Код Бытия - Джон Кейз

Кэти, кажется, было двенадцать лет, а ему семь. Они жили в Кентукки и в тот момент находились в лодке посередине озера, скрываясь от Джози и всех остальных. Кэти, лежа на носу лодки, читала журнал. На ней были прописанные доктором и приобретенные всего две недели назад на ее день рождения солнцезащитные очки в роскошной белой оправе. Кэти без ума от своего нового приобретения и не снимает очки даже поздним вечером. На время чтения она подняла их на голову, но, вставая, неловким движением сбросила очки за борт. Джо до сих пор слышит ее вопль и видит, как очки медленно опускаются на дно. Достать их, казалось, не составляло труда, но, несмотря на то что Кэти тотчас прыгнула в воду, а позже они искали их с масками и дыхательными трубками, очки исчезли навсегда.

И вот сейчас во сне он видел покоящиеся на дне озера очки. Дужки их аккуратно сложены. Джо ныряет и ныряет, но поблескивающие стекла превращаются то в обломок кварца, то в банку из-под пива, то просто в отблеск. Каждый раз он возвращается на поверхность с пустыми руками. Ласситер проснулся с тем же чувством, которое овладело им и тогда, – ему казалось, что он предал свою сестру.

Явившись наутро в офис, он застал Фредди Декстера за украшением рождественской елки в приемной. Увидев Ласситера, Фредди сунул коробку с игрушками секретарше и помчался вслед за шефом.

– В чем дело? – спросил Ласситер.

– Стекляшка, – ответил Фредди с откровенно самодовольным видом.

– Что? – удивленно спросил Ласситер.

– Флакончик.

– Ах да. Поговорим в моем кабинете.

Они прошли в офис, и Ласситер жестом велел Фредди располагаться. Усевшись за стол, он поднял трубку телефона.

– Кофе хочешь?

Фредди отрицательно покачал головой, и Ласситер, положив трубку на место, откинулся в своем кресле. Молодой человек прокашлялся и начал:

– Эта стекляшка гораздо любопытнее, чем вы подумали.

– Вот как?

– Да. Конечно, сквозь нее можно смотреть, из нее можно пить, но это только начало. У бутылки масса других интересных свойств.

– Отлично. Я надеялся, что такие найдутся.

– Если желаете, я могу рассказать о пластических свойствах стекла, о металлических трубках для дутья.

– Что это за штуки?

– Воздуходувные трубки, изобретены в Месопотамии. Нет, серьезно, вы не представляете, насколько сложно было получить прозрачное стекло.

– Ты совершенно прав. Абсолютно не представляю.

Фредди самодовольно ухмыльнулся и продолжил:

– Никому не удавалось регулярно добиваться прозрачности примерно до 1400 или 1450 года. Но современные люди должны этому только радоваться, ибо в силу данного обстоятельства они имеют старинные витражи вместо прозрачных стекол. Итак, ваша бутылочка…

– Ну наконец-то… – вставил Ласситер.

Фредди, полностью презрев сарказм босса, продолжил:

– …ваша бутылочка – вершина мастерства. – И, сделав паузу, добавил: – Для своего времени, естественно.

– Ты хочешь сказать, что она такая древняя?

Фредди поерзал в кресле.

– Не исключено. Мы работаем с фотографией, и без самого флакона точно сказать нельзя. Но если это подделка, то очень хорошая. Ведь в конце прошлого – начале нашего века итальянцы подделывали все: статуи, одежду, церковные реликвии, стекло, – одним словом, все что угодно. Тогда произошел первый взрыв туризма. Приезжали из Штатов и других мест, и для антиквариата открылся безбрежный рынок.

– Итак, о флаконе…

– Старинный или в худшем случае копия тех, которые церковники использовали в средние века…

– Что?

– Для святой воды. Я переговорил с дюжиной экспертов – женщиной из «Кристи» и ребятами из Смитсоновского института. Они едины во мнении. Такие флаконы – а следовательно, и тот, найденный у вашего парня, – производились на стекольной мануфактуре на острове Мурано, в Венецианской лагуне. Если судить по маркировке и короне на пробке, этот сосуд некогда принадлежал рыцарю ордена тамплиеров. Подобные флаконы они брали с собой в крестовые походы.

Фредди с довольным видом откинулся на спинку кресла.

– Крестовые походы… – тупо повторил Ласситер, глядя на юное дарование.

– Да. Тамплиеры сражались против ислама.

– И они держали в таких флаконах святую воду?

– Да. В те времена, – продолжил Фредди, – святая вода считалась весьма важной субстанцией, и ее хранили в стекле. А для других жидкостей использовали глиняные сосуды. Если хотите, я расскажу вам о флаконах для святой воды. Марко Поло, например, захватил такой, отправляясь в Китай, если верить, что он отправлялся именно туда. Но это уже совсем другая история. Так или иначе, мне сказали…

– Ты не мог бы изложить это письменно?

– Само собой, – сказал Фредди, хлопая по блокноту, торчащему из нагрудного кармана рубашки. – Я напишу для вас меморандум. Но я подумал, что вы захотите узнать все немедленно. Итак, итог. Мы имеем дело с сосудом для хранения святой воды.

– Благодарю, – ответил Ласситер, – ты отлично поработал.

Расследование Фредди еще больше сгустило туман, и недоумение Джо только возросло.

– Рад стараться, – ответил Фредди. – Ну, я пошел.

Во второй половине дня явился курьер с прикованным к руке (как и говорил Вуди-Дятел) атташе-кейсом. Он попросил Ласситера предъявить удостоверение личности с фотографией и, сравнив фото на водительском удостоверении с физиономией стоящего перед ним человека, вынул из кармана ключ и открыл кейс.

Достав оттуда пакет из толстой желтой бумаги, он предложил Ласситеру расписаться в небольшой черной книжке. После этого вручил ему пакет, защелкнул замок атташе-кейса и, не проронив больше ни слова, вышел.

Как только за посланцем закрылась дверь, Ласситер вскрыл пакет и извлек из него тонкую папку с приклеенным на ней желтым листком бумаги. На листке было начертано:

«Подбеги завтра 06.00 ко мне.

Грейт-Фоллз. Смотровая площадка».

На самой папке значилось: «ГРИМАЛЬДИ ФРАНКО». Там же имелась дата – 29/1/89, – степень секретности и стояли подписи тех, кто ознакомился с документами. Была там и надпись «Но Заг!», обозначавшая, насколько помнил Ласситер, категорический запрет вывоза данных материалов за пределы Соединенных Штатов.

Первая страница досье в основном состояла из имен и дат.

Франко Гриджио, Франк Гуттман, Гутиеррес (И.Н.).

«Что же, я помогу вам разобраться с этим И.Н.», – решил Ласситер. Сокращение означало: «Имя неизвестно». «Надо не забыть сказать Вуди, что Гутиеррес – Хуан», – подумал он.

Род.: 17/3/55 в Розарно, Калабрия.

Мать: Витториа Патуцци.