Дважды не живут - Владимир Тучков

– Да как же я с «Кольтом» против двух джипов? Ты в своем уме?

– Ладно. Шри-Ланка. – «Тигры освобождения Тамил Илама». Тамильские девушки, непременно девственницы, обвешиваются взрывчаткой и взрывают себя вместе с приговоренной жертвой.

– Стрелка, пойдешь? – спросил Танцор с идиотической серьезностью.

– Я не девственница, – ответила та совершенно адекватно. – Следопыт, на хрена я тебе кофе варила? Что у тебя с мозгами?

Следопыт взял нетронутый кофе и начал отхлебывать. С выражением на лице типа: «И зачем я бисер перед свиньями мечу?»

Потом смирил гордыня» и продолжил:

– Согласен. Тогда в Испании есть баскские сепаратисты, организация «Эускади Та Аскатасуна», сокращенно – ЭТА, что означает «Баскская родина и свобода». Так вот они очень эффективно используют взрывчатку. Например, прошлым летом одному журналисту прислали по почте посылку. Там книга Достоевского «Преступление и наказание», естественно, на испанском языке. А в книге вырезаны страницы по центру. И – бомба.

– Вряд ли Председатель что-нибудь читает, – скептически сказал Танцор. – Так что это тоже не выгорит.

– А ты не торопись. У басков основной прием – это машины-бомбы с радиоуправлением. Набивают какую-нибудь букашку взрывчаткой, ставят у обочины, а когда мимо проезжает клиент, нажимают на кнопку.

– Ну-ка, ну-ка, ну-ка, – оживился Танцор. – Похоже, это то, что нам надо. И сколько надо динамита?

– Сейчас, подожди… – Следопыт, побегав пальцами по кейборду, отыскал нужное место. – Вот что пишут:

В Испании опять отличились баскские террористы из организации ЭТА, в связи с чем объявлен двухдневный траур. В результате взрыва автомобиля, начиненного 20 килограммами взрывчатки, в городе Сан-Себастьяне погибло три человека и 66 ранено. Причем шестеро находятся в крайне тяжелом состоянии. Теракт, несомненно, относится к крайне циничным и жестоким акциям боевиков ЭТА.

Объектом покушения стал 69-летний генерал Хуан Франсиско Кероль Ломбарде?» – член военной коллегии Военного трибунала Испании. Вместе с нам заживо сгорела шофер и телохранитель. Бомба сработала от дистанционного взрывателя, когда мимо проезжал автомобиль судьи. Из-за того, что трагедия произошла в час пик, место преступления имело жуткий вид: десятки сгоревших а взорвавшихся автомобилей, полностью выгоревший рейсовый автобус, выбитые в радиусе трехсот метров оконные стекла, пробирающиеся через пылающий ад врачи скорой помощи.

– Блин! – не выдержала Стрелка. – Да что же за скоты такие?!

– Почему скоты? – не согласился Танцор. – Борцы за национальную независимость. А то, что шестьдесят шесть посторонних человек пострадало, так это свои же, баски» Потому что Сан-Себастьян – это город в провинции Страна Басков. Борьба, Стрелка, она требует жертв.

– Ты это серьезно?

– Ну что ты, милая! Конечно же, они – скоты. Кстати, меня в Мадриде в девяносто четвертом, когда на гастролях был, чуть не взорвали, в уличном кафе. Так что я этот сепаратизм чуть на своей шкуре не испробовал.

– Ну что, – предложил Следопыт, допивая последний глоток кофе, – останавливаемся на этом варианте?

– Да, конечно. Это самое оно. По-другому до него не добраться. Но, конечно, без лишних жертв. Поставим машину где-нибудь при въезде во двор банка. Не рядом со шлагбаумом, потому что проверять будут, а на некотором расстоянии. Кстати, сколько у тебя взрывчатки?

– Пять кило. Этого, конечно, мало.

– Купишь еще тридцать.

– Перебора не будет?

– Думаю, нет. Надо сработать наверняка. Потому что повторить нам не дадут.

– Так дорого, тридцать кило-то, – начал скупердяйничать Следопыт.

– Ничего, Весельчак тебя пятьюдесятью штуками отоварил. И из Трейда немало умыкнул. Так что не прибедняйся. И еще надо будет купить радиодетонатор. У тебя ведь с таймером?

– Да, надо.

– Ну вот и отлично, – решил подвести черту Танцор. – Ты с Дедом готовишь техническую часть проекта. И чтобы машина была не слишком ржавая, чтобы подозрения не вызвала. Я занимаюсь разведкой, хронометрирую, вычисляю и все такое прочее. Кстати, может, посмотришь какой-нибудь учебник по подрывному делу? Чтобы на хрен весь их небоскреб не обрушить.

– А я? – спросила Стрелка. Спросила кокетливо, прекрасно понимая, что ей ответит Танцор, когда уйдет Следопыт. Спросила, предвкушая, как скоро будет кричать в беспамятстве: «О! О, Мамочка! Ох! Мамочка! Блядь! Мамочка! О-О-О!»

Собственно, так оно и вышло. По батареям, правда, никто не стучал, поскольку в этот период суток все жильцы дома в поте лица добывали свой нелегкий хлеб. Кто у станка, кто в офисе, кто у прилавка, кто в забое, кто у штурвала, кто в трамвае, ловко вытаскивая у растяпистых пассажиров до двадцати кошельков за рабочую смену.

И лишь молодые мамаши, прокатывавшие в колясках младенцев, останавливались под окнами и зачарованно вслушивались в яростную песнь всепобеждающей любви. И румянец приливал к их щекам. И грудь набухала молоком. И увлажнялись глаза… Впрочем, не только глаза. Но не будем, не будем о физиологии, поскольку речь идет о любви. О всесокрушающей.

* * *

Через два дня все было готово. «Жигуль» четвертой модели, начиненный третью центнера динамита, стоял в пятидесяти метрах от въезда во двор Трейд-банка. Переулок был глухим и безлюдным, что позволяло свести к минимуму риск причинить вред ни в чем не повинным людям.

Радиоуправление детонатором и приемник сигнала были усовершенствованы Дедом, который ввел в схему какой-то свой коронный дроссель, им самим же и намотанный на ферритовое кольцо, а потом слегка оплеванный, словно червяк для поимки крупной рыбы. Устройство было неоднократно испытано «всухую», продемонстрировав стопроцентный положительный результат при расстоянии между источником и приемником радиосигнала до пятисот метров.

Танцор сидел в машине, стоящей задом к бомбе и лицом навстречу движению «Мерседеса» Председателя и двух джипов сопровождения. Сидел и напряженно ждал.

Пока проезжали лишь банковские клерки средней руки. Нижнее звено уже вовсю трудилось, стуча по кейбордам, словно зайцы-барабанщики. Председатель должен был появиться последним. Таковы законы служебной драматургии: «Я – начальник, ты – дурак, поэтому я должен приезжать лишь тогда, когда с тебя сошло как минимум два пота».

Справа на сиденье лежала заветная коробочка. Уже включенная, о чем свидетельствовал мигавший красный светодиод. Оставалось лишь нажать кнопку.

На «Жигуле» Танцора были установлены ставропольские номера, а в руках он демонстративно держал атлас московских улиц, что не должно было вызвать подозрения у охраны. Обычный ставропольский чайник, а не обычный московский киллер.

Танцор сидел и напряженно ждал, глядя на дорогу поверх атласа.