Уловка Прометея - Роберт Ладлэм

Двое беглецов принялись с трудом пробираться между скал. Арсенал, распиханный по карманам и закрепленный на плечах или спине, изрядно затруднял их продвижение. Одежда – и белый форменный наряд женщины, и итальянский костюм Брайсона – конечно же, промокла, и беглецы дрожали от холода.

Брайсон отчасти представлял себе местность, к которой они причалили, поскольку изучал предоставленные ЦРУ подробные карты галисийского побережья Испании – участка суши, ближайшего к той точке, где, согласно данным спутниковой съемки, бросила якорь «Испанская армада». Ник полагал, что они высадились на берег неподалеку от селения Финистерре, или Фистерра, как называли его сами галисийцы. Финистерре – «конец земли». Самая западная точка Испании. Некогда эти края были западной границей известного испанцам мира – и местом, где бессчетное количество контрабандистов нашли свой ужасный, но милосердно быстрый конец на обросших ракушками скалах.

Первой молчание нарушила женщина. Дрожа всем телом, она присела на камень, запустила пальцы в волосы и сорвала белокурый парик. Под париком обнаружились коротко подстриженные каштановые волосы. Затем женщина вынула запечатанную пластиковую сумочку и достала оттуда маленькую белую пластмассовую коробочку, футляр для контактных линз. Прикоснувшись к глазам, женщина быстрым движением извлекла цветные контактные линзы и спрятала их в футляр. Теперь ее изумительные зеленые глаза сделались темно-карими. Брайсон зачарованно наблюдал за этим превращением, но помалкивал. Потом женщина достала из пластиковой сумочки компас, карту, покрытую водонепроницаемой пленкой, и крохотный фонарик-"карандаш".

– Здесь нам оставаться нельзя, это ясно. Береговая охрана прочешет каждый дюйм побережья. О господи, что за кошмар!

Женщина включила фонарик и, заслоняя светящееся пятнышко ладонью, принялась изучать карту.

– Интересно, почему мне кажется, что вам уже приходилось участвовать в подобных кошмарах? – спросил Брайсон.

Женщина оторвалась от карты и смерила его пронзительным взглядом.

– Я действительно должна вам что-то объяснять?

– Вы ничего мне не должны. Но вы рискнули жизнью, чтобы спасти меня, и мне хотелось бы понять, что к чему. А кроме того, брюнеткой вы мне нравитесь больше. Вы некоторое время назад упомянули, что изучали тут «пути поступления оружия», предположительно – в интересах Израиля. Моссад?

– В известном смысле, – загадочно отозвалась женщина. – А вы – из ЦРУ?

– В известном смысле.

Брайсон всегда придерживался того принципа, что знать нужно только самое необходимое, и не испытывал никакой потребности откровенничать.

– Ваша цель? Ваша сфера интересов? – не унималась женщина.

Брайсон на миг заколебался, прежде чем ответить.

– Давайте скажем, что я выступаю против некой организации, куда более серьезной, чем вы можете себе представить. Но разрешите и мне задать вам несколько вопросов. Почему? Почему вы это сделали? Пустили насмарку все усилия, которые затрачивали, чтобы занять это место, и даже рискнули жизнью?

– Можете мне поверить, я это сделала не по собственному желанию.

– А по чьему?

– По стечению обстоятельств. Попросту говоря, так получилось. Я совершила глупейшую ошибку, когда предупреждала вас, – попала в зону видимости камеры наблюдения. Они у Калаканиса были понатыканы повсюду.

– А откуда вы об этом узнали?

– Да просто, когда началась эта свистопляска, меня оторвали от исполнения непосредственных обязанностей и сказали, что меня хочет видеть мистер Богосян. Богосян – это главный головорез Калаканиса. То есть был главным головорезом. Когда он хотел кого-то видеть... ну, я знала, что это означает. Они проверили видеозапись. Вот с этого мгновения я поняла, что надо бежать.

– Но все равно остается открытым вопрос – почему вы меня предупредили?

Женщина покачала головой:

– Я не видела никаких причин позволять им расправиться с еще одной жертвой. Особенно если учесть, что конечная моя цель – помешать террористам и фанатикам проливать кровь невинных людей. И я не думала, что этим самым поставлю под удар собственную деятельность. Очевидно, я просчиталась.

И с этими словами женщина вернулась к изучению карты, по-прежнему пряча фонарик в горсти.

Тронутый прямотой женщины, Брайсон мягко произнес:

– Как вас зовут?

Женщина снова подняла голову и едва заметно улыбнулась.

– Я – Лейла. А вы – не Кольридж.

– Джонас Баррет, – назвался Брайсон. Вопрос о том что же он здесь делал, Ник предпочел оставить без ответа. «Пусть себе прощупывает почву, – подумал он. – Обменяемся информацией потом, когда выпадет подходящий момент. Если выпадет». Ложь, элементы легенды, вымышленные имена снова стали слетать с его уст с прежней легкостью. «Так кто же я на самом деле?» – спросил сам себя Брайсон. Мелодраматический вопрос юноши, загадочным образом перенесенный в сознание обезумевшего бывшего оперативника, который неожиданно обнаружил, что потерпел жестокое поражение. В воздухе висел гул прибоя. С маяка, возвышающегося над морем, время от времени разносился печальный звук туманного горна. Брайсон знал, что это знаменитый маяк в Кабо-Финистерре.

– Это еще вопрос, действительно ли вы просчитались, – с признательностью произнес он.

Лейла одарила его мимолетной печальной улыбкой и выключила фонарик.

– Мне нужно нанять вертолет или частный самолет, что-нибудь такое, на чем мы могли бы отсюда убраться, и побыстрее.

– Ближайшее место, где можно отыскать что-либо подобное, – это Сантьяго-де-Компостелла. Примерно в шестидесяти километрах к юго-востоку отсюда. Это главная в здешних краях приманка туристов – город паломников, святой город. Думаю, рядом с ним должен находиться аэропорт – там даже могут быть прямые международные рейсы. Возможно, там нам удастся нанять вертолет или самолет. Во всяком случае, попытаться стоит.

Женщина холодно взглянула на него:

– Вы знаете эти места.

– Не особо. Просто изучал карту.

Внезапно по берегу скользнул луч мощного прожектора, он прошел всего в нескольких ярдах от беглецов, и сработавшие инстинкты агентов-оперативников швырнули их на землю. Брайсон бросился за большой валун и застыл. Женщина, называющая себя Лейлой, распласталась за каменным выступом. Ник лежал, вжавшись лицом в холодный влажный песок. Женщина находилась всего в нескольких футах от него, и Брайсон слышал ее ровное дыхание. За всю свою карьеру Брайсону редко приходилось работать с женщинами-оперативниками, но он был уверен, хоть и редко высказывал свое мнение вслух, что из тех немногочисленных женщин, которым удавалось преодолеть препятствия, воздвигнутые наставниками – в большинстве своем мужчинами, – получались исключительно хорошие агенты. Вот и об этой загадочной Лейле он не знал практически ничего, кроме того, что она была отличным агентом-оперативником – опытным, сохраняющим спокойствие в любой ситуации.