Исчезающая в бездне - Астрид Шольте

В глазах у Элизии стояли слезы.

– Думаешь, нам не удастся проскочить мимо него?

– За последние два года я так или иначе общалась со всеми присутствующими здесь людьми, поэтому мне не удастся проскочить незамеченной.

Она схватила меня за руку.

– Мы справимся. – Я была рада тому, что нас двое, но сейчас это вряд ли нам поможет. Может, лучше разделиться и надеяться на лучшее?

Я огляделась вокруг. В самом центре рынка танцевала прежняя труппа Элизии, даже не догадываясь, что их любимая наставница стоит в нескольких метрах от них.

– Марса живет возле рынка, – сказала я.

Элизия моргнула, чтобы скрыть слезы.

– Марса?

– Это она купила мамин сундук.

Элизия рассеянно кивнула. Она ушла в себя, предыдущие несколько часов дались ей нелегко. Мне самой придется думать, как нам выбраться отсюда.

Можно попробовать проскользнуть мимо него, но в такой плотной толпе, да притом что все нас ищут, это все равно что ловить селедку в бочке.

Элизия вновь скрыла лицо за платком. Все прекрасно знали не только меня, но и ее, поскольку она выступала на рынке каждый вечер.

Я сняла ее нелепую маскировку.

– Что ты делаешь? – воскликнула она.

– Несмотря на то, что здесь наши враги… – И я указала на охранника с Палиндромены, который прочесывал рынок. – У нас есть и друзья.

– Ты про Даона? – спросила она еле слышно, и в ее голосе звучала такая боль, что у меня сердце разрывалось от жалости.

– Да, друзья, которые сделают все, чтобы защитить тебя, когда узнают, что ты жива.

Она теребила в руках платок.

– Что ты задумала?

Танцоры размахивали голубыми полосками ткани, изображая волны, на их лицах был голубой грим, на фоне которого выделялись черные глаза. Они по очереди сбегали вниз к воде, а затем снова поднимались к зрителям, разбрасывая вокруг себя множество брызг, сверкающих в свете фонарей и молний. Они были похожи на морских обитателей из другого мира. Частью океана, который дарил или отнимал жизнь, как в случае с Элизией.

– Жди здесь, – сказала я, – у меня есть идея.

Элизия стояла там же, где я ее оставила, спрятавшись в тени лавки, в которой продавали алкогольный напиток с примесью толченого коралла. Хозяин лавки заявлял, что он позволял стать ближе к Подводным богам и защищал от ужасных гроз и опасных приливов.

– Куда это мы? – спросила юная танцовщица, идя вслед за мной. На ней была корона из бежевых ракушек и золотых жемчужин, переливавшихся на фоне черных волос и смуглой кожи. На вид ей было не больше десяти лет. Она была тоненькой, как нитка водорослей. Зато она была согласна нам помочь. Едва я произнесла имя Элизии, как она тут же пошла за мной. Ученики Элизии были верны ей даже после ее смерти.

Я указала девочке на то место, где пряталась сестра. Маленькая танцовщица ахнула, когда Элизия вышла из тени и встала под фонарем из кораллов.

– Ты жива! – Темно-карие глаза девочки вспыхнули, как лунная дорожка на море.

Элизия протянула ей руку.

– Нам нужна твоя помощь, Карни.

Карни посмотрела на нас, пытаясь прийти в себя.

– Что нужно будет делать?

– Темпе? – спросила Элизия, ведь она не знала о моем плане.

– Нам нужна одежда. – Я показала на костюм девочки. – И грим.

– Маскировка, – сказала Элизия с улыбкой, чтобы не пугать ее.

Девочка испуганно выдохнула:

– У вас неприятности?

Взглянув на меня, Элизия ответила:

– Так, ерунда. Нам нужно незаметно уйти с Весеннего Прилива, но нас разыскивают одни люди.

– Кто они? – спросила Карни и выразительно посмотрела на меня, будто бы это была моя вина. Скорее всего, так оно и было.

– Они не хотят, чтобы Элизия была жива, – сказала я решительно. – По их мнению, она должна снова умереть.

У Карни перехватило дыхание:

– Значит, ты была мертва, а теперь…

Элизия едва заметно улыбнулась.

– Я жива.

– Палиндромена, – сказала Карни вполголоса. Судя по всему, она ни разу не видела ожившего человека. Что ж, можно было только порадоваться за нее.

– Так ты нам поможешь? – спросила я прямо.

– Да, – ответила она и быстрее побежала обратно, чтобы никто не заметил ее отсутствие на сцене.

– Могла бы быть поласковее! – упрекнула меня Элизия.

– Сейчас не время, чтобы заводить новых друзей, – фыркнула я.

– Она помогает нам только потому, что она моя подруга.

Я отвернулась, понимая, что она права. Элизии ничего не стоило быть милой с людьми. Она инстинктивно понимала, как с ними общаться, в то время как я все время задумывалась над тем, что сказать, и в итоге у меня ничего не клеилось.

Очень скоро Карни вернулась обратно, у нее на талии был завязан голубой пояс, под которым оказались два костюма.

– Я передала все нашей труппе, Элизия! – сказала она, при этом ее глаза сверкали от волнения. – Они помогут тебе с сестрой всем, чем могут.

Я взяла протянутый мне костюм.

– Спасибо.

– Мы на все готовы ради Элизии, – произнесла она твердо.

– Спасибо, Карни, – ответила Элизия. – Ты готова? – обратилась она ко мне.

Мне не нравилось быть в центре внимания, и я легко могла все испортить. Но разве у меня был выбор?

– Готова.

Мы нанесли грим на лицо и вышли на сцену.

Элизия тут же начала танцевать, так как прекрасно помнила все движения. В конце концов, она сама поставила этот танец. Я же старалась размахивать полотнищем в такт музыке и чувствовала себя нелепо. Наверняка зрители заметили мои неловкие ужимки, ведь я никогда не умела хорошо танцевать.

Кажется, это была не лучшая идея.

Пока Элизия сосредоточилась на танце, я изучала глазами публику. Некоторые зрители не отрывали глаз от сцены, другие нашли себе иное развлечение: они смотрели на молнии, озаряющие небо, или внимательно изучали дно своего стакана, чтобы хотя бы на время забыть о недугах.

Вдруг я поймала на себе взгляд Элизии и заметила, что она улыбается. Впервые с момента оживления она выглядела счастливой и получала огромное удовольствие, выступая перед людьми. В последний раз. Я привезла ее сюда не для того, чтобы она смогла попрощаться с прошлым, но это вышло само собой. Кажется, Элизии удалось найти что-то положительное в происходящем с ней.

Она поднимала над головой руки, а затем подтягивала плечи, делая вид, что пытается выплыть, оказавшись под водой. Мне только кажется, или сегодня она была еще пластичнее, чем раньше? Быть может, океан стал частью ее, отняв у нее жизнь?

Интересно, это плод моего воображения, или на