Когда сгущается тьма - Джеймс Гриппандо

— То, что вы слышали, соответствует истине.

— Кто это был?

— Не могу вам сказать.

— Хороший ответ, — усмехнулся пришелец.

— Единственный, какой я могу вам дать.

— В принципе он меня устраивает, — заметил ночной визитер, — при условии, что то же самое вы скажете и полиции.

— Раскрывать информацию или придержать ее — прерогатива банка и его адвокатов.

— Ответ неправильный.

Райли помолчал в надежде, что пришелец объяснит свои слова, но продолжения не последовало, и в комнате установилась напряженная тишина. Пока длилось молчание, менеджер успел перебрать в мозгу несколько возможных вариантов продолжения этого разговора, но ни один из них ему не понравился. Райли не оставляло ощущение, что ночной гость размышляет, пристрелить ли его здесь же, в гостиной, или отвезти с этой целью в какое-нибудь другое место.

— У меня серьезная проблема, — послышался наконец голос из темноты, словно озвучивая его худшие опасения.

У Райли перехватило горло, а во рту стало сухо, поэтому ответную реплику он произнес с известным усилием.

— И какая же?

— Эти полицейские такие настырные типы… Если вы скажете им, кто забрал деньги, какой, по-вашему, вопрос будет следующим?

— Представления не имею…

— А вы подумайте.

— Мне трудно сейчас сосредоточиться, извините. Но адвокаты банка, я уверен, смогут ответить на все их вопросы.

— Чтоб этих адвокатов черти взяли. На любой прямой вопрос они дают с полдюжины расплывчатых ответов, а счет выставляют как за дюжину. Давайте придерживаться простого принципа. Я попробую предсказать развитие событий, а вы либо согласитесь с моими предположениями, либо нет. Договорились?

Пистолет в руке ночного гостя не оставлял Райли возможности дискутировать.

— О'кей.

— Когда полицейские узнают, кто выпотрошил ячейку, у них, как мне кажется, может возникнуть только один вопрос, а именно: каким образом все эти деньги оказались в депозитной ячейке банка.

Райли промолчал.

— Чего молчите? Не согласны, что ли? — спросил человек с пистолетом.

— Согласен.

— Очень хорошо. Теперь обсудим еще один пункт, по которому, я уверен, мы тоже придем к взаимопониманию. Если полицейские проследят перемещения этих денег вплоть до их источника, то это может иметь крайне неприятные для вас последствия. Верно?

Райли молчал.

— Вы согласны с этим, Райли, или нет?

Менеджер судорожно сглотнул. Он хотел что-то сказать и не мог. Органы речи отказывались ему служить, поскольку он очень боялся дать неправильный ответ.

— Мне нужно, чтобы вы согласились и с этим пунктом, дружище, — поторопил его гость. — Потому что, если вы откажетесь признать очевидное, мне придется вас пристрелить — здесь и сейчас.

Райли тяжело дышал и некоторое время ничего не слышал, кроме собственного дыхания. Что и говорить, ему приходилось иногда встречаться с плохими парнями. Соблюдение банком конфиденциальности имеет и свою темную сторону. Но никто до сих пор не угрожал его убить, по крайней мере в столь недвусмысленных выражениях и деловой, будничной манере. Райли нисколько не сомневался, что этот человек в случае чего непременно выполнит свою угрозу.

— О'кей, — произнес он едва слышно.

— Что — о'кей? — осведомился гость.

— Я имею в виду, что никто и ни при каких обстоятельствах не узнает, откуда пришли эти деньги.

— Хороший ответ, Райли. Я бы сказал, совершенно правильный.

Он поднялся со стула, на котором сидел, и черный силуэт проступил в сумраке комнаты. Хотя черты были полностью скрыты тьмой, Райли различил тусклый блеск оружия в его руке.

— Лечь на пол, — скомандовал гость. — Лицом вниз.

Какая-то часть сознания призывала его воспротивиться насилию и оказать непрошеному гостю сопротивление. Райли пытался игнорировать внутренний голос, но тот снова и снова звучал у него в голове, пока он опускался на четвереньки, укладывался на пол и прижимался щекой к ковру. Потом он почувствовал, как завибрировал паркет под тяжелыми шагами, когда посетитель двинулся в его сторону. Приблизившись, человек немного постоял над ним, но Райли мог видеть только носки его ботинок.

Он представил себе, как ствол пистолета опускается и упирается ему в голову, и увидел внутренним взором заголовки завтрашних газет: «Банкир найден мертвым у себя дома. Убит пулей в затылок, как при исполнении смертного приговора».

— Считайте до тысячи. Громко, — приказал ночной гость. — И не дай вам Бог подняться раньше, нежели закончите счет.

Райли начал считать.

— Слишком быстро. Медленнее…

Райли начал снова. Один, два, три… Киллер отошел от него и направился к выходу. Девять, десять, одиннадцать… Входная дверь распахнулась. Пятнадцать, шестнадцать, семнадцать… Дверь захлопнулась. Райли слышал этот звук, но и не подумал подняться с места и продолжал дрожащим голосом вести отсчет.

Он считал до тех пор, пока в гостиной сквозь щели в деревянных ставнях не забрезжил свет зарождающегося утра.