Один лишний - Дмитрий Олегович Борисенко

– Ты чего там встал с ножом? – послышался немного испуганный голос.

Девушка вывела меня из оцепенения.

– Я… бутерброды делал.

– Понятно. Сваливаешь к подружке своей?

– К какой подружке? Мне в Москву ехать нужно.

Я стер капельки крови с лезвия.

– Ты вчера рассказывал о какой-то Юле, говорил, что хочешь ее навестить, болеет она чем-то серьезным. Я херово помню, мы жестко накидались.

– О Юле?.. Что еще я вчера говорил?

Дыхание перехватило. Неужели я так напился, что сболтнул лишнее?

– Да не помню я! Какая, на хрен, разница? – начала раздражаться Оля. А может, это была Света.

Пальцы побелели, сжимая рукоять ножа.

– Мне это важно!

– Бля, ты можешь не орать с утра пораньше? Не помню я, что ты говорил. Сказал, что умирает она вроде. А теперь вали, я спать хочу. И входную дверь не забудь захлопнуть.

Я еще немного постоял в дверях, вернулся в кухню и положил нож на место.

Если я чего-то вчера и наплел, то девушки явно не восприняли это всерьез. Если бы я рассказал, что убил кого-то, то вряд ли бы проснулся с ними в одной постели.

Успокоившись, я снял телефон с зарядки, взял рюкзак и вышел из квартиры.

16

Никакого нормального плана я так и не придумал. Да и, в общем-то, насрать на все, поеду автостопом, будь что будет. В кармане куртки завалялось немного мелочи, и я решил доехать хотя бы до окраины города, а уже оттуда ловить попутку.

Выйдя на конечной остановке, я побрел по заснеженной обочине. Был легкий морозец, не больше минус пяти, вряд ли в такую погоду можно умереть от обморожения на трассе. Пройдя табличку «Тамбов», я остановился и вытянул руку с оттопыренным большим пальцем. Водители не обращали на меня внимания. Мимо проносились легковушки, внедорожники, фуры. Никто даже не пытался притормозить. Да и кому есть дело до парня, голосующего зимой на дороге? Вот если бы стояла девушка, было бы другое дело – никто же не позволит ей мерзнуть.

Время шло, палец начал краснеть и плохо сгибаться, а через сорок минут я вообще перестал его чувствовать. Очень хотелось надеть перчатки, но они были безвозвратно утеряны во время пьянки. Пальцы на ногах тоже подмерзли, зубы начали отбивать чечетку. Постояв еще немного, я не выдержал и пошел вдоль проезжей части. Когда позади слышался звук приближающегося автомобиля, я, не оборачиваясь, вытягивал руку.

День стоял солнечный, но холодные зимние лучи не грели. Время перевалило за два часа пополудни, и я потерял последнюю надежду поймать попутку. Обернувшись, посмотрел на пройденный путь. Указатель «Тамбов» давно остался позади, а вдалеке маячили новостройки, которые выросли на окраине города за последние несколько лет. Я достал телефон и снова попытался зайти в сеть. Как и ожидалось, приложение выдало ошибку.

По дороге, тарахтя, ехал старенький то ли зеленый, то ли синий «жигуль», из-за налипшей грязи и снега сложно было определить цвет. Ни на что не надеясь, я взмахнул рукой. Тот проехал мимо, а потом произошло чудо – машина начала замедлять ход и прижалась к обочине. Водитель посигналил.

– Здравствуйте, – проговорил я, подбежав к машине и открыв дверцу с пассажирской стороны. – Подкинете?

– Залазь давай. Давно ловишь?

За рулем сидел немолодой мужчина в шапке-ушанке, натянутой до самых бровей. Я сел на переднее сиденье и потер окоченевшие руки.

– Ага… Спасибо вам.

– Да что там. Замерз, поди?

– Да, немного.

В машине стоял дубак – печка, похоже, не работала.

– Чай будешь?

Не дожидаясь ответа, водитель достал с заднего сиденья термос. Я был приятно удивлен таким поворотом событий, горячий чай – это именно то, что мне было нужно.

– Держи, хоть согреешься.

– Спасибо.

Мужчина вырулил на дорогу.

– Куда едешь?

– В Москву. А вы?

– Да ты счастливчик! Нам по пути.

– Правда? Действительно везение.

