Нумерат - Анна Кондакова

Через секунду подскочила Вика, встрёпанная, будто голову в центрифугу сунула.

– Дэн, что случилось?

Денис провёл ладонью по собственной шее – никаких пальцев, никакой крови. Всё совершенно в порядке. Ни Асель, ни тени. Ничего. Неужели сон?..

– Кошмар приснился, – выдавил хрипловато Денис, но на всякий случай проверил задний карман джинсов – блокнот на месте. Значит, точно – просто страшный сон.

– На тебя во сне Асель напала? – покосился на Дениса Арсений. – Ревел, как ненормальный: «Асель, прекрати!». – Он хитро улыбнулся. – Интересно, что тебе снилось? Сгораю от любопытства.

– Отстань от него, – буркнула Вика, залезая под одеяло, скомканное на диване. – Пусть поспит.

– Да это он нам спать не даёт. – Арсений протяжно зевнул и снова улёгся на место.

Денис глянул на часы. Шесть утра. За окном посерело, забрезжил новый день. Спать уже не хотелось: после такого реалистичного кошмара сон как рукой сняло. Денис поднялся с кресла и тихо прошёл в ванную. Холодный душ ему точно сейчас не повредит.

Через час Денис был в боевой готовности – свежий и бодрый. Ум снова приобрёл ясность и прозрачность, хотя обрывки ночного кошмара всё ещё витали в голове. На улице рассвело, пора бы будить ребят. Денис шумно ввалился в гостиную и растолкал Сеню. Тот поворчал немного, но всё же встал. Вика потребовала, чтобы мальчики удалились на кухню, после чего молниеносно проскользнула в ванную.

– Надо бы Асель разбудить, – как бы между прочим заметил Денис.

Максимум небрежности в тоне, но от Макарова не укрылось его нетерпение и беспокойство.

– Да иди уже, буди свою красотку, – ухмыльнулся тот. – Я вот думаю, долго ты намерен вокруг да около ходить?

– В смысле? – Денис якобы не понял намёка.

– Тимошин, ты правда идиот, или прикидываешься? Вроде не тупой, а ведёшь себя, как в детском саду.

– Ты, я смотрю, чересчур умный, – огрызнулся Денис и отправился в гостиную.

Освободив проход в комнату, он деликатно постучал в дверь.

– Э… Асель? Ты спишь?

Да уж, глупо спрашивать у человека, который спит: «Ты спишь?». Макаров прав, иногда Денис ведёт себя, как полный недоумок.

В ответ – тишина. Ни шороха, ни звука.

Денис постучал снова, но громче.

– Асель, можно зайти?

Он нажал на ручку и приоткрыл дверь, отводя глаза на всякий случай: мало ли, вдруг Асель переодевается? Но одного беглого взгляда хватило, чтобы понять: Асель не спала. Постель никто не расстилал.

Денис распахнул дверь. Девушка без сознания лежала на полу. Руки широко раскинуты, ноги согнуты в коленях. Сдержав возглас, Денис кинулся к ней, бегло осмотрел – ни травм, ни ушибов, – всё в порядке. Дыхание ровное и спокойное, словно она просто спит.

Денис поднял Асель на руки и переложил на кровать.

– Сеня! – крикнул он. – Позови Вику!

– А что случилось-то? Пожар? – раздражённо спросил Макаров из кухни.

– Зови! Быстро! – рявкнул Денис.

Через минуту в комнате появилась Вика в сопровождении Арсения. На голове подруги возвышался тюрбан из полотенца, сама же Вика утопала в мужском махровом халате, который Денис ещё вчера ей дал.

– Что с Асель? – вытаращилась она.

– Не знаю. Скорее всего, это из-за тени. Здесь вряд ли поможет скорая помощь.

Придерживая на голове тюрбан, Вика присела на краешек кровати рядом с Асель и приложила ладошку к её лбу (с какой целью, непонятно, но Вика всегда так делала, когда кому-нибудь было плохо).

– Надо, чтобы ты её осмотрела, – попросил Денис. – Я должен знать, насколько всё серьёзно.

– Хорошо, Дэн. – Вика нахмурилась. – Считаешь, Асель можно вылечить?

– Мы сделаем всё, что можем. – Денис повернулся к Арсению. – Пошли, мне надо с тобой обсудить кое-что. Пошли, пошли. – Он стремительно покинул комнату.

Как только они зашли в кухню, Денис достал из кармана Кодекс и протянул Макарову.

– Держи. Как прочтёшь, отдашь Вике, пусть тоже посмотрит.

– М-да-а, чтение… Для этого придётся вспомнить буквы, – пошутил Макаров.

В другой ситуации Денис обязательно бы оценил остроумие Арсения, но не сейчас. Его вот уже долгое время беспокоил один момент, и он решил, что сейчас самое время о нём поговорить. Пока Вика не слышит.

– Я кое-что тебе посоветовать хотел, – начал Денис.

– Посоветовать? – скривился Арсений. – Мне?

– Именно тебе, дружище. Отстань-ка от Вики.

Макаров аж рот открыл.

– В каком смысле?

– Во всех смыслах, – процедил Денис. – Я заметил, что ты возле неё крутишься в последнее время, и я бы не хотел…

– Ты чего, Тимошин? – перебил его Арсений, заметно волнуясь. – Думаешь, у меня на неё планы? На серую мышь?

Денис пытливо прищурился и просканировал Макарова взглядом.

– Думаю, это что-то вроде любительского эксперимента. Для разнообразия.

– Ты с дуба рухнул? Мне что с ней делать? Вести беседы о Шопенгауэре? Да такие, как она…

– Такие, как она, – тебе не пара, понял? – грубо осёк его Денис. – А вот такой, как ты, ей уже успел жизнь попортить.

– Не заводись, Тимошин. Не собирался я ей жизнь портить. Заняться мне нечем, что ли?

Макаров сделал такое безобидное лицо, что любой бы поверил в его искренность. Но только не Денис. Он лишь покачал головой.

– Я тебя предупредил, Сеня. Держи при себе свое обаяние, понял?

– А в чём, собственно, дело? Что такого случилось с Викой, что ты так её опекаешь?

Денис поиграл желваками и тихо ответил:

– Ты думаешь, Вика всегда такая нелюдимая была? Конечно, нет. Книги она любила с детства, но и с людьми общалась вполне нормально, пока вот такой же гад, как ты, ей в душу не плюнул. Понравился он ей. Она ему записку три недели сочиняла, чуть ли не в стихах… А он потом её душевные излияния перед всем классом читал, да еще и в интернете выложил. И ржал, как конь. Вика после его издёвки месяц из комнаты не выходила. Да так там и осталась. – Денис сжал кулаки, давя в себе бурю: каждый раз, когда он вспоминал эту историю, в нём мгновенно вскипала злость. – Потом, правда, тот парень лечил перелом носа, – многозначительно и даже с угрозой добавил он напоследок.

Арсений распахнул глаза от обиды.

– Ты меня к подобным тварям не причисляй!

– Просто предупредил, – подчеркнул Денис. – И не забывай, что я тебе сказал.

– Я не так ужасен, как ты считаешь, – ответил Арсений. – И если Вика сама захочет со мной общаться, я запрещать не буду. Но я тебя услышал.