Вопрос времени - Джон Джойс

Гилкренски смотрел в иллюминатор подводной лодки и видел только пузырьки газа, которые кружились, улетая в темноту. От черной бездны за бортом титановую сферу отделяло три с половиной дюйма чистого оргстекла. Тео вспомнил краткий инструктаж, полученный от Маккарти перед погружением. Если бы не прочные стенки аппарата, вода на такой глубине раздавила бы их с силой десятитонного грузовика. Гилкренски огляделся по сторонам. Все пространство внутри небольшой субмарины, имевшей всего семь футов в ширину, занимали бесчисленные приборы – датчики кислорода, воздухоочистители, экраны гидролокатора, эхолот, подводный телефон, радио– и видеозаписывающее устройство. Маккарти на коленях стоял перед пультом управления. Рядом с ним на мягком полу лежала Джил, облаченная в толстый комбинезон, два свитера и теплую куртку. Они спускались уже почти час, дыша хорошо очищенным рециркулируемым воздухом, перекусывая сандвичами с арахисовым маслом и слушая классическую музыку из автомобильной стереосистемы. А темнота за бортом становилась все гуще и гуще…

– Сколько еще осталось? – спросил Гилкренски.

Маккарти взглянул на показатели сонара.

– Меньше двухсот футов, – ответил он. – Дно появится с минуты на минуту.

Джил отвернулась от иллюминатора.

– Робот выдержит давление на такой глубине?

Ее брат вгляделся в темноту.

– Выдержит. Меня больше волнует, как с ним справится ваш новый компьютер. Вы уверены в его надежности?

– Что скажешь, Мария? – обратился Гилкренски в радиомикрофон.

– Мистер Маккарти может не волноваться по поводу моих способностей, – ответила «Минерва». – Контрольные системы на АДУ гораздо проще, чем на «Уисперере» или «Вояджере», а Тео убедился, что я умею управлять ими с абсолютной точностью. Жаль, что правила не позволили мне спуститься вместе с вами, но я могу следить за роботом и за вашей субмариной отсюда, с «Драко». Как себя чувствует мисс Маккарти?

Джил широко улыбнулась:

– Отлично, Мария. Спасибо, что спросила. – Она прикрыла перчаткой микрофон. – Кажется, она тебя ревнует, Тео.

Маккарти нахмурился.

– "Минерва" спасла мне жизнь, когда я летел сюда, – заметил Гилкренски. – Вы в надежных руках.

– Хорошо… э-э… Мария, тогда сделаем вот что, – сказал Маккарти. – Ты можешь опустить АДУ на дно и подождать нас там? Мы будем ориентироваться на твои огни.

– Минутку.

Ровное гудение моторов «Манты» заглушил высокий урчащий звук, и в темноту вдоль иллюминаторов проплыл маленький аппарат в форме торпеды.

– Дно совсем рядом, – сказал Маккарти. – Мы его вот-вот увидим.

Внизу появилось что-то вроде бескрайнего поля с фосфоресцирующими пятнами морских звезд и слабо освещенным горизонтом. Маккарти потянулся к панели управления. Раздался щелчок, и четыре мощные иодно-кварцевые лампы ярко озарили подводную равнину, похожую на лунный пейзаж. Слева склон полого поднимался вверх, уходя далеко на запад, к берегам Флориды. Справа он резко обрывался вниз, прямо в бездну.

Гилкренски услышал, как Маккарти заглушил двигатели «Манты» и начал с шипением выпускать воздух из балластных баков, чтобы плавно опуститься ниже и зависнуть на краю обрыва.

– Местоположение выбрано правильно, – заметил Маккарти. – На самой кромке шельфа.

– Вы находитесь ровно в полуметре от назначенного места, – произнесла «Минерва». – Точность крайне важна, поскольку давление внутри расселины слишком велико и может раздавить лодку.

– Спасибо, Мария, – поблагодарил Маккарти. – Ты укажешь нам путь к обломкам?

– Конечно. Следуйте за мной!

Робот повернулся вокруг своей оси и заскользил над шельфом. Маккарти медленно тронулся следом, но через секунду управляемый аппарат перевалил через невысокий холм и исчез из виду. Они видели только отблеск его огней, поднимавшийся над гребнем, как призрачное солнце.

Гилкренски почувствовал, что «Манта» пошла вверх. Какое-то время обзор заслонял склон холма, потом снова появился робот, а в свете его ламп – темный и мрачный силуэт, вздымавшийся со дна огромным изломанным скелетом. Это был остов «летающей лодки».

Она лежала на самом краю провала, словно гигантская птица, готовая вот-вот сорваться с места и взлететь в ночное небо. Гилкренски увидел изогнутые крылья, помятый фюзеляж и разбитую решетку в фонаре кабины, которая, точно пустой череп, смотрела на них из темноты.

За обломками машины все тонуло в беспросветном мраке.

На минуту в «Манте» воцарилось молчание. Потом Джил сказала:

– Надо же, он оказался именно там, где ты говорил.

– Мы можем сделать снимки? – спросил Гилкренски.

– Видеосъемка ведется с момента погружения, – ответил Маккарти. – Но я включу дополнительные прожектора.

Самолет залило ослепительно ярким светом. В глаза Гилкренски бросился левый борт с глубокой вмятиной по всему корпусу и изогнутый крест огромного пропеллера. Все это напоминало какую-то кладбищенскую скульптуру. Густой ил, покрывавший крылья и фюзеляж машины, делал зрелище еще более мрачным и унылым. «Если бы мы были не под водой, а на земле, тут бы всюду висела паутина», – подумал Тео.

– Думаю, это не тот самолет, с которым вы столкнулись, – сказал Маккарти. – Мы ошиблись местом!

– Как не тот? – нахмурился Гилкренски. – Разумеется, он самый. Все сходится. Та же старая «летающая лодка», и лежит она именно там, где я видел взрыв. Могу поспорить, если мы обойдем его справа, то увидим поплавок, смявшийся от удара о мой топливный бак. Вероятно, там даже осталась краска с моего «Вояджера».

– Но это невозможно. Взгляните, сколько ила лежит на корпусе и крыльях. Он оседает очень медленно. Чтобы слой достиг такой толщины, понадобился не один десяток лет.

Гилкренски смотрел в пустоту, пытаясь осознать слова Маккарти. Не один десяток лет? Выходит, он лежит здесь уже полстолетия? Но они столкнулись только вчера…

И тут его осенило.

– Господи Иисусе! – воскликнул он. – Значит, я был прав!

Джил уставилась на него:

– О чем ты?

Тео лихорадочно соображал. Он едва сдерживал свое волнение.

– Давайте обойдем вокруг него, – попросил он. – Я должен посмотреть на правый борт.