Мертвая бухта - Владимир Колычев

– Рано еще, – буркнул я, накрывая голову подушкой.

– Что там у нас еще осталось?

– На вечер пескарей наловлю.

Недалеко протекал ручей, десять минут туда, полчаса обратно, потому как в гору. В тихой заводи там водилась мелкая рыбешка, вчера я надергал окуньков и пескариков. Чисто для развлечения. Такая рыба к столу не годилась, но я все же замолвил за нее слово. Хотя бы потому, что уже завтра кроме рыбы есть будет нечего.

– В супермаркет ехать надо, – сказал Сальников.

– Съезжу.

– А не удерешь?

– Нет. Просто уеду. Привезу продукты, и домой. Надоело.

– А как же Марта?

– Марта твоя жена.

– Да, но меня дня два не будет.

– Не понял?

– Да надо будет с одним делом разобраться.

– На каком свете?

– На этом… – усмехнулся Сальников. – Марта остается на тебе.

– В смысле, на мне?

– Ну, женщину сверху я тебе не обещаю. Она не захочет. И ты не настаивай, – вроде как в шутку, но в серьезном раздумье проговорил он.

Марта действительно не захотела. Оставаться без своего Семена. И даже села к нему в машину. Не знаю, о чем они там говорили, но в конце концов он уехал, а она осталась. И, с досадой глянув на меня, закрылась в своей комнате. Даже обед готовить не стала. А зачем, если муж уехал?

Меня она решила игнорировать. Все правильно, вдруг Семен вернется, а мы вместе – рядком и ладком. Скажет, что милуемся… А ведь скажет, потому как видит все и замечает. Даже с того света за женой умудрялся подглядывать. И видел, как она ко мне в гости заходила. А ведь она боялась, что муж увидит нас вместе. Всерьез боялась. И сейчас боится. Этот страх уже у нее под кожей, его никакой хлоркой теперь не вытравить. Да и пытаться не надо. У нее своя жизнь, и я окончательно должен это понять.

Сальников освободил проезд, ключи от машины у меня, ворота я открыл. На дворе лето – двигатель прогревать вовсе не обязательно, сел и поехал. Но я же не англичанин, чтобы уходить не прощаясь.

Я вышел из машины, в тот же момент открылась дверьи появилась Марта.

– Ты куда? – встревоженно посмотрела она на меня.

– Да поеду…

– За продуктами?.. Семен завтра подъедет, все, что нужно, привезет.

– Привезет. Для вас. Для себя и для тебя. А я лишний.

– Семен же просил не уезжать, – выдавила из себя Марта.

– Ну да, я останусь, а завтра начнется – и чем мы тут с тобой занимались? – с мрачной усмешкой сказал я.

– Он такой.

– Зачем тебе неприятности? Я уеду, и никаких проблем.

Марта кивнула, соглашаясь со мной. Но при этом вдруг направилась к воротам, стала закрывать их и решительно произнесла:

– Он все равно скажет!

– Что мы чем-то занимались?

– Бзик у него! – покрутила она пальцем у виска.

– Это серьезное обвинение, – усмехнулся я.

– Он потому и умер…

– Потому что ты ему изменяла? – Я просто не мог в это поверить.

– Я?! Ему?! Изменяла?! – Марта глянула на меня как на ненормального. – Никогда!

– А отчего ж он тогда умер?

– Ну, во‐первых, проблемы с Катышевым, – неохотно ответила она.

– А во‐вторых? – спросил я, вспомнив, зачем Сальников увез к себе Лику. Он времени даром не терял, отрывался на всю катушку, пользуясь холостяцкой свободой.

– А во‐вторых, он думает, что я изменяла ему с Катышевым. – Марта покраснела, но казалось, не от стыда, а от натуги, с которой она выдавливала из себя правду.

– Мне-то какое дело до ваших семейных проблем? – пожал я плечами. – Вы тут сами разбирайтесь.

– Ты все-таки хочешь уехать?

– Он оставил тебе оружие?

Если у Сальникова здесь хранилась снайперская винтовка, то мог находиться и целый арсенал оружия. Мне он ничего не говорил, но мог поделиться с Мартой. И не только информацией.

– Нет. Но я знаю, где у него пистолет… – мотнула она головой и, немного подумав, добавила: – Если только он его не забрал.

– А ты глянь.

– Ну, хорошо…

Марта зашла в дом и вернулась с пистолетом в руке. Все та же «беретта» – убийственно красивые формы, смертельная гармония в совокупности деталей. И полный магазин патронов. Вряд ли это был тот самый ствол, из которого Сальников расстрелял киллеров. Он, может, и не был подарком для своей жены, но зла ей не желал. Хотя кто его знает…

– Откуда у Семена все это? – спросил я. – А откуда этот дом? Ты не знаешь?

– А-а! – Марта махнула рукой, давая понять, что от правды ей легче не станет. Она любила мужа и готова была принимать его таким, каким он был.

– Стрелять умеешь?

– Да как-то не очень.

– Семен не брал тебя на охоту?

– Нет… – Марта смутилась и поторопилась сменить тему: – Что там у нас на обед?

Я понял причину ее смущения. Сальников никуда не брал ее с собой, сам ездил и на охоту, и в баню – с мужиками, но к бабам. И все потому, что не мог простить ей несуществующую измену. Или у Марты все-таки что-то было с Катышевым? Не зря же она не побоялась встретиться с ним. И он вышел к ней с радостью поклонника. Может, потому Сальников так смело и нажал на спусковой крючок. Приревновал жену и подставил ее под выстрелы.

На обед и вообще у нас оставался батон несвежего хлеба, пачка печенья, банка тушенки, немного масла и колбасы. Пакет риса, полбутылки подсолнечного масла, майонез, кетчуп. Яиц вовсе не осталось.

– Негусто, – подытожила Марта, зайдя в кухню.

– А кто нам помешает съездить за продуктами? – спросил я.

– Прямо сейчас?

– Прямо сейчас.

– А обед?

– Там возле магазина я видел кафе, – вспомнил я.

– Ну, хорошо.

В дом Марта поспешила с затаенной радостью девушки, которой мама вдруг разрешила отправиться на свидание с одноклассником. Быстро собралась, села в машину.

Я выгнал свой «Паджеро», закрыл ворота, вернулся в машину и, стронув ее с места, весело проговорил:

– Похулиганим?

– Хочешь позлить Семена? – озорно улыбнулась Марта.

– А ты?

– Хочу, – сказала она и закрыла глаза, как это делают перед тем, как прыгнуть в воду, в которой можно или накупаться в удовольствие, или утонуть.

– Как думаешь, он наблюдает за нами? – спросил я.

– Как думаю? Молча думаю, – улыбнулась она.