Сердце Ангела - Уильям Хьёртсберг

Стекло в рамке треснуло застывшей молнией, зигзаг прошел как раз между побелевших от напряжения кулаков Великого Джона Л. Салливана и Джейка Килрейна.[40]Я повесил литографию обратно на стену. В дверь негромко постучали.

— Заходи, Этель, там не заперто.

Епифания, все еще в своей рваной косынке, заглянула в щелку.

— Они совсем ушли?

— Совсем-не совсем, но сегодня уже больше не явятся.

Епифания занесла в холл ведро и швабру и закрыла дверь. Потом прислонилась к косяку и рассмеялась, но в голосе ее слышались истерические нотки, и, обняв ее, я почувствовал, что она вся дрожит под тоненьким халатом.

— Ты у меня молодец, — сказал я.

— Подожди, ты еще не видел, как я туалет отдраила!

— Ты где была?

— Сидела на черной лестнице, пока они не ушли.

— Есть хочешь? У меня там кофе готов, в холодильнике есть яйца.

Мы приготовили завтрак — трапезу, которую я обычно пропускаю, — и пошли с тарелками в гостиную.

— Они тут ничего моего не нашли? — спросила Епифания, макая тост в яичный желток.

— Да они и не искали особенно. Один только в дипломат мой залез. Нашел там, кстати, одну штуку из квартиры Крузмарк, только не понял, что это такое. Да я и сам-то не знаю.

— Можно мне посмотреть?

— Смотри. — Я встал и принес ей карточку.

MISSA NIGER

Invito te venire ad clandestinum ritum…

— Это, — она держала карточку, словно выпавшего ей туза пик, — это приглашение на черную мессу.

— Куда?

— На черную мессу. Это такой магический ритуал, поклонение дьяволу. Я об этом мало знаю.

— Откуда же ты знаешь, что речь идет о черной мессе?

— Тут же написано. Missa niger по-латыни значит черная месса.

— Так ты по-латыни понимаешь?

Епифания довольно улыбнулась.

— Надо думать. После десяти-то лет в приходской школе!

— В приходской школе?

— Конечно. Орден Святого Сердца. Мама государственным школам не доверяла. И очень ценила дисциплину. Знаешь, как она говорила? «Эти монашки вобьют ума в твою пустую головушку».

Я засмеялся:

— Принцесса-колдунья в монастырской школе. Хотел бы я посмотреть на твой выпускной альбом.

— Покажу как-нибудь. Я старостой была.

— С тебя станется. А остальное можешь перевести?

Епифания улыбнулась:

— Элементарно. «Приглашаем тебя на тайную церемонию во славу Повелителя нашего Сатаны». Вот и все. А дальше дата: 22 марта, двадцать один ноль-ноль. А вот тут еще: «Линия Интерборо, станция "Восемнадцатая улица"».

— А козел и звезда — это что значит?

— Звезды — это важный символ. Они, насколько я знаю, во всех религиях есть. Исламская звезда, Вифлеемская, звезда Давида. На талисмане Аговэ Ройо — тоже звезды.

— Аговэ Ройо?

— Это Обеа.

— А эта картинка к вуду имеет отношение?

— Господи, да нет же! Это сатанизм, понимаешь? — Епифания была в отчаянии от моего невежества. — Овен — символ дьявола. Перевернутая звезда приносит беды. Тоже, наверное, сатанистский знак.