Крокодилий сторож - Катрине Энгберг

В пятницу утром Йеппе проснулся рано от того, что огонь изжоги молниеносно проник в гортань. Краем глаза он заметил, что еще не рассвело. То есть еще и пяти не было. Стык двух диванных подушек впивался в кожу в области плеч. Он лежал с закрытыми глазами, пытаясь привести в движение пальцы на ногах, затем щиколотки, икры и далее выше по телу. «Мои пальцы дрожат, мои пальцы дрожат», – внушал он себе, однако в эту мантру то и дело вторгались посторонние мысли. Почему Кристофера Гравгорда убили менее чем через двое суток после убийства Юлии Стендер? Мои пальцы дрожат. Надо бы поссать. Пятки. Щиколотки. Его отпечатки пальцев обнаружены в квартире – каким образом он замешан в преступлении? Спокойный вдох через нос, выдох через рот. Как связан аборт Юлии Стендер с ее смертью? Перевернуться на живот и начать с начала.

На полке рядом с диваном стояла фотография Терезы, которую она великодушно оставила, смывшись со всеми остальными вещами. Он тысячу раз собирался ее выкинуть, но так и не смог заставить себя это сделать. Все-таки тут его воспоминания, его жизнь. Снимок был сделан в День всех влюбленных в Тиволи, они тогда сразу повздорили, и лишь скаредность не позволяла ему прервать прогулку и отправиться домой в Вальбю. Это было сразу после очередного этапа лечения, окончившегося безрезультатно. Безрадостная прогулка для них обоих. Тереза долгими взглядами провожала радостных ребятишек в саду, а Йеппе, мрачно размышляя о недостатках своей спермы брел рядом; нелепость, которая в то же время его злила.

Йеппе было больно лежать на животе. Но и на спине лежать было тоже больно. Весной его обследовали, но не нашли никакого намека на пролапс межпозвонкового диска. Врач даже не пытался скрыть, что, по его мнению, все дело в психосоматике.

На фотографии Тереза сидела с глазированным яблоком, за которым выстояла целую очередь и которое ей в итоге совершенно не понравилось. Но фотография была милой. Тереза смотрела прямо в объектив, прищурившись от солнца, с чуть заметной улыбкой, на которую отзывались глубины его сердца. У того, кто любит, жесткая шелуха отстает от сердца и прилипает к ладоням. Так всегда говорила бабушка, лаская его своими грубыми руками.

Йеппе встал. На часах было 05.12, и он был готов начать день, раз уж спать больше не получалось. Внутри у него будто бы произошло какое-то слияние коммун. Быстрый душ и миска зерновых хлопьев немного привели его в чувство, и, усевшись на кухне с кофейником крепкого кофе, он был более или менее готов к новому дню.

Взяв в руки книгу Эстер, он начал ее листать. Уже после поверхностного осмотра тела вечером в театре Нюбо уверенно заявил, что Кристофер не мог погибнуть по своей воле. И это снимало с него обвинения в убийстве Юлии. Вот только почему он оставил большой, жирный отпечаток ладони со следами латексных перчаток на двери в квартире Юлии? И почему он был убит спустя два часа после идентификации этого отпечатка? Кристофер, должно быть, что-то знал.

Йеппе осушил чашку с кофе, на зубах осела горькая гуща. Если не получается увидеть картину целиком, нужно сосредоточиться на соответствиях, которые получается установить. Человеком, который в данный момент являлся связующим звеном между убийствами Юлии и Кристофера, была Эстер ди Лауренти. Оставлять ли ее и дальше в покое только в силу ее возраста и благопристойного вида? Она написала книгу, ключевую для убийства, случившегося в ее доме, и при этом не располагает алиби на вечер, когда преступление было совершено. Могла ли она взять себе в пособники какого-нибудь крепкого мужчину? И если да, то зачем ей все это?

*

Атмосфера утреннего совещания была подавленной. Были привлечены дополнительные кадровые ресурсы, столовая была переполнена. Следователь Ларсен сидел отдельно с таким видом, словно должен был присутствовать на другом, гораздо более важном собрании. Фальк устало опирался на стену, Сайдани погрузилась в обмен смс. Кажется, единственным, кто пребывал в отличной форме, была Анетте. Сегодня она решила облачиться в полосатый красно-оранжевый свитер и с приветливой улыбкой потягивала кофе. Видимо, они со Свеном провели чудесное утро, с горечью подумал Йеппе.

Только он откашлялся, чтобы начать брифинг, как в комнату проскользнула комиссар полиции и встала у входа. Она появилась, чтобы показать команде всю серьезность ситуации. Ей даже не требовалось ничего говорить; все и так знали, что означает ее присутствие. Йеппе уперся костяшками пальцев в стол:

– Всем доброе утро. Как вы знаете, вчера вечером мы лишились нашего основного подозреваемого, Кристофера Гравгорда. Его столкнули на люстру Старой сцены в середине второго действия балета «Наполи». В 9 часов Нюбо приступит к вскрытию тела, при участии Ларсена. После обеда с тебя рапорт. – Йеппе встретился взглядом с Ларсеном. Ларсен даже глазом не моргнул. Йеппе оказался прав насчет того, что Кристофер не убийца, однако, уступи он чуть раньше, Кристофер, возможно, сейчас был бы жив. Это понимали оба. Это понимали все.

– Давайте посмотрим, что удалось выяснить вчера у персонала театра, чтобы все были в курсе.

Следователь Ларсен взял слово.

– Кристофер пришел вчера в положенное время и приступил к своей обычной работе, он должен был принести из прачечной чистую одежду и разложить костюмы в гардеробной и в других оговоренных местах за кулисами. Одежду он принес, но раскладывать не начал, то есть можно предположить, что он прервался между 18.15 и 18.30. К сожалению, никто не видел его до середины второго действия, когда кто-то из зрителей увидел его тело на люстре.

– А как он оказался на люстре таким образом, что этого никто не видел и не слышал?

– Между 19.00 и 19.30, сразу перед открытием зала для публики, обычно моют сцену, для этого применяется довольно шумный аппарат, а техники имеют обыкновение в это время спускаться в столовую поужинать или выпить кофе. Танцовщицы разминаются, музыканты еще не настраиваются. Единственным, кто присутствовал в это время в зале, был техник, обслуживавший чистящую пол машину, а на нем были звукоизолирующие наушники. Иными словами, идеальный момент, чтобы скинуть труп на люстру.

– Допустим. Тогда у преступника был максимум час, чтобы заманить Кристофера на крышу, убить его и сбросить тело на люстру. Все произошло быстро. Мы знаем, как он вышел?

Слово взяла Сайдани, заправив за ухо непослушный локон.

– Королевский театр оборудован системой электронных ключей, которая хранит информацию в течение 48 часов. Поэтому можно установить, что Кристофер зашел в прачечную и покинул ее в 18.22 и 18.25 соответственно. – Сайдани полистала свои записи. – Следующее, и последнее действие с ключом было совершено в 20.47 у аварийного выхода на Хайбергсгеде. Значит, преступник, как и предполагалось, ушел через «Скворечник», воспользовавшись ключом-картой Кристофера.

– Ты хочешь сказать, в 19.47? – уточнил Йеппе.

– Нет. Ключ в последний раз использовали на аварийном выходе в 20.47.

– То есть больше часа спустя после того, как Кристофер был сброшен на люстру? Какого черта он делал все это время?