Контракт Паганини - Ларс Кеплер

Йона быстро прошел по коридору к кабинету шефа. Комиссар собирался рассказать о том, что Бьёрн Альмскуг писал Пальмскруне. К его удивлению, дверь кабинета была распахнута. Карлос Элиассон выглянул в окно, после чего снова сел за стол.

— Она все еще здесь, — сообщил он.

— Кто?

— Мать этой девушки.

— Клаудия? — Йона тоже подошел к окну.

— Она там стоит уже час.

Йона выглянул, но Клаудии не увидел. Прошел какой-то папа в синем костюме, с королевской короной на голове. Папа вел девочку, одетую в розовое платье принцессы.

И тут, прямо напротив широких дверей Управления полиции, комиссар увидел ссутулившуюся женщину, стоявшую возле немытого пикапа «мазда». Клаудия Фернандес. Женщина стояла неподвижно, не отрывая взгляда от входа в Управление.

— Я вышел и спросил, кого она ждет. Подумал, что ты договорился с ней встретиться и забыл…

— Нет, — тихо ответил Йона.

— Она сказала, что ждет свою дочь, Пенелопу.

— Карлос, давай поговорим.

Однако Йона не успел приступить к рассказу о письме Альмскуга. В дверь легонько постучали, и вошел Вернер Санден, шеф отдела, ответственного за меры безопасности.

— Рад видеть, — произнес рослый гость, пожимая Карлосу руку.

— Здравствуй, здравствуй.

Вернер поздоровался с Йоной, потом быстро оглянулся и пробасил:

— Куда делась Сага?

Сага медленно вошла в кабинет. Ее хрупкая светлая фигурка словно бы отражала серебристое сияние аквариума.

— Я и не заметил, что ты отстала, — улыбнулся Вернер.

Карлос повернулся к Саге. Похоже, он сомневался, удобно ли это — пожать руку лесной фее, и потому ограничился тем, что отступил на шаг и сделал приглашающий жест.

— Добро пожаловать к нашему шалашу, — натужно-витиевато произнес он.

— Спасибо.

— С Йоной Линной вы уже знакомы.

Длинные волосы Саги блестели, но взгляд был жестким, а зубы крепко стиснуты. На лице выделялся белый шрам, пересекавший бровь.

— Чувствуйте себя как дома! — добавил Карлос. Ему почти удалось изобразить радушие.

Сага села на стул рядом с Йоной; держалась она скованно. Карлос выложил на стол блестящую папку, на которой значилось — «О совместной работе отделов полиции». Вернер в шутку по-ученически поднял руку, и в кабинете раздался его низкий голос:

— С формальной точки зрения расследование целиком принадлежит Службе безопасности. Но если бы не уголовная полиция и Йона Линна, мы бы так и топтались на месте.

Вернер указал на папку, и Сага покраснела до корней волос.

— Мы и с уголовной полицией не очень-то далеко продвинулись, — буркнула она.

— Что? — Вернер повысил голос.

— Йона всего лишь нашел отпечаток ладони и обрывок фотографии.

— И теперь у тебя… благодаря ему ты получила информацию о том, что Пенелопа Фернандес жива и ее преследуют. Я не утверждаю, что это исключительно его заслуга, но…

— Да фигня все это! — закричала вдруг Сага и сбросила бумаги на пол. — Какого черта мы сидим тут и его нахваливаем?! Ему вообще нечего там было делать, ему даже нельзя было знать, что Даниэль Марклунд…

— Но он уже это знает! — перебил Вернер.

— Это был засекреченный материал! — не унималась она.

— Тебе тоже не следовало там быть! — жестко сказал Вернер.

— Да, но тогда бы…

Сага внезапно замолчала.

— Теперь мы можем продолжить обсуждение? — спросил Вернер.

Сага с полминуты смотрела на шефа, потом повернулась к Карлосу:

— Извините. Мне очень стыдно, что я сорвалась.

Она нагнулась и принялась подбирать с пола разбросанные документы. Ее лоб покрылся злыми красными пятнами. Карлос попросил ее оставить бумаги лежать на полу, но Сага подобрала все, сложила по порядку и вернула на стол.

— Мне ужасно стыдно, простите, — повторила она.

Карлос кашлянул и медленно повернулся к ней:

— Мы все же надеемся, что вклад Йоны Линны… или как это еще можно назвать… позволит вам подключить комиссара к расследованию.

— Говоря серьезно, — сказала Сага Вернеру, — мне совершенно не хочется отзываться о ком-то плохо, но я не понимаю, почему надо вводить Йону в состав следственной группы. Он нам не нужен. Да, благодаря ему мы сдвинулись с мертвой точки, но…

— Я готов согласиться с Сагой, — вмешался Йона. — Я уверен, что вы нашли бы отпечаток руки и обрывок фотографии и без моей помощи.

— Возможно, — согласился Вернер.

— Я могу идти? — сосредоточенно спросила Сага у своего шефа и поднялась.

— Но вот чего вы точно не знаете, — настойчиво продолжал комиссар, — так это того, что в день убийства Виолы Бьёрн Альмскуг тайком связывался с Карлом Пальмкруной.

В кабинете воцарилась тишина. Сага снова тихо села на стул. Вернер подался вперед, дал мыслям улечься, откашлялся и спросил своим приятным низким голосом:

— Так что же, смерть Пальмкруны имеет какое-то отношение к гибели Виолы Фернандес?

— Йона? — вопросительно поинтересовался Карлос.

— Да, две эти смерти связаны.

— Все сложнее, чем мы думали, — почти прошептал Вернер. — Это же…

— Отличная работа, — несколько неестественно улыбаясь, похвалил Йону Карлос.

Сага Бауэр скрестила на груди руки и уставилась в пол. На ее лбу опять выступили красные пятна.

— Йона, — Карлос осторожно кашлянул, — я не могу действовать через голову Петтера, он все-таки руководит предварительным следствием. Но я могу, например, одолжить тебя Службе безопасности.

— Что скажешь, Сага? — спросил Йона.

— Это было бы замечательно, — быстро ответил Вернер.

— Руководитель расследования — я, — сообщила Сага, поднялась со стула и вышла.

Вернер извинился и последовал за ней.

Серые глаза Йоны холодно сверкнули. Карлос, по-прежнему сидевший на стуле, кашлянул и сказал:

— Она еще молодая, попробуй… я хочу сказать — не надо ее обижать. Позаботься о ней.