Исчезнувший - Джеффри Дивер

Мальэрик понимал, что рано или поздно его заметят. Нужно выбраться с ярмарки немедленно, пока не прибыло еще больше копов. Проходя мимо передвижного туалета, он зашел в фибергласовую кабинку и переоделся. Через тридцать секунд Мальэрик вышел наружу, вежливо придержав дверь перед женщиной средних лет. Однако та отошла в сторону — видимо, ей не захотелось пользоваться туалетом после байкера в кепке, с «конским хвостом» и пивным животом, в засаленной хлопчатобумажной рубашке с длинными рукавами и грязных черных джинсах.

Подобрав старую газету, Мальэрик скатал ее трубочкой и сунул туда левую руку, чтобы скрыть покалеченные пальцы. После этого он снова двинулся в восточную часть ярмарки, разглядывая изделия из цветного стекла, кувшины и кубки, игрушки ручной работы, хрусталь и компакт-диски. Один из копов взглянул прямо на него, но тут же отвернулся.

Теперь Мальэрик постепенно приближался к восточной стороне площади.

На Бродвей вела лестница около тридцати метров шириной, и полицейские в форме сейчас полностью перекрыли ее. Останавливая всех идущих от парка взрослых мужчин и женщин, они просили их предъявить документы.

Мальэрик вдруг заметил поблизости мужчину-детектива. Девушка с фиолетовыми волосами что-то шептала ему на ухо. Может, она заметила его?

Мальэрика охватила неудержимая ярость. Он так тщательно спланировал свое представление — каждый номер, каждый трюк был отточен и прекрасно согласовывался с завтрашним финалом! В эти выходные Мальэрик собирался представить самую идеальную иллюзию из всех, какие когда-либо показывали. Теперь все это рушилось у него на глазах. Он представил себе разочарование своего наставника, досаду почтеннейшей публики… Посмотрел на свою руку, сжимавшую сейчас небольшую картину с изображением статуи Свободы, — она дрожала.

Вот это уж совершенно неприемлемо! Мальэрик пришел в бешенство.

Положив картину на место, он обернулся…

И тут же застыл на месте.

Всего в каком-то метре от него стояла рыжеволосая. К счастью, она смотрела в сторону. Мальэрик тут же переключил внимание на украшения и с сильным бруклинским акцентом спросил продавца, сколько стоит пара серег.

Краем глаза он видел, как женщина-полицейский смотрит на него, но она быстро отвернулась и заговорила по рации:

— Пять-восемь-восемь-пять. Запрашиваю наземную линию связи с Линкольном Раймом. — И мгновение спустя: — Мы на ярмарке, Райм. Он должен быть здесь… Он не мог ускользнуть до того, как мы перекрыли все выходы. Мы найдем его, даже если придется обыскать всех.

Мальэрик поспешно ретировался. Какие же у него есть варианты?

Отвлечение — кажется, только это он и может сделать. Нужно отвлечь полицию и получить пять секунд на то, чтобы проскользнуть через оцепление и исчезнуть в толпе пешеходов на Бродвее.

Но чем отвлечь их? У него больше нет хлопушек, имитирующих выстрелы. Поджечь палатку? Но это не вызовет нужной ему паники.

Гнев и страх снова охватили его.

Но тут Мальэрик услышал донесшийся до него сквозь годы голос учителя. Тогда он допустил на сцене какую-то ошибку и едва не сорвал номер. После представления наставник отвел его в сторону. Чувствуя, как к глазам подступают слезы, мальчик уставился в пол, а учитель спросил его: «Что такое иллюзия?»

«Наука и логика», — мгновенно ответил Мальэрик (наставник усердно вбивал в него ответы на сотню подобных вопросов).

«Да, наука и логика. Если тебя постигла неудача — по твоей ли вине, по вине твоего ассистента или по воле самого Господа Бога, — ты должен использовать науку и логику, чтобы мгновенно все исправить. Между допущенной ошибкой и твоей реакцией на нее не должно пройти даже секунды. Будь смелым. Владей своей аудиторией. Пусть катастрофа сменится аплодисментами».

Услышав мысленно эти слова, Мальэрик успокоился. Встряхнув головой, он огляделся и прикинул, что можно сделать.

Будь смелым. Владей своей аудиторией.

Пусть катастрофа сменится аплодисментами.

* * *

Сакс снова окинула взглядом стоящих рядом с ней людей: мать и отец с двумя скучающими детьми, пожилая пара, байкер в рубашке с логотипом «Харлей-Дэвидсона», две дамы из Европы, торгующиеся с продавцом из-за каких-то украшений.

На той стороне площади она заметила Белла возле продовольственных рядов. А где же Кара? Молодая женщина должна была находиться рядом с одним из них. Сакс помахала детективу рукой, но тут их разделила группа людей, и она сразу потеряла его из виду. Поглядывая по сторонам, Сакс направилась к Беллу.

Сейчас Амелия ощущала такое же беспокойство, как и в музыкальной школе, хотя небо было ясное, а солнце сияло — никакого мрачного антуража, как это было в первом случае.

Нечистое место…

Она знала, в чем тут проблема. Когда ты работаешь патрульным, то либо имеешь контакт, либо нет. Полицейское выражение «иметь контакт» означало, что вы связаны со своим районом. В этом смысле нужно не просто знать географию своего участка или живущих там людей; нужно понимать, что ими движет, какие типы преступников можно там встретить, насколько они опасны, как они нападают на своих жертв — и как могут напасть на вас.

Если у вас нет контакта со своим районом, вам нечего там делать.

С Кудесником, как теперь понимала Сакс, она не имеет никакого контакта. Он может сейчас ехать в метро по маршруту номер девять или стоять рядом с ней — и она даже не догадается об этом.

Собственно, именно сейчас кто-то подошел к Сакс так близко, что она ощутила на шее его дыхание. Содрогнувшись от страха, Амелия резко обернулась и тут же ухватилась за рукоятку пистолета; она хорошо помнила, как легко Кара отвлекла ее, а сама вытащила из кобуры пистолет.

Поблизости находилось человек пять, но никто из них к ней не приближался.

Или все-таки приближался?

Вот, прихрамывая, от нее удаляется какой-то мужчина. Это не может быть Кудесник.

А почему не может?

Ведь он за считанные секунды способен изменить облик!

Сейчас рядом с ней находятся: пожилая пара, байкер с хвостиком, трое подростков и огромный мужчина в форме почтовой службы. Ее словно бросили одну в море — не верящую в свои силы, не знающую, куда плыть.

Нет контакта…

И тут раздался женский крик:

— Вот! Смотрите! О Боже, кого-то ранили!

Вытащив пистолет, Сакс бросилась к собравшейся неподалеку группе людей.

— Вызовите доктора!

— Что случилось?

— О Боже, не смотри, милая!

Недалеко от буфета, в восточной части площади, уже собралась большая толпа. Все с ужасом разглядывали что-то, распростертое у их ног.

Вызвав по «Мотороле» медиков, Сакс начала протискиваться сквозь толпу.