Ночь, когда она исчезла - Лайза Джуэлл

Бывший муж Ким, Джим, бывает у них наездами. Он остается на несколько ночей, пока может не работать, пока его мать разрешает ему оставить ее, а затем вновь возвращается в Глазго. В каком-то смысле Ким предпочла бы, чтобы он вообще не приезжал. Пользы от его присутствия никакой — ни моральной поддержки, ни практической помощи по дому, только лишняя еда, которую нужно покупать, вечные чашки чая и простыни в стирку.

В начале августа он снова приезжает, и как только он входит в дом, Ким понимает, что с ним что-то не так. Он выглядит измученным и напряженным.

— Я только что видел эту женщину, — говорит он, роняя куртку и сумку на пол в коридоре. — Мать.

— Мэгс?

— Да. Или как ее там. Знаешь, что она мне сказала?

Ким опускает глаза. С первого дня полицейских поисков она всячески старается избегать Мэгс и Саймона. Завидев их, она переходит улицу, поворачивается и выходит из магазина.

— О господи, — выдыхает она. — Давай, говори.

— Она сказала, что, по ее мнению, Таллула и Зак сбежали. Что у них красивый и продолжительный медовый месяц. Она так и заявила: «Для них это было слишком — в столь юном возрасте стать родителями маленького ребенка. Так что я не удивлена».

Ким вздыхает и качает головой.

— А что ты на это сказал?

— Сказал, что она сошла с ума. Сказал, что ей нужно проверить голову.

— Саймон был там?

— Был.

— Что он сказал?

— Мало что.

— Ты напомнил ей, что ни один из них не использовал свой банковский счет с той ночи, когда они пропали без вести?

— Напомнил. Она сказала, что у них, вероятно, были наличные.

— Ну да, — говорит Ким, закатывая глаза. — Конечно. Они, наверное, сейчас валяются в куче купюр в люксе для новобрачных в гребаном «Ритце-Карлтоне».

— Я зол как черт, — говорит Джим. — И как только они могут так легко это воспринимать? Когда их сын… ты меня понимаешь… — И он начинает плакать.

И наконец, впервые после исчезновения Таллулы, Ким чувствует, что они с Джимом в одном и том же месте, в месте общего ужаса, ярости и гнева, и она раскрывает объятия, и он обнимает ее, и они долго не отпускают друг друга, и это первый раз, когда они так соприкоснулись за более чем десяток лет, и на мгновение Ким рада, что он здесь, рада, что ей есть с кем разделить свое горе, что он готов быть рядом с ней в этом уголке ада и поддержать ее. Но она чувствует, как его щека касается ее щеки, его пах чересчур близок к ее бедру, а его губы внезапно касаются ее губ. Она задыхается и с силой отталкивает его от себя, так сильно, что он почти теряет равновесие. Он секунду смотрит на нее, а она на него. Ким шумно дышит, а затем наблюдает, как он берет свой пиджак и сумку, открывает входную дверь и тихо закрывает ее за собой.

Скоро сентябрь. Ким видит квадратик на календаре в кухне, на котором она написала: «Таллула, снова в колледж». У нее даже нет сил плакать.

Ною исполняется год и три месяца, и он уже ходит и говорит. У Райана появляется девушка по имени Рози, с которой он все время проводит в своей комнате. У Ким заканчиваются деньги, и она вынуждена взять в банке ссуду.

Детектив-инспектор Маккой иногда звонит, чтобы сообщить что-то новое, что, пожалуй, следует называть старым. Каждый раз, когда он разговаривает с ней, становится все яснее и яснее, что у них нет никаких зацепок. Следы шин на подъездной дорожке возле «Темного места» принадлежат машине Лекси Маллиган. Видеозаписи с камер видеонаблюдения на основных дорогах в Апфилд-Коммон и его окрестностях ничего не показывают. Работодатели говорят, что Зак был хорошим парнем. В колледже Таллулы говорят, что она была отличной студенткой. Море пустых лиц, покачивания голов. Ни у кого нет объяснения, что с ними могло случиться.

Ким постоянно преследует образ Зака: вот он, в ту летнюю ночь, хватает руки Таллулы, сидя на диване в доме Скарлетт, а в кармане его куртки поблескивает кольцо. Иногда она входит в комнату Таллулы и вновь и вновь ищет нечто такое, что откроет ей тайну, собьет с этой тайны замок. Но она ничего не находит, и так проходят месяцы.

Скоро снова июнь. Ною исполняется два года, и его впервые подстригают. В годовщину исчезновения Таллулы Ким ведет по деревне процессию со свечами, пытаясь напомнить о пропавшей девушке, вновь привлечь внимание людей. Мэгс и Саймон уезжают из деревни, чтобы жить поближе к двум своим взрослым дочерям, у которых недавно родились дети. Они даже не прощаются. Ким получает для Ноя место в детском саду при церкви Святой Невесты, на четыре дня в неделю, а также устраивается на работу в паб «Лебедь и утки», в дневную смену. Она выплачивает взятую в банке ссуду. Райан и Рози расстаются, и у Райана теперь новая девушка по имени Мейбл, у которой есть квартира в Мэнтоне, и он переезжает к ней.

Так что жизнь Ким теперь такова: отвезти Ноя в сад, отработать смену в пабе, забрать Ноя из сада, сделать покупки, приготовить поесть, съесть приготовленное. Она не работает по пятницам, потому что некому сидеть с Ноем. Она в одиночестве пьет вино и смотрит передачи о неудачных пластических операциях и собаках, перенесших операцию по замене тазобедренного сустава.

И по-прежнему ничего не меняется.

Ничего не происходит.

И вдруг однажды утром в начале сентября, через пятнадцать месяцев после исчезновения Таллулы, у ее двери стоит женщина. Поразительно привлекательная женщина, с мягкими светлыми волосами, в красивом летнем платье, и эта женщина — ее зовут Софи — нашла на территории Мейпол-Хауса кольцо, и это кольцо Зака. Более того, там рядом была стрелка, которая как бы намекала, что тот, кто будет там копать, непременно его найдет.

И вот оно. Наконец. Знак того, что кто-то там что-то знает. Знак того, что история Таллулы еще не окончена.

Когда женщина уходит, Ким берет телефон и пролистывает список контактов, пока не находит номер, по которому не звонила вот уже много долгих месяцев.

— Привет, Дом, это Ким. — (Некоторое время назад она перестала называть его детективом Маккоем, а он перестал называть ее мисс Нокс.) — Есть кое-что новое.