Эхо забвения - Хелен Гард

Я свернул в сторону окраины.

Чем дальше, тем тише становилось. Дома здесь были старые, многие — заброшенные. Я сбросил скорость, оглядываясь.

Том сказал — ближе к лесу.

Дорога сузилась, асфальт сменился разбитым гравием. Впереди, за покосившимися заборами, начинался лес.

Я посмотрел на навигатор. Дома, о которых говорил Том, должны быть где-то рядом.

И тут я его увидел.

Заброшенный дом, стоящий особняком.

Пустые окна. Покосившийся забор. Заросший двор, в котором давно никто не ступал.

Я заглушил двигатель и остался сидеть в машине, изучая место.

Дом выглядел так, будто его бросили давным-давно. Крыша просела, окна зияли тёмными провалами, забор давно сгнил и покосился, а двор зарос бурьяном.

Я убрал руки с руля и снова оглядел двор.

Здесь явно работала полиция. Трава у входа смята, повсюду отпечатки ботинок, грязь перемешана, будто здесь топталась толпа людей. В центре двора темнела размокшая земля — возможно, там стояла криминалистическая техника или передвигали носилки.

Калитка была вырвана с корнем и теперь просто валялась в траве. Дверь дома распахнута настежь, будто её даже не пытались закрыть.

Полиция здесь не церемонилась. Они обошли каждый угол, проверили каждый сантиметр, вытоптали всё, что могли.

Я выдохнул и открыл дверь машины.

Под ногами хлюпнула грязь — дождь ещё не успел полностью впитаться в землю. Я сделал пару шагов к дому, стараясь не наступать на самые глубокие следы.

Крыльцо было старое, доски потрескались и прогибались под весом. На них тоже были отпечатки — тяжёлые ботинки, несколько пар, хаотично разбросанные. Копы точно заходили внутрь.

Я скользнул взглядом по двору. Где-то в стороне валялась пустая сигаретная пачка, недалеко — пластиковый стаканчик из-под кофе. Видимо, кто-то из патрульных не утруждал себя уборкой.

Дверь оставили открытой. Скорее всего, место больше никому не было интересно. Убийца ушёл, полиция сделала своё дело, а дом снова превратился в никому не нужное заброшенное место.

Я остановился у входа, давая глазам привыкнуть к полумраку внутри.

Запах ударил в нос первым. Спёртый воздух, сырость, гнилое дерево. Где-то в глубине дома витал ещё один оттенок — неприятный, липкий, металлический.

Кровь.

Она уже давно свернулась, но запах всё ещё оставался.

Я сделал шаг внутрь.

Пол под ногами скрипнул, в воздух взметнулась пыль. Я медленно двинулся вперёд, стараясь не наступать на явные следы, оставленные полицией.

Гостиная была пустая. Старый диван с рваными подлокотниками, сломанный стул, выбитое окно. На полу разбросаны обрывки полицейской ленты — её явно срезали, когда снимали оцепление.

Я прошёл дальше, оглядываясь.

На стенах были старые обои, местами отслоившиеся и потемневшие от влаги. Где-то в углу виднелись тёмные следы — возможно, плесень, а может, что-то другое.

Затем я увидел пятна на полу.

Засохшие. Чёрные от времени.

Я присел на корточки, провёл пальцем по шероховатой поверхности.

Копы уже забрали всё, что могли. Но здесь что-то осталось, что-то, чего они не заметили, я точно знаю.

Потом я двинулся дальше, осторожно переступая через мусор и сломанные доски.

Если полиция нашла здесь ДНК, значит, тело было где-то в этом доме.

Коридор был узкий, с облупившимися стенами. Свет из окон почти не пробивался, но даже в полумраке я заметил на полу тёмные пятна. Засохшие, расплывшиеся, частично втертые в древесину.

Я проследил взглядом за пятнами — они тянулись дальше, как неровный след. Похоже, тело перемещали.

Я медленно прошёл вперёд.

Справа была кухня — пустая, с выбитым окном и сломанной дверцей шкафа, слева — ещё одна комната, но мне нужно было в конец коридора.

Дверь в последнюю комнату была приоткрыта. Я толкнул её ладонью и она заскрипела, открывая вид на разгромленную спальню. Матрас был содран с кровати, вещи разбросаны по полу. В углу темнела лужа, которую явно не пытались стереть.

Я сделал ещё шаг вперёд.

Воздух в комнате был тяжёлым, спертым, пахло сыростью и старым деревом. Всё здесь выглядело так, будто полиция просто собрала улики и ушла, оставив место гнить дальше. Перевёрнутый матрас, разбросанные вещи, тёмные пятна на полу, въевшиеся в дерево.

Я посмотрел на них.

И всё вспыхнуло перед глазами.

Она стояла у стены, прижавшись к ней спиной.

Дыхание резкое, короткое, плечи дёргались на каждом вздохе. Руки вытянуты вперёд, ладони раскрыты, как у человека, которого вот-вот столкнут в пропасть.

— Пожалуйста… — хриплый, сбивчивый голос.

Она боялась, и я видел это. Я видел, как дёргались её пальцы, как дрожал подбородок, как глаза метались по комнате в поисках спасения. Она не кричала, не просила, не умоляла. Она просто хотела жить.

Я шагнул ближе, не отрывая от неё взгляда.

Она попыталась отступить, но позади была только стена, а дальше идти было некуда.

Я сжал в руке что-то тяжёлое, чувствуя, как металл холодит ладонь. Он был гладкий, удобный, и я знал, что выбрал его не случайно.

Она поняла. В глазах мелькнула паника, но не столько от страха, сколько от осознания.

Она поняла, что я это сделаю.

Я занёс руку и ударил.

Глухой звук удара металла о кость заполнил комнату. Голова резко дёрнулась в сторону, тело пошатнулось, но она устояла. Она застонала, тяжело опёрлась ладонью о стену, оставляя на ней красные мазки крови.

Я ударил снова, только ещё сильнее.

Её ноги подломились, тело рухнуло вниз, а руки судорожно сжались в воздухе, пытаясь за что-то зацепиться. Она зашлась кашлем, с губ сорвалось что-то невнятное, но мне было всё равно.

Я не остановился, даже не подумал об этом.

Я встал над ней, занёс руку, готовясь к последнему удару.

Она вскинула ладони, закрывая голову, надеясь хоть как-то защититься.

Инстинкт. Последний отчаянный жест.

Мне было смешно.

Металл с треском пробил защиту, удар пришёлся точно в висок, заставив её тело дёрнуться последний раз.

Короткий, хрусткий звук разнёсся по комнате.

Она обмякла, осела на бок, и пальцы разжались, словно наконец-то отпустили эту жизнь.

Я слышал, как кровь капала на пол, медленно, ритмично, будто тиканье часов.

Я стоял над телом, сердце еле билось, было спокойно, пусто.

Я моргнул.

И всё исчезло.

Комната снова была такой же, как прежде. Перевёрнутый матрас, разбросанные вещи, пятна крови, которые никуда не делись.

Я резко отступил назад, ударился плечом о дверной косяк. Грудь сдавило, пальцы дрожали, а в горле сперло дыхание.

Я не просто представил это.

Я видел.

Я…

Я судорожно втянул воздух, развернулся и выбежал из комнаты.