Я отпил чай и попытался устроиться поудобнее, насколько позволяло сиденье «Жигулей».

– Еще раз огромное спасибо. Я уже совсем отчаялся, думал, никто не остановится.

Водитель хмыкнул:

– Не торопись благодарить, пока не довез.

Я вопросительно посмотрел на него.

– Моя развалюха может сломаться где-нибудь посреди дороги.

Он похлопал рукой по рулю. На пальцах я заметил выцветшие наколки. Татуировки почти стерлись, но говорили сами за себя – тюремные.

– Надеюсь, все будет нормально, – улыбнулся я.

Ехали в полной тишине, не считая дребезжащего мотора. О магнитоле в этой развалюхе можно было не мечтать. Но грех жаловаться, главное – едем, остальное уже не важно.

– Как тебя звать хоть? – прервал затянувшееся молчание водитель.

– Саша.

– Меня – Игорь.

Он отпустил руль и протянул мне руку.

– Зачем в Москву едешь?

– Я там учусь, а в Тамбов к родственникам на праздники приезжал.

– Правильно, образование – нужная штука. Не будешь учиться – будешь ездить на такой колымаге. Я вот в свое время бросил техникум, в тюрягу загремел, и жизнь пошла под откос.

Игорь вздохнул, открыл бардачок и достал пачку «Беломора».

– Куришь?

Я кивнул. Мои сигареты закончились еще вчера. Прикурив, я затянулся и сразу закашлялся.

– Тяжелые и дешевые, – расхохотался водитель и тоже зашелся в кашле, который выдавал заядлого курильщика.

Хуже я ничего в жизни не курил, после такой сигареты сразу задумываешься о том, чтобы бросить. Я сделал еще несколько затяжек, покрутил ручку окна в двери и выкинул сигарету.

– Молодежь, – засмеялся водитель.

– А за что вы сидели, если не секрет?

– Дураком был, по пьяни с пацанами продуктовый грабанули. Такой шум подняли, что нас сразу и замели.

– Бурная молодость, – усмехнулся я. – Надолго закрыли?

– Лучше не спрашивай, – отмахнулся Игорь. – Ты мне вот что скажи: тебе родители почему билет не купили до Москвы?

– Это мутная история, – уклончиво ответил я.

– Поссорился или деньги экономишь?

– И то и то.

Продолжать эту тему не хотелось.

– Понятно все с тобой… Мы в молодости с пацанами на крышах поездов катались. Денег ни у кого не было, машины тем более, а в соседнем селе девчонки красивешные жили. Летом почти каждый день выходили к путям рядом с Ласками – знаешь же, где это?

Я кивнул.

– Так вот, там поезд всегда притормаживал, а мы запрыгивали прямо на ходу и до соседней деревни с ветерком катили. Были времена…

Игорь ностальгически вздохнул и снова замолчал. А меня стало клонить в сон.

Когда я открыл глаза, мы стояли на заправке. Поежившись, я вышел из машины. В животе урчало – двух бутербродов за весь день было явно мало.

– Пойду что-нибудь перекусить возьму! – крикнул я Игорю, возившемуся со шлангом.

– Тут не цены, а обдираловка. Что, до Москвы не дотерпишь?

– С утра почти ничего не ел, умираю с голоду.

– Экономишь, называется! – усмехнулся водитель. – У меня пряники есть в машине, садись, я тебя угощу.

– Спасибо, я все же что-нибудь куплю.

С моей соткой на карте мне хватило лишь на «Сникерс» и маленькую пачку «Читос» с кетчупом. Игорь неодобрительно на меня посмотрел, когда я вернулся в машину.

– И это ты называешь едой? Э-э-э, молодежь…

Он махнул рукой и завел свой драндулет.

– Хоть чай допей.

– Спасибо.

Я умял сначала чипсы, а на десерт – «Сникерс» с горячим чаем. Настроение сразу поднялось. До Москвы оставалось 250 километров, как сообщал знак, мимо которого мы проехали.

– Мне нужно в деревню заехать, кое-что забрать, – дымя сигаретой, сказал Игорь. – Подождешь меня, ладно?

– Да, не проблема.

Заезжать мне никуда не хотелось, но что делать, везет бесплатно все-таки.

Вскоре мы свернули на проселочную дорогу. Правда, никакого указателя, что впереди будет деревня, я не