт, это очевидно, что вы живете в разных концах дома. Ты думаешь, нам будет настолько сложно находиться под одной крышей?

Он пробормотал что-то похожее на «думаю, нет».

– Кроме того, я думаю, ты забываешь об огромной возможности, скрывающейся здесь.

– Какой возможности?

– Когда я научусь быть Фиби или когда мы начнем доверять друг другу, мы можем развестись, – на этом слове она нарисовала в воздухе кавычки, – и пойти каждый своей дорогой.

– Хорошая мысль, – сказал он, хотя все еще с оттенком сомнения.

Он нахмурился и стал ходить взад-вперед со сложенными руками, уставившись на белоснежный ковер. Он думал о чем-то еще. Она старалась быть терпеливой, потому что важно было обдумать заранее все возможные сложности, но это было очень непросто, потому что внезапно у нее возникло чувство, что ничего не получится.

– Что такое? – спросила она.

– Почему ты так хочешь избавиться от собственной жизни?

Этого вопроса она надеялась избежать.

– Тебе не приходило в голову, что это выгодный обмен? Я знаю не очень много людей, кто не променял бы свою тусклую бесперспективную жизнь на то, чтобы стать миллиардером.

У него поднялась бровь.

– Любой багаж, который за тобой тянется, будет обузой для нас обоих.

– Тебе не о чем волноваться. – Она сказала это с такой уверенностью, что сама себе поверила. Им действительно не о чем волноваться, если они сделают все правильно.

Не было похоже, что он готов довериться ей, но он покачал головой и продолжил ходить.

– Ее убийца поймет, что ты самозванка. Если предположить, что убийца не ты.

– И не ты, – огрызнулась она.

– Именно. Если это не кто-то из нас, значит, убийца где-то там. Он может прямо сейчас наблюдать за домом, ожидая начала расследования.

– Ты боишься, что убийца будет проблемой для нас?

– Да, и я бы сказал, что это более чем вероятно. Если его план не осуществится и он вдруг увидит, как тут расхаживает новая Фиби, он не поймет, что за хрень происходит. Мы рискуем потерять контроль над ситуацией. Он может не остановиться, пока не разберется и с нами.

– Или он может вздохнуть с облегчением, потому что мы все уладили, и жить дальше, – предположила Надя.

– Мы не можем позволить себе такого оптимизма. Этот человек может быть душевнобольным. Если он увидит, что кто-то играет роль женщины, которая должна быть мертва, ему может стать еще хуже.

– Ну и как нам разоблачить его? И что с ним делать дальше?

Он стал тереть лицо, будто пытаясь проснуться от кошмара.

– А ты что хочешь с ним сделать?

Она засомневалась. Слово «сделать» в данном контексте приобрело характерный зловещий оттенок, особенно в свете того, что она «сделала» с неприятностью в виде бывшего коллеги.

– Я не знаю. Но я думаю, что, идя этой дорогой, нам нужно быть готовыми замарать руки. Или так, или нам придется привыкать к наручникам.

Он медленно кивнул, будто это движение забрало всю его энергию.

– Я все еще не могу поверить, что это происходит на самом деле.

Надя ощущала то же самое. Все было каким-то нереальным, и это чувство будет только усиливаться. Даже если предположить, что проблемы Нади не будут преследовать ее и здесь.

– Нам еще многое нужно обдумать, но мне кажется, что сейчас это лучший вариант. Ты в деле?

Она протянула руку для самого важного рукопожатия в их жизни. Уайатт, пожалуйста, соглашайся. От этого зависят наши жизни. Через несколько секунд, показавшихся вечностью, он пожал ей руку.

– В деле. Бог нам в помощь. Что теперь?