Эхо забвения - Хелен Гард

Парковку заливал дождь, капли стучали по крыше, стеклоочистители лениво скребли по лобовому стеклу. Я смотрел на экран телефона, на километры дороги, разделяющие меня и город, из которого я когда-то сбежал.

Я не думал.

Не задавал себе вопросов, не пытался осмыслить, что именно меня толкает туда.

Просто повернул ключ в зажигании.

Мотор загудел, и я тронулся с места.

Спидометр замер у восьмидесяти. Дворники лениво скользили по стеклу, оставляя за собой тонкие полосы. За окном тянулась бесконечная лента шоссе — редкие фуры, пустые заправки, приглушённый свет придорожных мотелей.

Семь часов пути.

Я не собирался раздумывать. Не анализировал. Просто поехал.

Руль был тёплым от моих ладоней, пальцы сжимали его крепче, чем нужно. В машине играло радио — тихий, убаюкивающий голос ведущего что-то рассказывал про политику, но я не слушал. Всё, что крутилось в голове, — имя, которое я давно запретил себе вспоминать.

Макс.

Я не знал, что жду в Блэквуде. Не знал, найду ли там ответы или только новые вопросы.

Но дорога туда уже началась. И назад я не сворачивал.

Глава 3

Её хриплый, сбивчивый голос

На улице уже светало. Тёмно-синий оттенок ночи растворялся в первых бледных лучах рассвета. Фары выхватывали из тумана мокрый асфальт, редкие дорожные знаки и приглушённые силуэты придорожных зданий.

До Блэквуда оставалось меньше получаса.

Я почувствовал, как в животе неприятно сжалось — то ли от голода, то ли от напряжения, которое не отпускало с момента выезда. На обочине показался придорожный магазин с заправкой. Я свернул на стоянку, заглушил мотор и на несколько секунд просто посидел, сжимая руль.

Дождь прекратился, но воздух оставался тяжёлым, пропитанным сыростью.

Я вышел из машины, потянулся, разминая затёкшие плечи. Тусклые неоновые буквы над входом лениво мерцали, приглушённый свет проникал сквозь запотевшее стекло.

Я толкнул дверь, и сразу в нос ударил запах кофе, бензина и чего-то жареного. Магазин был пуст, если не считать пожилого кассира за стойкой и дальнего угла, где высокий мужчина в кожаной куртке рассматривал полку с сигаретами.

Я прошёл к холодильнику, вытащил бутылку воды и наугад взял бутерброд в пластиковой упаковке. Времени выбирать не было, да и аппетита особого тоже.

Когда подошёл к кассе, кассир — худощавый мужчина лет шестидесяти, с редкими седыми волосами — бросил на меня беглый взгляд и щёлкнул кнопкой кассового аппарата.

— Далеко едешь? — спросил он, не особо интересуясь ответом.

— Блэквуд, — ответил я, не задумываясь.

Кассир перестал набивать чек и поднял на меня глаза. В них мелькнуло что-то странное, будто бы смесь удивления и… настороженности?

— В такое время?

— Работа, — бросил я.

Он молча кивнул, пробил покупку, но, когда я протянул купюру, вдруг заговорил снова.

— Если ты не местный, лучше не задерживайся там.0

— Почему?

Кассир пожал плечами, глядя в сторону, словно обдумывал, стоит ли продолжать.

— Говорят, последнее время там… неспокойно.

Я не ответил, просто забрал сдачу и вышел наружу.

Мужчина в куртке у полки даже не повернул головы, но почему-то я чувствовал, как он меня разглядывает.

Я сел в машину, бросил еду на пассажирское сиденье и ещё раз взглянул на тёмное окно магазина.

Глупости.

Я завёл двигатель и выехал обратно на шоссе.

Бутерброд был отвратительный. Хлеб сухой, крошился в руках, а колбаса заветренная, с кислым привкусом пластика. Я жевал его без аппетита, больше по инерции, но с каждым укусом становилось только хуже.

Когда впереди показалась облезлая табличка "Добро пожаловать в Блэквуд", я сглотнул, взглянул на остаток бутерброда в руке и с отвращением выкинул его в окно. Он полетел в придорожную траву, исчезая в сером утреннем свете.

Я сбавил скорость. Город встречал меня молча, без признаков жизни. Те же пустые улицы, обшарпанные фасады магазинов, вывески, облезшие от времени. Всё выглядело так, будто ничего не менялось здесь годами.

Я не знал, куда ехать.

На первом перекрёстке я замедлил ход, оглядываясь. Полицейский участок? Отель? Или просто покататься по улицам, пока не почувствую, куда двигаться дальше?

Я свернул в ближайшую аллею, заглушил мотор и вышел из машины.

Воздух был прохладным, пахло сыростью и пылью. Я опёрся на капот, почувствовав под ладонями его гладкую, остывающую поверхность.

Открыл бутылку, сделал пару глотков. Вода была тёплая, противная, но хоть как-то убирала липкое ощущение во рту после этого чёртового бутерброда.

Я наклонил бутылку и вылил остатки себе на лицо.

Тёплая влага стекала по коже, пробираясь к вискам, затекая за воротник. Я провёл рукой по лицу, стирая капли.

Я сел в машину, захлопнул дверь и вытащил телефон.

На экране высветилось имя Тома. Я знал, что время не лучшее — утро было ранним, и, скорее всего, он ещё спал. Но меня это не волновало.

Гудки тянулись слишком долго. Я уже собирался сбросить вызов, когда на том конце послышалось раздражённое:

— Ты серьёзно?

Голос был хриплый, заспанный. Я даже представил, как он сидит у себя на кухне, потирая лицо и щурясь на экран.

— Я в Блэквуде, — сказал я, не тратя время на формальности.

Том промолчал пару секунд, а потом тяжело выдохнул.

— Ну и дерьмо, — пробормотал он. — Я думал, ты хотя бы день подумаешь.

— Нет времени думать.

— Ну да, конечно.

Я ждал, но он молчал.

— Где было последнее убийство? — спросил я.

На том конце повисла пауза, но я слышал, как он двигается — возможно, встаёт с кровати или идёт на кухню за кофе.

— Алекс, — начал он, но я перебил:

— Просто скажи мне.

Том снова выдохнул, но на этот раз более раздражённо.

— Окраина, старый район. Ближе к лесу. Дом пустовал лет десять, если не больше.

Я кивнул, хотя он этого не видел.

— Есть что-то ещё, что я должен знать?

— Да, — сказал он после короткой паузы. — Если ты туда поедешь, смотри, чтобы тебя никто не заметил.

— Почему?

— Потому что копам нужен убийца, Алекс. И если ты будешь первым, кто начнёт совать туда нос, им не составит труда решить, что нашли его.

Я не ответил.

— Ты хотя бы выспался перед этим?

— Нет.

— Конечно, — пробормотал он. — Тогда удачи.

Я сбросил вызов, убрал телефон в карман и завёл двигатель.

Окраина. Старый район.

Я тронулся с места, выруливая на пустую улицу. Воздух был тяжёлым, пропитанным сыростью. Утро в Блэквуде было таким же, как я его помнил: серым, пустым.

Машина катилась по дороге, а я ловил взглядом знакомые здания. Где-то впереди мелькнул старый автосервис, дальше — заколоченная парикмахерская,