И не надо слез! - Тина Ларсен

– Летальный исход, – проговорил он, стараясь скрыть свой ужас.

Он помогал Хелен появиться на свет, а спустя годы принимал роды у нее самой. А теперь он должен был констатировать ее смерть. Как это несправедливо, когда из жизни уходят полные сил молодые люди, в то время как больные старики, мечтающие о смерти как об освобождении от страданий и умоляющие Бога забрать их к себе, остаются на грешной земле.

«Я слишком долго практикую», – подумал Билл Лоренс, а вслух сказал:

– Смерть наступила мгновенно из-за удара электрическим током.

– Она же не была пьяна? – испуганно спросила Сьюзен. – Я смогла бы ее спасти, если бы сразу вытащила?

Доктор отрицательно покачал головой:

– Нет. Никакая сила в мире не могла бы ее спасти. Она умерла мгновенно.

Анжела закрыла лицо руками. Сьюзен сочувственно погладила ее по пшеничным волосам.

Вошел сержант Баттеркап, тяжело, как старик, плюхнулся в кресло и достал блокнот для протоколов:

– Мне очень жаль вас тревожить, но я обязан задать ряд вопросов. Как это произошло? Кто находился дома, когда Хелен погибла?

Анжела отняла руки от заплаканного лица и пролепетала:

– Я была дома.

Взрослые переглянулись.

– В каком именно помещении ты была? Расскажи нам все по порядку.

– Точно вспомнить я не могу, – начала девочка прерывающимся голосом. – Все произошло так быстро, и я ужасно испугалась. Я пришла из школы пораньше потому, что сразу несколько учителей заболели. Я очень радовалась, что вся вторая половина дня будет свободной. Когда я вернулась, мама лежала в ванне. Она часто так делает, если у нее нет других дел. Она смотрела по телевизору вестерн и пила шампанское. Она пьет его каждый день для снятия напряжения, так она говорит, а кроме того, это полезно для кровяного давления. Я думаю, она была немного навеселе.

– А почему ты так решила? – тут же спросил доктор Лоренс.

Конечно же, он заметил пустую бутылку из-под шампанского и сделал соответствующие выводы. Это была старая как мир история: слишком много свободного времени, слишком много денег и слишком много скуки. Человеку нужно заниматься делом. Безделье приводит к гибели.

Девочка передернула плечами:

– Мама была очень веселая и выпила за мое здоровье. Она сказала так: «Я пью за твое здоровье, мое сокровище, и за здоровье всех, кто живет в этой проклятой дыре!» А потом она начала громко смеяться.

На лице девочки появилось смущенное выражение:

– Я думаю, что мама чувствовала себя не слишком счастливой.

Это было мягко сказано. Хелен ненавидела Нью-Эдем и не делала из этого тайны. Она считала своих земляков мещанами и придурками.

Сержант Баттеркап откашлялся:

– А что случилось дальше, дитя мое?

– Мама спросила, может быть, ей вылезти из ванны и приготовить мне сэндвич, так как у Салли сегодня выходной. Но я поела в школе и была не голодна. Тогда мама сказала, что еще полежит в ванне и посмотрит мыльную оперу. И еще попросила принести новую бутылку шампанского из холодильника. Я не успела выйти, как мама встала и пошла к телевизору, чтобы переключить канал – она забыла пульт управления в спальне. Потом она вдруг поскользнулась на чем-то…

– На кусочке мыла, – догадалась Сьюзен. – Он там все еще лежит.

Полицейский кивнул:

– Вполне возможно. А что случилось дальше?

Анжела громко всхлипнула: ей было непереносимо тяжело вспоминать все подробности этой ужасной сцены:

– Мама покачнулась и упала. Она попыталась ухватиться за телевизор, но, как назло, из него выскочил кабель и упал прямо в воду, и мама сразу посинела. Я хотела выдернуть штепсель из розетки, но вспомнила, чему нас учили в школе, когда мы проходили электричество, и побежала вниз к электрическому щитку, чтобы обесточить весь дом. Потом я вернулась и выдернула штепсель из розетки. Но мамочка все равно не шевелилась.

– Ты поступила очень умно, – похвалил девочку доктор Лоренс. – Теперь на электрощитках разные автоматы для разных помещений и один универсальный.

– Анжела умнее многих четырнадцатилетних сверстников, – заявила Сьюзен. – И, как видите, не потеряла голову в такой сложной ситуации.

Дик Баттеркап тоже выразил горячее одобрение смекалке девочки:

– Вот бы мои дерзкие девчонки были такими же сообразительными, как ты, Энджи. А что ты сделала потом?

– Мамина кожа выглядела вполне нормально, – серьезным тоном продолжала приободренная похвалами девочка. – Я подумала, может быть, все не так уж плохо, и решила позвать на помощь мисс Сьюзен. Вот и все.

Во время рассказа Анжела сохраняла спокойствие, а теперь снова начала плакать. Сьюзен нежно обнимала ее и гладила по шелковистым волосам, пока доктор искал в своем саквояже успокоительное.

Сержант тяжело вздохнул. Ему было крайне некомфортно допрашивать маленькую девочку:

– Прости, Энджи, что я тебя дергаю, но это мой профессиональный долг. Я должен задать тебе еще один вопрос: был ли кто-то дома, кроме тебя?

Девочка покачала головой:

– Нет, только мамочка и я. Больше никого.

– А где была Салли Бартон, ваша прислуга?

– Наверное, в кино. У нее сегодня выходной.

Сержант Баттеркап записал показания Анжелы в свой блокнот. Картина происшествия представлялась ему абсолютно ясной: несчастный случай с летальным исходом в результате грубого нарушения техники безопасности в состоянии алкогольного опьянения.

Внезапно у входной двери раздался пронзительный звонок. На пороге стояла Ада Феррер, изящная, элегантная и ухоженная от макушки до кончиков ногтей. Только так и должна была выглядеть уважаемая всеми вдова высокопоставленного правительственного чиновника. Она стойко держала удар: ни один мускул не дрогнул на все еще красивом, благородном лице, а серо-стальные глаза смотрели спокойно и уверенно. Только интенсивно бившаяся жилка у правого виска выдавала ее волнение.

– Августа Квэндиш сообщила мне, что с Хелен что-то случилось, – сказала миссис Феррер мелодичным голосом. – Что именно?

Сержант Баттеркап мигом вскочил с кресла, вертя в руках форменную фуражку. Он нервно откашлялся, потом покашлял еще раз в надежде, что доктор Лоренс поможет ему в этой драматической ситуации: как сообщить матери о смерти ее единственной дочери?

– Присядь, Ада, – Билл Лоренс ласково обнял свою давнюю пациентку и приятельницу. – У меня плохие новости. Очень плохие.

Миссис Феррер слегка отпрянула назад и сглотнула слюну:

– Другими словами, Хелен умерла?

Доктор кивнул:

– Да, моя дорогая.

Усилием воли несчастная женщина взяла себя в руки: