Гробовое молчание - Тесс Герритсен

От увиденного на экране руки у Джейн внезапно похолодели. «Черное лицо. Серые волосы», — вспомнила она. Риццоли снова почувствовала боль между лопатками — в том самом месте, где пуля вонзилась в кевларовый жилет. Припомнила, как ей на лицо плеснула горячая кровь, припомнила силуэт, темневший над нею в проулке, и голову, обрамленную серебристыми волосами.

— А какой рост у этих обезьян? — тихо спросила она.

— Самцы достигают примерно восьмидесяти сантиметров в длину.

— Вы уверены, что они не бывают выше?

— Они не человекообразные приматы, а просто обезьяны.

Джейн поглядела на Фроста. Заметила его бледность и ошеломленный взгляд.

— Это ведь то, что ты видел, верно? — спросила она. — На крыше.

Эрин нахмурилась.

— Кого вы видели?

Фрост покачал головой.

— То существо было гораздо выше восьмидесяти сантиметров.

Джейн кивнула.

— Согласна.

Эрин несколько раз перевела взгляд с детектива на его напарницу.

— Вы оба видели это существо?

— У него такая же морда, — проговорил Фрост. — И серая шерсть. Но это точно не обезьяна. Разве обезьяны разгуливают с мечами?

— А вот теперь и у меня по спине побежали мурашки, — тихо призналась Эрин. — Особенно если иметь в виду, что это за обезьяна. В Индии ее также называют хануман. Хануман — это индийский бог, известный как Обезьяна-Воин.

Ледяное дыхание вдруг коснулось шеи Джейн — теперь и по ее спине пробежали мурашки. Риццоли вспомнила существо из проулка. Меч, который блеснул, когда оно отвернулось и пропало во мраке.

— Это тот же персонаж, что и Царь Обезьян? — поинтересовался Тань. — Просто я знаю эту легенду. Существует еще и китайская версия. Бабушка любила рассказывать мне эти истории.

— Что это за Царь Обезьян? — спросила Джейн.

— В Китае его называют Сунь Укун. Он родился из волшебной скалы и сначала был каменной обезьяной. Но потом стал, как все — из плоти и крови, — был коронован и превратился в царя обезьян. Заделался воином и отправился на небеса — учиться мудрости у богов. Однако там его поджидало множество неприятностей.

— Значит, он отрицательный персонаж? — осведомился Фрост.

— Нет, он не злой. Просто импульсивный и озорной, как настоящая обезьяна. Про него написана целая книга историй. О том, как он съел все персики в небесном саду. Выпил слишком много украденного волшебного эликсира. Повздорил с Бессмертными, которые не знали, как с ним справиться. Поэтому его выгнали с небес и на время заточили в тюрьму под горой.

Фрост рассмеялся.

— Похож на парней, с которыми я учился в школе.

— А что было с ним потом? — поинтересовалась Джейн.

— У Сунь Укуна было много приключений на земле. Иногда из-за него случались неприятности. А порой он делал добрые дела. Я уже не помню всех историй, но могу сказать точно: в них было много волшебных битв, речных чудовищ и говорящих животных. Просто-напросто обычные сказки.

— Сказочные персонажи не оживают, — заметила Джейн. — И не оставляют свои шерстинки на убитых.

— Я ведь рассказываю о том, что говорится в легендах. Сунь Укун — сложное создание, порой он приносит пользу, а порой — вред. Но если приходится выбирать между добром и злом, Царь Обезьян почти всегда совершает хороший поступок.

Джейн уставилась на фотографию, занимавшую почти весь дисплей Эрин. На мордочку, из-за которой несколько мгновений назад она вся похолодела.

— Значит, он вовсе не плохой, — проговорила Риццоли.

— Нет, — ответил Тань. — Несмотря на его недостатки, несмотря на хаос, который он, случается, порождает, Царь Обезьян всегда на стороне справедливости.