Убойная сила - Лев Пучков

Вот так бесславно для оккупантов завершилась история насильственного внедрения чужеродного элемента в криминальный мир Стародубовска. Верха, спохватившись, принялись обустраивать свой проект на иной лад: с разведкой, налаживанием отношений, установлением прочных контактов, исходя из особенностей местной специфики. Ну, то есть так, как надо было с самого начала.

Провалившего операцию Лабаза ликвидировать не стали — нужный все же пацан. Ему дали еще один шанс, и он оправдал доверие. Поселившись тихонько в Стародубовске, Страдников получил в свое распоряжение неограниченные кредиты и, заручившись поддержкой сверху, очень быстро нашел контакты с главарями группировок, подъехав к ним с другого бока. Расположение этих сильных мира сего Лабаз завоевывал щедрыми подарками, протекцией нужным людям в столице (через своих патронов, естественно!), «отмазками» от уголовной ответственности членов группировок в особо сложных случаях и так далее.

Попутно опальный группировщик потихоньку сватал в свою команду представителей криминального мира, шатающихся меж «бригадами» и по каким-либо причинам не желающих примыкать куда-нибудь конкретно. Он сулил им сказочные перспективы, сладкую жизнь, всеобщий почет и уважение — и никого не унижал, психолог этакий!

Уже к концу 1994 года Лабаз имел среди местной «братвы» репутацию своего в доску мужика, которому все были по шею обязаны и от которого многое зависело. Помимо репутации Лабаз имел уже сформировавшуюся группировку, состоявшую из коренных жителей Стародубовска, прошедших огонь и воду. Каждый из этих бандитов был выходцем из стародубовской «братвы», имел чуть ли не полгорода «корешей» и имел вес в криминальном мире. Это в значительной степени обуславливало лояльное отношение старожилов к новообразованной структуре: группировка состояла из парней, которые были своими! А значит, и сама группировка — что? Тоже своя! Ларчик-то просто открывался…

К этому моменту организаторы КОРИДОРА догадались-таки заручиться поддержкой воровской элиты. На очередном «сходняке» в Минводах «пахану» стародубовской «общины» Парапету ненавязчиво посоветовали особо не выкобениваться и закрыть глаза на действия Лабаза.

Парапет — добрый малый — внял совету и закрыл. А зря… Мой хороший знакомый — адепт Конфуция, философ Басхамджиев Ю. Б., как-то сказал: «Если удел твоей жизни — опасность, будь всегда бдительным. Прежде, чем ступить шаг, посмотри — куда ты ступаешь. Прежде чем закрыть глаза, хорошо подумай — не делаешь ли ты это в последний раз…»

Но, по всей видимости, Парапет не беседовал с философами — некогда было, что ли. И поплатился за это по самому большому счету. Лабаз не простил вору публичного позора.

Уже к концу 1995 года размах деятельности группировки, обеспечивавшей КОРИДОР, приобрел едва ли не всероссийский масштаб. Грузопоток, проходивший через него в обе стороны, становился все более интенсивным. По мере этого росла и значимость Лабаза. Хитрый парнишка, быстро смекнув, что к чему, сосредоточил в своих руках все отправные моменты функционирования коридорной системы, упразднив в этих целях трех своих помощников, ведавших самостоятельными участками работы. Благодаря этому Страдников приобрел исключительный статус как в криминальной среде, так и перед лицом патронов: КОРИДОР работал бесперебойно.

Развращенный успехом. Лабаз расслабился и моментально скурвился. Явившись в один прекрасный день к Парапету, он плюнул ему под ноги, заявив, что более в «общак» платить не станет, и гордо удалился. А на прощание бросил через плечо, типа: недолго тебе жить осталось, чухан недоделанный!

Опешивший вор попытался было призвать грубияна к ответу посредством уже неоднократно испытанного способа, но потерпел фиаско. За два года ситуация резко изменилась. Никто из «братвы» не пожелал связываться с хорошо экипированной группировкой Лабаза.

Тогда оскорбленный Парапет накатал «маляву» верховным авторитетам России. Авторитеты вникли в суть дела и намекнули властителям КОРИДОРА, что если их ставленник и далее будет развлекаться подобным образом, может получиться небольшая неувязочка. Дело, мол, делом, а беспредела не потерпим при любом раскладе.

Начальники пожурили своего распоясавшегося сатрапа и сделали ему внушение: плати, мол! Мало тебе, что ли? Скромно потупившись. Лабаз изобразил покаянный вид и стал платить в «общаковую» казну сумму, эквивалентную усредненному взносу каждой из остальных четырех группировок Стародубовска. Вроде бы на том дело и закончилось: все утряслось к обоюдному удовлетворению.

Только с той поры вокруг да около пахана стародубовской «общины» стали происходить странные вещи. То у машины на полном ходу колесо отвалится. То какие-то стрелки на прогулке обстреляют и заставят ползать по грязи с наганом, огрызаясь скупыми одиночными выстрелами в ответ. То бомба взорвется у самого дома и повышибает все стекла. А раз в усадьбе Парапета обнаружили сразу три гадюки-самки, непонятно как попавшие к нему. Чего на свете только не бывает!

Вор был далеко не идиот — идиотов, сами понимаете, на таких должностях не держат. Быстро сделав выводы, Парапет обзавелся дополнительной охраной и средствами защиты — забором, колючкой, системой обнаружения, сигнализацией, заказной пуленепробиваемой машиной… И зажил отшельником, прячась от враждебного внешнего мира — так надежнее.

Вот такая ситуация имела место в секторе нашего интереса на момент начала первого этапа операции «Бумеранг». Взаимоотношения между «вором» и Лабазом Шведов тщательно изучил, проанализировал и положил в основу своего плана.

Сам полковник, правда, по этому поводу высказался весьма однозначно:

— Лабаз дуркует. Хотел бы ликвидировать — давно бы уже вора не было в живых — можешь мне поверить. Жизнь человечья в наше время — пшик: будь ты хоть под землей в бункере за тройным кольцом охраны, всегда есть способ тебя убить… Убить вора Лабазу слабо — что ты! Разборка будет выше крыши — он это прекрасно понимает. А вот запугал он его до края. Получается, что вор сам себя заточил и тихо хиреет на «общаке». А ведь мог бы раздавить этого Лабаза в самом начале. Теперь вон пожинает плоды своей ошибки… А Лабаз, скотина, тащится себя: ай да я, какой молодец! Ну, пусть себе — недолго осталось…

Так сказал полковник за несколько дней до начала операции. Я тогда еще не был посвящен во все детали плана, но сразу уловил, что Лабазу уготована весьма мрачная участь. И совсем не потому, что он не понравился по каким-либо причинам полковнику. Просто так получилось, что Лабаз служил людям, обидевшим полковника. Тем самым он невольно, как и Парапет, угодил в сферу жизненно важных интересов Шведова. И еще: в отличие от Лабаза, полковнику было не «слабо» ликвидировать вора…