6-я мишень - Максин Паэтро

Мы с Юки сидели напротив друг друга за столиком бара Макбейна. Моя подруга выглядела усталой, подавленной и обеспокоенной. Или, если уж начистоту, так, словно сама себя отдубасила до полусмерти.

— Я не должна была тебя отпускать, — сказала она после того, как мы сделали заказ. Свободных мест в зале почти не осталось; вокруг сидели адвокаты со своими клиентами, полицейские и прочий люд, чьим местом работы был Дворец правосудия, и Юки приходилось почти кричать, чтобы перекрыть неумолчный гул голосов. — Нужно было спросить, что ты подумала, когда Бринкли сказал насчет голосов.

— Кого интересует, что я подумала? Не такая уж я важная птица. Да это и не важно.

— Важно. Еще как важно. — Юки провела ладонью по слегка растрепавшимся волосам. — Сержант Боксер, что вы подумали, когда мистер Бринкли заявил, что слышал голоса, приказывающие ему убивать?

Я пожала плечами.

— Ну же, Линдси. Что бы ты сказала? Что подумала, будто он уже подготавливает сцену для своей будущей защиты, так ведь? Ты подумала, что он планирует разыграть из себя невменяемого, верно?

— Юки, успокойся. Всего не предусмотришь. Ты прекрасно делаешь свое дело. Я серьезно.

Она хмыкнула.

— Только вот толку мало. Микки такой ловкач, что все минусы превращаются у него в плюсы. «Мой подзащитный убивал людей без всякой на то причины? Значит, он безумен».

— Но больше ведь у него ничего нет. Вся ставка — на невменяемость. А Бринкли сегодня отнюдь не выглядел сумасшедшим, о чем я и сказала. Вот увидишь, присяжные не поверят Бринкли на слово, и как бы Микки ни упирал на голоса, этот фокус не пройдет.

— Да, — горько усмехнулась Юки, терзая ни в чем не повинную салфетку. — Хотела бы я знать, что говорила Марсии Кларк ее лучшая подруга перед тем, как присяжные оправдали О. Джея Симпсона. «Не волнуйся, Марсия. Никому нет никакого дела до этой перчатки…»

Я откинулась на спинку стула, чтобы не мешать Сиду поставить на стол тарелки с бургерами и жареной картошкой.

— Знаешь, я спускалась по ступенькам после заседания и видела Микки в окружении толпы репортеров. Помню, прошлым летом мы все были от него в полном восторге, восхищались его талантом, называли волшебником. А теперь я смотрю на него и думаю: ах ты свинья!

Юки даже не улыбнулась.

— Послушай, — я протянула руку, погладила ее по запястью. — У тебя все получается, ты прекрасно держишься, владеешь ситуацией, а самое главное — тебе верят.

Она шмыгнула носом.

— Ладно, ладно. Хватит хныкать. Спасибо тебе. За свидетельство. За поддержку.

— А теперь, подружка, сделай, пожалуйста, кое-что для меня.

— Мм-м?..

— Подзаправься. Подбрось в себя немного калорий и избавься от сомнений.

Юки взялась было за гамбургер, но тут же положила его на тарелку, даже не попробовав.

— Знаешь, что со мной происходит, Линдси? Я допустила ошибку. А в таком деле ошибки недопустимы. Даже одна может свести на нет все усилия. Сегодня я впервые почувствовала, что могу проиграть дело.