Бойся самого худшего - Линвуд Баркли

— Сид? — крикнул я. — Это ты?

На другом конце девушка заплакала.

— Приезжайте поскорее, заберите меня. — Ее слова заглушала музыка.

— Сид, где ты? Скажи где. — Я весь дрожал. — Скажи только, где ты, и я приеду.

— Это не Сид.

— А кто?

— Это я, Патти. — Она всхлипнула. — Приезжайте и заберите меня. Пожалуйста.

— Что случилось, Патти?

— Я повредила ногу. — Теперь было ясно, что она едва ворочает языком.

— Как?

— Упала.

— Ты пьяна, Патти?

— Наверное, есть немного.

— Патти, позвони маме. Она тебя заберет. Хочешь, я позвоню ей.

— Мистер Блейк, в это время суток она наверняка набралась сильнее, чем я.

— У тебя есть деньги на такси? Скажи, где ты находишься, и я пошлю туда такси, оно отвезет тебя домой. Я заранее заплачу.

— Пожалуйста, приезжайте и заберите меня, — произнесла она умоляющим тоном.

Потом я услышал голос молодого парня:

— Кончай возиться со своей ногой. Иди сюда.

— Да пошел ты… — отшила его Патти.

Несколько парней рядом засмеялись.

— Хорошо, — сказал я, — говори, где ты находишься, я приеду.

— Я нахожусь… Эй, — крикнула она кому-то, — где это дерьмо находится? — Кто-то в ответ крикнул: «В Америке!» — Не смешно, козел, — буркнула Патти, а затем в трубку мне: — Вы знаете дорогу вдоль берега? Бродвей. Восточный Бродвей.

— Конечно, — ответил я. Это было в пяти минутах езды отсюда, самое большее. — А где именно там?

— Ну, возле домов.

Там везде были дома.

— А какую-нибудь надпись ты сейчас видишь?

— Нет… хотя подождите, вот написано: «Гарднер».

Теперь мне было ясно, куда ехать.

— Жди, — сказал я. — Скоро буду.

Я быстро собрался и вышел к машине.

Ночь была теплая, с небольшим ветерком. Я опустил стекла, надеясь, что свежий воздух поможет мне окончательно проснуться. Поездка заняла всего несколько минут. Кругом была молодежь. Одни шли по тротуару, другие — посередине улицы. У многих в руках были бутылки. Значит, где-то в одном из домов на берегу прошла большая вечеринка. Видимо, по случаю отъезда родителей.

Я ехал медленно: боялся кого-нибудь задеть. Потом остановился у большой компании молодых людей. Рядом в доме везде был включен свет и гремела музыка.

Высокий парень рядом с Патти, наклонившись к ее уху, что-то говорил. Она равнодушно слушала.

— Патти, — позвал я.

Она не отозвалась.

Открыв дверцу, я позвал снова.

Парень глянул на меня и покачнулся. Только сейчас я увидел, что он вдрызг пьяный.

Она вырвала руку у парня и направилась ко мне. Тот что-то прокричал, видимо, уговаривая остаться.

— Отвали, — бросила она не останавливаясь.

— Ну и дура! — крикнул он и побрел к остальным парням.

Волосы у Патти были растрепаны, и она сильно хромала. Черные шорты великолепно подчеркивали белизну ее безупречных ног. Однако правое колено было темным и поблескивало.

— Привет, мистер Би, — сказала она. — Ого, какой у вас сегодня красивый нос!

— Садись, — сказал я.

Патти как будто вслепую нащупала ручку дверцы и села. От нее пахнуло алкоголем.

— Где ты живешь, Патти?

Кажется, мой вопрос ее немного протрезвил.

— Я не хочу домой, мистер Би. Везите меня к себе.

— Патти, я обязан отвезти тебя домой.

— Если я явлюсь туда в таком виде, мать устроит скандал.

— Ты же говорила, что она спит, пьяная.

— Кто ее знает. Может, уже очухалась.