Между адом и раем - Тед Белл

Хок улыбнулся и сжал ладонь Вики. Видеть ее там, где она провела столько счастливых часов с отцом, было чудесно.

Он дал знак бармену и заказал ей выпить.

— Я очень счастлив быть здесь с тобой, — сказал он, погладив Вики по щеке.

— Замечательно. Я думала то же самое, — прошептала Вики, пытаясь скрыть чувства, нахлынувшие на нее при прикосновении Алекса.

Ей принесли мартини, и Хок поднял бокал.

— За что будем пить? — спросила Вики.

— Сейчас подумаю. Как насчет того, чтобы выпить за Тома, Гека и Вики? Или там была Бекки?

— Ты настоящий шедевр, ты знал об этом, Хок? — засмеялась Вики. Они чокнулись, и хрусталь зазвенел.

— Зверский день был на работе, док? Поговоришь со мной об этом?

— У меня появился новый пациент. Бедняга! Он страдает от неизлечимой зависимости.

— В самом деле? Странно. А я думал, ты можешь излечить любого и притом от всех болезней. Я читал в журнале «Уошингтониэн», что ты считаешься одним из лучших врачей в городе.

— От некоторых зависимостей лучше не избавляться. Милый, у тебя есть ручка?

Хок вынул из кармана тонкую золотую авторучку.

— Спасибо. — Вики начала что-то писать прямо в меню. Женское поведение временами просто необъяснимо, как заметил Алекс в разговоре со Стоком по дороге из аэропорта. Ну, раз уж она женщина, то имеет право на странности.

— Месье Хок, — послышался подобострастный голос метрдотеля. — Ваш столик готов.

Он прошел вслед за Вики в маленькую обеденную комнату, не в силах оторвать взгляд от ее соблазнительной попки под красной шелковой юбкой.

Когда они сели, пришел официант, седой джентльмен в белых перчатках.

— О, добрый вечер, мистер Хок! И вам тоже, мисс Вики, — сказал он. — Господи, я не видел вас с тех пор, как вы были совсем малышкой. Какая красавица из вас получилась!

— Герберт! Не могу поверить, что ты все еще здесь работаешь.

— Я тоже, мисс Вики. Сегодня мне исполнилось девяносто два, а я все еще в полном расцвете сил.

— С днем рождения! Алекс, Герберт был большим другом папы и всегда ухаживал за мной, когда я сюда приходила.

— Верю, — сказал Хок, вставая, чтобы пожать руку старине официанту. — Он и обо мне немало хлопотал. С днем рождения, Герберт.

— Спасибо, сэр. Знаете ли, мисс Вики, — сказал Герберт, — это место стало совсем другим после того, как ваш папа уехал из города. Я помню, как он виртуозно играл на пианино и рассказывал анекдоты. Все просто падали от смеха.

— А помнишь, ты выпускал меня на паркетный пол для танцев в носках. Это напоминало катание на коньках.

— Эх, и весело же мы тогда проводили время! — воскликнул Герберт, и в его спокойных карих глазах засветилась улыбка. — Мне принести вам выпить?

— Прекрасная мысль, Герберт, — сказала Вики. — Мартини, пожалуйста.

Когда официант ушел, наступило молчание. Хок просто сидел и смотрел на нее. Вики не смутило это молчание, но напряженность в его взгляде заставила задуматься. Она заметила, что он до сих пор держит руку в правом кармане.

— У тебя никак револьвер там? Или просто рад меня видеть? — спросила она, не успев придумать ничего более оригинального.

— Не револьвер, — ответил он, — всего лишь это. — Он вынул из кармана маленькую бархатную коробочку и положил на стол. Заметив, как она смотрит в его глаза, продолжил:

— Не беспокойся, док, не кусается. Просто открой.

Она потянулась к коробочке.

— О, Алекс, я…

— Мисс Вики? — официант снова появился у стола.

— Да? — сказала Вики. — В чем дело, Герберт?

— Извините, что побеспокоил в такой момент, но там звонит какой-то джентльмен, просит к трубке доктора Свит. Он говорит, это срочно, — сказал официант.

Она глянула на Алекса.

— Извини, Алекс, я возьму трубку. Может быть, кому-то из моих пациентов стало плохо.

— Конечно, ты должна ответить, — кивнул Алекс.

— Закажи мне что-нибудь вкусненькое, ладно?

Алекс взял меню, на котором она писала. Сначала не понял, но затем разобрал: она правила ручкой ошибки, которые допустил метрдотель, переводя меню на французский. Похоже, бедняга в дикой спешке прошел языковые курсы, прежде чем попасть сюда. Алекс улыбнулся. Он сразу почувствовал неприязнь к метрдотелю, хотя тот и отдаленно не напоминал француза.

— Быстро ты, — встал он при виде улыбающейся Вики.

Она подошла к столу и села. Затем взяла бархатную коробочку, которую оставила на пустой тарелке.

— Хмм, — произнесла она, переводя взгляд с коробочки на Алекса и обратно.

— Да, хмм, — сказал Алекс.

— Странно. Мне никто не ответил, Алекс, — улыбнулась она, отбросив с лица золотисто-каштановую прядь волос.

— Никто?

— Никто.

— Тогда они, наверное, повесили трубку? — сказал Алекс, озабоченно нахмурив брови. — Соединение прервалось?

— Не думаю, Алекс, — сказала Вики. — Я слышала дыхание на том конце провода. Вряд ли кто-нибудь из моих пациентов станет так шутить.

— Я уверен, это всего лишь нелепая ошибка.

— Это не похоже на ошибку, Алекс. Такое ощущение, что кто-то нарочно хочет меня напугать. Хочет…

Она не успела договорить.

Комнату сотряс страшный взрыв.

Очнувшись, Алекс увидел, что он больше не за уютным столом, а лежит на спине в клубах белого дыма. Отовсюду раздавались крики и стоны. Он почувствовал резкую боль в плече и попытался откатиться. Стало еще хуже. Казалось, он лежит голым на осколках стекла. Почувствовав, как руки липнут к полу, он поднял их и увидел, что они в крови. В голове мелькнула мысль: надо уходить отсюда немедленно. Рядом с собой Алекс услышал женские стоны. Он понял — это Вики.

— Док? — спросил он, но не услышал ответа.

Алекс не мог разобрать, откуда доносятся стоны. Он вообще ничего не видел.

Встав на четвереньки, пополз по стеклу туда, откуда доносился голос.

— Вики, — крикнул он, — Вики!

Наконец он услышал ее слова:

— Алекс, мне больно. Мне холодно. Где папа?