Так устроен мир - Джеймс Хедли Чейз

Клэр дошла до шкафа и обнаружила, что он заперт.

– Сможем открыть?

Джо осмотрел замок, сделал шаг назад и хорошенько пнул дверцу. Фанера раскололась.

Клэр заглянула в трещину.

– Там дверь, – взволнованно сказала она.

Джо оттолкнул ее и принялся лихорадочно крушить фанеру здоровой рукой. Когда отверстие стало достаточно большим, он протиснулся внутрь, повернул ручку и толкнул дверь. Та с легкостью отворилась.

– Тащите фонарь, – шепотом сказал он. – И не шумите.

Клэр свободно проскользнула в отверстие, Лорелли же пришлось постараться. Протискиваясь внутрь, она тихо ругалась. То и дело раздавался треск рвущейся одежды.

Наконец вся компания очутилась в темном коридоре. Потолок был низкий, пахло сыростью.

– Дайте свет, – приказал Джо.

Клэр протянула ему фонарь, и он поднял его над головой. Прямо перед ними была лестница, а чуть дальше коридор упирался в еще одну дверь.

Джо подошел к ней, подергал. Заперто, открыть не получается. Он вернулся к девушкам и шепнул, ткнув пальцем в сторону лестницы:

– Вот он, наш выход.

Стараясь не отставать от него, Клэр и Лорелли пошли вверх по пыльным ступеням. На полпути Джо замер.

– Слышите? – тихо сказал он.

Сверху доносились неразборчивые мужские голоса. Джо выудил пистолет из заднего кармана брюк.

– Ждите здесь, – сказал он. – Посмотрю, что там происходит.

Лорелли схватила его за рукав.

– Мне это не нравится, – нервно сказала она.

Джо стряхнул ее руку:

– Цыц!

Постоял, прислушался. Его встревоженное худое лицо казалось еще бледнее в свете фонаря. Щека нервно дергается, в блестящих черных глазах – тревога. Совсем как загнанный хорек, подумала Клэр.

Задув фонарь, Джо поставил его на пол.

– Ждите здесь, – повторил он. – Если что услышите – постарайтесь себя не выдать.

Он тихонько пошел вверх, оставив девушек в душной темноте.

Сделал несколько шагов, остановился, прислушался снова. Голоса раздавались так близко, что были слышны обрывки разговора.

– И сколько еще прикажешь ждать? – грубо спросил один.

– Заткнись, бродяга! – прорычал другой. – Подождешь, никуда не денешься.

Голоса беспорядочно зашумели, потом кто-то спросил:

– Мужики, кофейку не сделаете? Хреново мне, аж жуть.

Джо понял, что наверху собралась целая компания. Он крадучись двигался вперед. Нащупав последнюю ступеньку, остановился рядом с неплотно зашторенным окном.

Из-под двери в дальнем конце коридора виднелась полоска света. Сквозь жалюзи пробивались лучи рассветного солнца. Джо взглянул на часы: половина шестого утра.

Чуть приподнял жалюзи, чтобы стало светлее. В каждом конце коридора – по двери. Правая вела в комнату, из которой доносились голоса. Левая могла вести на улицу. Джо направился налево, открыл дверь, увидел небо, переулок, и тут его сердце ушло в пятки – прямо перед ним стоял Тод Коррис.

Несколько секунд они удивленно смотрели друг на друга. Затем Джо поступил столь же храбро, сколь и отчаянно: размахнулся и двинул Корриса кулаком в челюсть. От неожиданности тот хрюкнул, попятился и прижался к стене. Джо выхватил пистолет и прицелился.

– Ни с места, – тихо сказал он.

Коррис пришел в себя, поправил очки и скорчил Джо гримасу.

– Ты сдурел – или что? – сказал он, ощупывая свой подбородок кончиками пальцев. Тут он узнал Джо. – Пацан Шульца? – Взгляд его за стеклами очков похолодел. – Что тебе здесь нужно?

Джо быстренько прикинул: если бы девчонки были рядом, он мог бы вырубить Корриса, а дальше – свобода. Но как сообщить им, что происходит? Коррис опасен, как кобра, с него ни на секунду нельзя спускать глаз. С другой стороны, если помедлить, кто-нибудь может выйти из комнаты в дальнем конце коридора.

– Я вас случайно стукнул. Перепугался. Искал Шульца да вот заблудился.

Коррис поднял брови.

– Направь свой пугач в другое место, – вежливо попросил он. – Вдруг выстрелит.

Не теряя бдительности, Джо опустил пистолет. Он не знал, что делать дальше.

– Рановато вы сегодня, – произнес он, делая шаг вперед.

Вот бы застать Корриса врасплох – может, получится вломить ему рукоятью пистолета.

– Кто рано встает, тому Бог подает, – сказал Коррис, заглядывая парню за спину. Потом посмотрел ему в лицо, улыбнулся и снова потрогал челюсть. – Неплохой удар, сопляк.

Джо почувствовал, как что-то уперлось ему в позвоночник.

– Брось волыну, дебил, – скомандовали сзади.

Джо вздрогнул и неохотно выпустил тридцать восьмой из пальцев. Когда к спине приставлен ствол, приходится делать, что говорят.

Его схватили за плечи и повернули кругом. Перед ним маячило лицо с густыми бровями и шрамом, который пересекал щеку и уходил под воротник. Джо увидел ухмылку, успел заметить, что половина зубов выбита, а остальные все гнилые, а потом получил тычок в скулу, отлетел к стене и сполз на пол.

– Привет, Бифф, – сказал Коррис. – Остальные здесь?

Мужчина кивнул.

– А это что за рвань?

– Мальчишка Шульца. – Коррис безразлично взглянул на Джо. – Тащи его к остальным.

Человек по имени Бифф нагнулся, схватил Джо за рубашку и рывком поставил на ноги. Приподнял так, что Джо касался пола только носками ботинок, и протопал в большую прокуренную комнату.

Посередине стоял стол, на нем – бутылки, стаканы, карты, деньги, а вокруг стола – восемь мужчин играют в покер.

Втащив парня в комнату, Бифф швырнул его на стол. Бутылки с картами разлетелись в стороны, двоих игроков тоже зацепило.

Немедленно поднялся страшный шум – бандиты, бранясь, повскакивали со стульев. Те двое, которых нечаянно уронил Джо, немного полежали и подключились к общему хору.

Бифф от души расхохотался. Картина и впрямь была забавная. Джо вскочил на ноги и попятился.

В комнате было с десяток человек. Все незнакомые, хотя кого-то Джо видел в игорных заведениях своего района.

Одним из упавших был тощий Комски – обладатель длинных черных волос, небритого подбородка и, по всей видимости, злобного нрава. Он сцепил руки в замок, шагнул к Джо, размахнулся и врезал ему так, что он пролетел через всю комнату и приземлился на другого громилу. Тот развернул Джо и пинком отправил его в новый полет. Парень приземлился на четвереньки и почувствовал, как еще один ботинок прогулялся по его ребрам. Джо упал на бок, обезумев от боли, дрожа от ненависти и подавленного гнева.