Помни меня - Мэри Хиггинс Кларк

Фотографии были необыкновенно хороши и показывали владения в лучшем свете. Там был старый кейпский дом на Кокл-Кав-Ридж, очаровательный морской домик на Сэндз-Шуз-Лейн, такой же на Дип-Вотер-Лейн и дюжина других поменьше размерами, но не менее привлекательных владений.

Самым важным среди списка было поместье на самом берегу бухты Вичшир. Элейн нанимала фотографа, делающего съемки с воздуха, которого она всегда использовала для снятия панорамных снимков, специально для фотографирования этого владения. Мардж поместила это фото в центре витрины, в том месте, где висела обрамленная в раму аэрофотография Ремембер-Хаус.

Мардж услышала, как сзади зааплодировали. Она быстро обернулась.

— Я покупаю все, — сказала Элейн, вылезая из машины.

— Продано! — Мардж подождала, пока Элейн подошла и встала возле нее.

— Честно, что вы скажете?

Элейн изучила выставку.

— Думаю, они прекрасно выглядят. Полагаю, настало время выставить моего любимчика, снимок Ремембер-Хаус.

— Мне казалось, вы уверены, что Николсы собираются купить его.

Элейн прошла за ней в агентство.

— У меня впечатление, что с Менли Николс не все в порядке.

— Я никогда не встречалась с ней, — сказала Мардж, — но Адам Николс очень приятный человек. Я помню, каким грустным он приехал сюда в прошлом году и вы водили его повсюду. Он тогда снимал коттедж Спарка возле вашего дома, правда?

— Правильно, — Элейн нашла фото Ремембер-Хаус, прислоненное к стулу. — У меня идея, — сказала она. — Давайте пошлем его Скотту Ковею. Когда у него все утрясется, я не удивлюсь, если он останется на Кейпе, а они с Вивиан сходили с ума по этому дому. По крайней мере, так он не забудет об этом доме. Просто на случай, если Николсы не возьмут его.

— Но предположим, он не заинтересуется? Если дом вернется на рынок, вам не будет жаль, что у вас не осталось фотографии?

— У меня есть негатив. Я смогу сделать другие копии.

Элейн прошла к себе в кабинет. Мардж начала перекладывать фото, снятые с витрины, в переполненный альбом на столе в приемной. Звяканье колокольчика на входной двери возвестило о первом посетителе.

Это был посыльный из цветочного магазина. Он внес вазу с розами на длинных черенках.

— Для мисс Аткинс, — сказал он.

— Я и не воображала, что они для меня, — заметила Мардж. — Отнеси их ей. Ты знаешь дорогу.

После его ухода Мардж пошла восхититься цветами.

— Какие великолепные! Теперь это стало частым явлением. Но что это?

В букете была узкая лента с числом «106», нарисованным на ней.

— Я знаю, что вы еще не так стары, Элейн.

— Джон просто прелесть. Столько дней осталось до нашей свадьбы.

— Он романтик, и Бог свидетель, их осталось совсем немного. Элейн, вы думали о том, чтобы родить ребенка?

— У него уже есть один, а мне нравится думать, что Эми и я становимся ближе.

— Но Эми семнадцать. Она собирается в колледж. Было бы совсем по-другому, если бы она была ребенком.

Элейн засмеялась.

— Если бы она была ребенком, я не вышла бы за Джона. Я просто не настолько увлечена семейной жизнью.

Зазвонил телефон.

— Я возьму, — Элейн сняла трубку. — Агентство Аткинс по недвижимости, говорит Элейн Аткинс.

Она послушала.

— Адам! …Так плохо? Я имею в виду, что слушание звучит так страшно. Конечно, я дам показания. Встретиться с тобой за ланчем? Было бы прекрасно. В час? Увидимся!

Вешая трубку, она рассказала Мардж:

— Созывается слушание по делу о смерти Вивиан Ковей, что означает присутствие прессы. Поэтому у всех нас будет возможность посходить с ума по Скотту. — Она встала. — Где картинка Ремембер-Хаус?

— У моего стола, — показала ей Мардж.

— Давайте перешлем ее Скотту с записочкой.

Четким решительным почерком, она быстро набросала несколько предложений.

«Дорогой Скотт,

я только что узнала о слушании и рада возможности позволить узнать всему свету, как счастливы были вы и Вивиан в тот прекрасный день, когда смотрели Ремембер-Хаус. Вам так понравился вид, что мне захотелось, чтобы эта фотография напоминала вам об этом.

Ваша Элейн».