Аниматор - Станислав Гимадеев

Андрей медленно приблизился к Павлу. Тот листал альбом с фотографиями и даже не заметил, но потом поднял глаза на застывшего Андрея и спросил:

– Что с твоим лицом, брателло?

Андрей протянул ему распечатки. Павел взял их с подозрением, уткнулся в первый лист.

– И… что? Что это такое?

– Лабораторное оборудование, Паша. Ты сечешь?

– Н-нет…

– Папа вернулся к своим исследованиям!

Павел посмотрел на Андрея с недоверием.

– Да не выдумывай, Энди. Это как? На дому, что ли?

– Не знаю где! Но это факт!

– Погоди… С чего ты взял?

– Зачем отцу на пенсии прайсы на оборудование? Паша, я тебе точно говорю: он или собирался свои работы продолжить, или действительно продолжил!

– Да ты понимаешь, что с 2002 года в России опыты с клонированием человека незаконны? Зачем папану на старости лет в тюрьму садиться?

– Ну, может, не с человеком опыты… Не знаю, но это зацепка! Стопудово!

– Я бы не торопился с выводами. – Павел снова заглянул в папку, увидел заметку. – А кто такой Батурин?

– А вот тут у меня ступор, – сказал Андрей, разведя руками, и сел на диван. – Я знавал одного Батурина, он прорабом был на строительстве «Альбы» и ТРЦ вообще.

– И где связь прораба и клонирования? Клонирование прорабов? Прораб клонирования?

– Заткнись ты. Я и говорю, что ступор.

– Да я вас умоляю, Андрей Сергеевич, – хмыкнул Павел. – Просто совпадение. Это какой-то папин чел из института, не иначе. Мало на свете Батуриных?

– А если Фобос ищет Батурина?

– Ищет прораба? Он разве из твоего прошлого? Сколько ему лет?

– Какое там прошлое… – Андрей озадаченно пожал плечами. – Я с ним три года назад и познакомился на проекте. И лет ему никак не больше сорока.

– Вот видите, – заключил Павел. – Накручиваете себе почем зря. Бросайте вы эту охоту на черных кошек в темной комнате.

– Да плевать, о каком Батурине идет речь. – Андрей вытащил телефон и стал рыться в контактах. – Его по-любому надо найти.

Он позвонил Батурину, но его телефон был выключен.

– Зачем он тебе дался, этот Батурин? – сказал Павел. – Вот лучше посмотри фотку.

Он протянул Андрею старое выцветшее фото, но Андрей, не взглянув, выпалил ему в лицо:

– Паша, не тупи! Этот Батурин должен быть в курсе папиных работ.

Павел помолчал, потом глубоко вздохнул:

– Ну предположим, узнаешь ты, что папа нелегально вернулся к своему проекту, – сказал он. – Предположим, нашел место и деньги, хотя тоже вопрос: где и откуда, ну да ладно… Предположим – так и есть. И что, Энди? Что тебе с этого?

– Я нутром чую, что мотивы Фобоса связаны с работами отца. Уничтожение «Альбы» и всех, кто с ней связан, – это способ мной манипулировать. Он все время намекает на прошлое, Паша! Теперь, кажется, что-то начало проясняться!

– И что же ты прояснил? – ехидно спросил Павел.

– Батурина ищем – раз, – отрезал Андрей. – Едем в институт – два. Или у тебя есть другие идеи?

– В институт – согласовано. Искать прораба – отказать. Время только потеряем.

Наступила пауза, потом Андрей спросил:

– Паша, а что значит «Фобос»?

Павел пожал плечами:

– Вообще-то у Марса есть спутники Фобос и Деймос. В переводе с греческого «страх» и «ужас».

– Страх и ужас, стало быть, – пробормотал Андрей. – Сука такая.

– Посмотри вот, говорю, – Павел снова сунул Андрею под нос фото.

На нем была запечатлена группа ученых разных возрастов в белых халатах на фоне светлого кирпичного здания. Их было двенадцать человек. В центре улыбался отец, ему на снимке было лет сорок пять – пятьдесят. Даты на фото не было.

– Интересно, – оживился Павел.

– Вот-вот. Может, кто-то из них?

Андрей всмотрелся в лица на фото внимательно.

– Я помню пятерых из них, – сказал он. – Они бывали у нас дома. Ну, или я их видел, когда папа меня таскал по лабораториям.

– Слушай, это уже зацепка.

– Не факт, что Фобос ищет именно их.

Андрей спрятал фотографию в карман.

– А вот еще глянь, – сказал Павел. – Тебе понравится. Лежали в отдельном конверте.

Павел протянул обветшалый конверт, Андрей вынул из него несколько старых фотографий. На них на каком-то курорте на фоне разных достопримечательностей были запечатлены мама и Володин. На одной из фотографий они целовались, обняв пальму, а позади поблескивало вечернее море.

Андрей присвистнул.

– Ты тоже не знал? – спросил Павел. – Я как увидел – обалдел.

– Погоди… Может, это до свадьбы папы и мамы было. Я знаю, что Володин и мама были знакомы еще раньше.

– Может, и до. Вопрос-то не в этом, Энди.

Андрей смотрел на него непонимающе. Павел выдержал театральную паузу и произнес:

– Допустим, папа нашел эти фотки у мамы после ее смерти. Вопрос в том, зачем он их хранил?

– Не Володина же шантажировать? – пожал плечами Андрей. – Да просто хранил себе, и все.

– Просто хранил… – повторил Павел, задумавшись. – Ну-ну. А скажи, старшенький, много ли ты знаешь о Володине?

– Если честно, немного. Думаю, и папа мало что знал. Володин же следак бывший.

– Следак? – удивился Павел. – О-па. Тогда да. Тогда он из тех слоев атмосферы, куда не ступает нога человека.

– Но эта деятельность его – давно в прошлом.

– Может, и так… Хотя бывших ментов не бывает. Интересно, а «Южный» он на какие шиши воздвиг?

– Не знаю, Паша. И знать не хочу.

– А у тебя?.. – Павел помолчал, словно не решаясь спросить. – У тебя все инвестиции в ресторан были чистые?

Андрей метнул на него хмурый взор.

– Лучше бы тратил мозг, чтобы вспомнить, кто спер ноутбук, – проворчал он, и Павел снова стал задумчивый. Андрей глянул на часы и добавил: – И вообще, нам пора валить. Надеюсь, что Оля уже дома.

11.3. Когда они выехали на трассу, хорошее настроение Павла стало куда-то улетучиваться. Он еще в квартире подавал признаки своей странной, иногда необъяснимой меланхолии, а теперь и вовсе молчал, хмуро глядя на дорогу.

Андрей еще раз попробовал позвонить Ольге, и снова телефон ее не подавал признаков жизни. Внутри у Андрея заворочался скользкий червяк, но он давил его, топтал, старался не думать о плохом… Зато Лена наконец ответила на вызов.

– Ты что творишь?! – с ходу набросился на нее Андрей. – Что ты ей сказала?