Ферма трупов - Патрисия Корнуэлл

— У них такое практикуется? — уточнила я.

— Да, если клиенту нужна какая-то особая лента в количестве как минимум пятьсот рулонов. Существуют сотни разновидностей, о которых нам ничего не известно, пока они не всплывут подобным образом.

— Вы не могли бы пояснить на примере, кому может понадобиться свой, особый сорт клейкой ленты? — продолжала выспрашивать я.

— Знаю, что ее заказывают автогонщики в том числе, — ответил Ричардс. — Ричард Петти, скажем, для своей пит-команды выбрал красную и голубую, а Даррел Уолтрип — желтую. У «Шаффорд Миллс» несколько лет назад был клиент, строительный подрядчик, которому вконец осточертело, что рабочие тащат дорогую ленту домой, и он заказал ярко-фиолетовую. Ну, понимаете — если кто-нибудь замотает такой трубу или заклеит дырку в детском бассейне, сразу будет видно, что лента краденая.

— Может быть, и наша приобреталась с такой же целью — чтобы ее не воровали? — предположила я.

— Вполне возможно, — согласился Ричардс. — Кстати, забыл упомянуть, она еще и огнестойкая.

— А это необычно? — спросил Уэсли.

— В высшей степени, — ответил Ричардс. — У меня применение подобной ленты ассоциируется разве что с самолетами и подлодками, но вряд ли есть причины использовать там именно ярко-оранжевую. Я, во всяком случае, их не вижу.

— Зачем вообще кому-то может понадобиться лента такого цвета? — подумала я вслух.

— Вопрос вопросов, — пожал плечами Картрайт. — У меня из ярко-оранжевого всплывают в памяти только охотничьи куртки и дорожные ограничители.

— Вернемся к тому, каким образом убийца связывал миссис Стайнер и ее дочь, — предложил Уэсли. — Что вы можете рассказать о том, как это происходило?

— На концах некоторых полос ленты мы нашли следы лака — по-видимому, мебельного, — сказал Ричардс. — Кроме того, порядок, в котором их оторвали от рулона, не совпадает с тем, в каком преступник опутывал ими запястья и лодыжки матери. Получается, сперва он надергал сколько могло понадобиться и, вероятно, прилепил куски к краю какого-то предмета обстановки. Когда он начал связывать миссис Стайнер, они были у него под рукой — оставалось только брать один за другим.

— Только не подряд, а как попало, — кивнул Уэсли.

— Точно, — подтвердил Ричардс. — Я пронумеровал их в соответствии с тем, в какой последовательности он опутал ими мать, а затем дочь. Хотите взглянуть?

Мы согласились.

До самого вечера мы с Уэсли просидели в отделе исследования материалов, среди газовых хроматографов, масс-спектрометров, дифференциальных сканирующих калориметров и прочих устрашающих аппаратов, используемых для химического анализа веществ, определения температуры плавления и тому подобного. Я пристроилась у портативного детектора взрывчатки, слушая Ричардса, продолжавшего свой доклад о необычной клейкой ленте, которой связали Эмили и ее мать.

Он рассказал, что с помощью горячего воздуха ему удалось разделить то, что доставили из полицейского участка Блэк-Маунтин, на семнадцать отрезков от восьми до девятнадцати дюймов длиной. Он поместил сегменты на толстый лист прозрачного винила и пронумеровал их как в том порядке, в каком преступник отрывал ленту от рулона, так и в том, в каком использовал, связывая свои жертвы.

— С теми, которые были на матери, — полный разброд, — объяснял он. — Вот эта полоса должна идти первой, а на самом деле оказалась последней. А вот эту оторвали второй, но стала она в итоге не второй, а пятой. С девочкой дело обстояло совсем по-другому. Все семь кусков у нее на запястьях намотаны в полном соответствии с тем, как они располагались в рулоне.

— Видимо, ребенка легче было контролировать, — заметил Уэсли.

— Похоже на то, — согласилась я и обратилась к Ричардсу: — А на фрагментах ленты, снятых с тела девочки, тоже обнаружены частицы мебельного лака?

— Нет, — ответил он.

— Интересно, — произнесла я. Эта деталь меня по-чему-то насторожила.

Жирные следы на ленте мы оставили напоследок. Их состав определили как «углеводороды», то есть, говоря проще, обычное машинное масло. Такой вывод не давал нам ни малейшей зацепки — масло, как известно, везде масло. Попасть на ленту оно могло откуда угодно — хоть с грузовика, проезжавшего через Блэк-Маунтин откуда-нибудь из Аризоны.