Клетка из слов - Катриона Уорд

– Кажется, ты наткнулся на то, что нельзя купить за деньги, богатенький мальчик.

– Вот козел, – со смехом говорит он и начинает меня душить.

Обычно глаза Ская всегда полуприкрыты. Он демонстративно зевает. Говорит и двигается очень тихо и медленно. Но сейчас он действительно кажется усталым, и его лошадиный нос еще больше выдается на осунувшемся лице. Я знаю, что он мало спит из-за меня.

– Привет, Скай, – обращаются к нему проходящие мимо девушки. – Как выходные?

– Привет, – отвечает он. Я заметил, что все тут как будто давно знают Ская. С ним здороваются как со старым другом.

Когда мы возвращаемся в нашу комнату, я начинаю собирать рюкзак.

– Куда это ты? – спрашивает он.

– Этой ночью можешь поспать в одиночестве.

– Ты не обязан это делать…

– Я бужу тебя почти каждую ночь. Я потом засыпаю, а ты нет. Это нечестно. Ты пропускаешь занятия, – я вздыхаю. – Может, ты сможешь писать, если немного отдохнешь.

– Уайлдер, все в по… – но его фраза прерывается очередным широким зевком. – Но куда ты пойдешь?

– Это не твоя проблема. Может, я останусь у кого-нибудь на ночь.

– И кто же эта счастливица? – с улыбкой спрашивает Скай.

– Сладких снов, – говорю я и закрываю за собой дверь в ответ на его протесты.

У меня нет никакого конкретного плана, так что я сижу в библиотеке до закрытия, а потом иду в кинотеатр в городе. Беру билет на час ночи, на «Последний сеанс». Я смотрю фильм и время от времени одобрительно киваю. Тут темно, и в зале только я, но люди на экране как будто составляют мне компанию, так что получается ненадолго уснуть.

После окончания фильма я возвращаюсь в кампус. Из центрального двора я вижу, что в нескольких окнах ярко горит свет. Одно из них открывается прямо на моих глазах, и оттуда вырывается взрыв смеха. В темноте светит алый огонек сигареты. Женский силуэт машет длинным хвостом, холодный воздух наполняется оглушительными рифами «Перл Джем», а потом кто-то шепчет «т-с-с-с». Сигарета описывает дугу и падает, как красная звезда на темном небосводе, и окно резко захлопывается, обрывая смех и снова оставляя меня в одиночестве посреди ночи.

Я представляю, как стучусь к ним в дверь. Похоже на вечеринку.

Но я не постучусь, я знаю.

Темные головы беззвучно двигаются за стеклом, как в немом театре теней. Пару минут я просто гляжу на них. Я как будто обретаю какую-то власть, вот так наблюдая за ними. Наверное, именно это чувствовал и он. Человек с кинжалом.

Я давно заметил за столовой небольшой сарай с хлипким замком, так что иду прямо к нему и пытаюсь сбить замок камнем. Задерживаю дыхание после каждого удара, но ночь остается тихой, вокруг никого нет.

Я залезаю в усыпанное стружками помещение. Из темноты выплывают лес и деревья, нарисованные на кулисах. Видимо, театральное отделение хранит тут свой реквизит. Присаживаюсь на пыльный золотой трон, обитый бордовым плюшем. Хлопья золотой краски нежно льнут к моей одежде, оседают на волосах. Стрелки на часах медленно ползут по циферблату.

Я проскальзываю в комнату где-то в шесть утра.

Скай читает в кровати перевернутую вверх ногами книгу. На нем полосатая пижама. У него красное лицо и мокрые волосы. Он что, душ принимал? Кажется, Скай не удивлен моему приходу – наверное, слышал грохот тяжелой пожарной двери под лестницей.

– Привет, Уайлдер, – говорит он, переворачивая «В поисках утраченного времени».

– Ты спал?

– Спал, но тут было странно одному. Я скучал, дружище, – быстро добавляет он.

Я забираюсь в кровать и моментально засыпаю – если честно, даже просыпаю свое первое занятие по экономике. Проснувшись, я в панике вскакиваю. Подушка покрыта опилками и хлопьями краски, осыпавшимися с моих волос.

Я покупаю новый замок для сарая и оставляю ключ себе. По крайней мере, теперь у меня будет теплое место, куда можно уходить по ночам.

На первый взгляд дверь сарая выглядит нетронутой. Но если кто-нибудь попытается открыть ее старым ключом, тогда, конечно, возникнут проблемы. Хотя думаю, все будет нормально: в этом семестре ставят «В ожидании Годо»[11]. Режиссер решил, что героями будут американские пехотинцы, дислоцированные во Вьетнаме. Так что особых декораций там не потребуется: только синий задник и немного песка.

И мне с лета не удавалось высыпаться лучше, так что, думаю, одна-две ночи в неделю – небольшая плата.

Я не могу нигде найти ручку, так что на автомате открываю прикроватную тумбочку Ская. Из темноты на меня смотрят два блестящих глаза – я вздрагиваю, и мое сердце замирает.

Это маленькая куколка, сделанная из чего-то темного и жесткого. Шерсть? Конский волос? Нет, тоньше. Глаза как будто сделаны из кости; я присматриваюсь и вижу, что это два маленьких человеческих зуба. Я беру ее в руки. Она тяжелее, чем кажется.

– Что ты делаешь? – я вижу бледного Ская, который смотрит на меня выпученными глазами. Я кладу куклу обратно в ящик и вытираю потные руки о брюки. Мне стыдно, как будто я вторгся в его личную жизнь.

– Я не хотел… я искал ручку.

Скай натянуто улыбается, лезет в карман и протягивает шариковую ручку.

– Что это? – спрашиваю я. – Что за кукла?

Сначала мне кажется, что он не ответит. Но потом Скай говорит.

– Она магическая. Помогает уничтожать врагов. – Я не могу удержаться от смеха, когда он произносит эту фразу своим нежным голосом. Но потом вижу его лицо.

– Но что это, Скай?

Он тяжело опускается на кровать.

– Когда я был маленьким, со мной кое-что случилось. Я этого не помню, но родители испугались до смерти. Мама клянется, что это меня изменило. Что после этого я стал другим. Знаешь, мои родители очень верующие люди. Так что в нашем доме ни для чего необычного места