Так устроен мир - Джеймс Хедли Чейз

– Я с ним поквитаюсь, – тихо пообещал Дюк. – Шульц ответит за все.

Гарри постоял еще секунду-другую и направился к машине.

Клэр сидела неестественно ровно и смотрела прямо перед собой. Когда он уселся в автомобиль, она сказала:

– Девушка по имени Лорелли и еще парень… зовут Джо. Знаешь их?

– Конечно. Сейчас не стоит ни о чем волноваться.

– Они в беде, – тревожно сказала Клэр. – Поэтому я и пришла. Они в твоей конторе, а еще там Коррис с кучей головорезов.

– Ты о них не печалься. – Дюк сдвинул шляпу на затылок. – Никчемные бродяги. Скажи, что я могу для тебя сделать? Куда хочешь отправиться?

Клэр развернулась к нему:

– Но они помогли мне. Ты должен что-нибудь сделать.

– Ладно, ладно. – Дюк нажал на педаль газа, машина дернулась вперед. – Что-нибудь придумаем.

И он помчался к конторе.

Пока ехали, Дюк думал о Шульце, совсем забыв про Клэр. Интересно, где он и как скоро удастся его найти. Гарри сжал баранку. Решил, что из-под земли его достанет. Он понял, что Клэр разговаривает с ним, и украдкой взглянул на ее белое напряженное лицо. Неужели Питер так много значил для нее?

– Одному идти нельзя, – говорила Клэр. – Их там много. Нужно найти подмогу, но не из полиции – Лорелли все твердила, что к копам лучше не соваться.

– Я все сделаю. Не беспокойся, – сказал Дюк. Он свернул с главной улицы в переулок, ведущий к его дому. – Зайду домой, заберу «томми». Он их вразумит.

– Кто его убил? – внезапно спросила девушка, сжав кулаки так сильно, что сквозь кожу проступили белые костяшки пальцев.

– Думаю, что Шульц, – сквозь зубы ответил Дюк. – Да, должно быть, Шульц.

– Я же просила оставить его в покое. – Клэр не сердилась. Она говорила так, словно одурманена и размышляет вслух. – Если бы ты не втянул Питера в свои дела, он был бы жив. Я же говорила, он совсем беспомощный. Ты мне не верил. И он не верил. Он был милым, добрым, достойным парнем – и умер такой ужасной смертью. Смертью таких, как Спейд, Шульц… и ты. А Питер не заслуживал такой кончины.

Дюк притормозил возле дома и повернулся к девушке.

– Прекрасно тебя понимаю. Но слезами горю не поможешь. Питер был хорошим другом, мне будет его не хватать. Для тебя он был больше чем просто друг, и ты долго будешь его оплакивать. С этим ничего нельзя поделать. Единственное, что остается, – запомнить его таким, какой он был, и считать, что он уехал в далекие края. Тогда нам обоим не придется стыдиться за обидные слова, сказанные не вовремя.

Клэр не сводила глаз с дороги, молча горюя о своей утрате.

– Пойду заберу автомат, – сказал Гарри. – Если хочешь домой, возьми такси.

Клэр перевела на него взгляд, и он заметил в ее глазах плохо скрытую неприязнь.

– Хочу видеть, чем все это закончится. Ты же не думаешь, что я останусь в стороне – теперь, после смерти Питера?

Пожав плечами, Дюк убежал в дом.

Когда он заканчивал возиться с автоматом, зазвонил телефон. Помедлив, Гарри бросил «томпсон» на кровать и ответил на звонок.

– Гарри Дюк? – Это была Лорелли, голос ее звучал взволнованно.

– А ты еще откуда? – удивился Дюк. – Я тут собираюсь вас спасать, прямо как в кино.

– Я могу защитить себя сама, – с гордостью сказала девушка. – За кого вы меня держите? Слушайте. Я в драгсторе на углу Линкольн-стрит. Заберете меня?

– Уже еду, – произнес Дюк и повесил трубку.

Он сорвал с кровати одеяло, завернул в него автомат и побежал вниз.

– Лорелли цела. – Дюк бросил сверток в багажник и уселся рядом с Клэр. – Только что звонила. Поехали, заберем ее.

Клэр не ответила. Дюку стало не по себе от неживого выражения ее лица. Хоть бы заплакала – да что угодно, только не сидела бы с застывшим лицом и глазами, похожими на два отверстия в белой простыне.

Дорога до Линкольн-стрит заняла меньше четырех минут. Лорелли и Джо ждали на углу. Парень прижимал платок к нижней части лица, глаза его горели злобным огнем.

Лорелли забралась на заднее сиденье, Джо за ней.

– В Фэйрвью. И побыстрее, – скомандовала девушка. – По дороге все расскажу.

Дюк развернулся и рванул по главной улице.

– Что намечается? – спросил он.

– Много чего. – В голосе Лорелли слышалось волнение. – Банда Спейда собирается взять Пиндерз-Энд штурмом. Они как раз планировали рейд, когда нам удалось смыться. Двенадцать человек и Коррис. У всех пушки, но встретить серьезный отпор они не рассчитывают.

Дюк улыбнулся.

– В таком случае их ждет небольшой сюрприз. – Он взглянул на Клэр. – Вот шанс, о котором я говорил. Помнишь? Единственный способ избавить Бентонвилль от бандитов – собрать их вместе и выбить всех одним ударом. Сейчас мы этим и займемся, вместе с мужиками из Пиндерз-Энд. Если тебе все еще интересно, могу сказать, что через неделю Бентонвилль будет чист как стеклышко.

– Поздновато. – Клэр все еще была убита горем.

Лорелли наклонилась вперед. Дюк почувствовал ее дыхание на своем затылке.

– Что будете делать? – спросила она.

– Высажу вас в Фэйрвью, потом поеду к Кейси. Предупрежу его. У них полно пушек, еще и Келлз подсобит. Если все пройдет по плану, своре Корриса не поздоровится.

– Думаете, я собираюсь такое пропустить? Совсем сдурели? – Лорелли засмеялась. – Там один громила взялся нашего Джо валять. Вы бы видели, как я ему череп раскроила.

– Извини. – Дюк покачал головой. – Вас не возьму. Эта схватка не для женщин.

– Помимо схватки, в Пиндерз-Энд есть и другие дела, – пресно сказал Джо. – Твое дело – схватка, наше – все остальное.

И он направил ствол автомата на Дюка, целя в голову.

В зеркале заднего вида Дюк увидел свой собственный «томпсон». Рядом – окровавленное лицо Джо. Взгляд у парня был нехороший, но Дюка это скорее позабавило, чем встревожило.

– Как скажешь. Давай высадим Клэр и поедем на пикник втроем.

– Я с вами, – вмешалась Клэр.

– Пусть едет, – сказала Лорелли и взглянула на Джо. – Вдруг пригодится.

– Только ее там не хватало. – Опустив автомат, Джо вытер нос. Болит, и рука тоже. В таком переменчивом настроении парень был опасен. – Давайте уже пригласим весь город.

– Молчи! – прикрикнула на него Лорелли. – А что еще нам остается делать?

– Знаешь, сколько там? – уточнил Дюк. – Пять сотен штук. Не подумал, что хватит на всех?

– Пять сотен штук.

Казалось, Джо расслабился. Рука и нос почти перестали болеть.

Подъезжая к Фэйрвью, Дюк уточнил: