Осеннее преступление - Андерс де ла Мотт

Анне и раньше приходилось видеть такое, чаще всего — на службе. Как в острые моменты время замедляется, подчеркивая мельчайшие подробности происходящего.

Алекс ринулся к кабинке диджея. Он ломился к сцене, как регбист, расшвыривал людей, оказавшихся у него на пути. Бруно тоже бросился к сцене, прямо от стола. Его жена поднялась, и стул, на котором она сидела, упал на пол. Супруги Морелль и Бенгт Андерсон смотрели на Мари — та стояла, сжав губы, и на лице у нее были одновременно ужас и отвращение. Кайя Бьянка осталась посреди танцпола одна. Вокруг нее образовалась пустота, словно люди, которые только что рвались к ней, отступили назад. Прожектор окрасил ее белое платье кроваво-красным, конус света лег на лицо со ртом, полуоткрытым, словно в немом крике.

– “The dark and lonely waters”, — снова пропел в динамиках красивый голос, и в какой-то миг губы у Кайи шевельнулись, будто она подпевает.

На все это Анна успела обратить внимание, а потом Алекс добрался до кабинки диджея. Раздался грохот, музыка внезапно стихла. И время снова пошло в обычном темпе, высвободив какофонию голосов.

Анна отпустила Просто-Лассе и тоже бросилась к сцене. Ей пришлось проталкиваться через толпу к тому, что совсем недавно было кабинкой диджея, а теперь превратилось в груду фанерных обломков, из которых торчали провода и какая-то мелкая электроника. Алекс лежал посреди кабинки, подмяв под себя диджея и держа его за шею борцовским захватом. Лицо у Алекса было красным, взгляд потемнел, сжатые губы делали его похожим на зверя. Бруно стоял над ними, широко расставив ноги и сжав кулаки, но вместо того, чтобы попытаться оттащить Алекса, он наклонился и заорал что-то диджею в лицо. Одни и те же слова, снова и снова; но за плотной звуковой завесой из голосов Анна не смогла разобрать, что он говорит.

Диджей не сопротивлялся, лицо у него посинело, губы хватали воздух, глаза вот-вот закатятся. Анна выбралась на сцену.

— Алекс, отпусти его!

Бруно Сорди заступил ей дорогу.

— Пусть сначала признается.

Ростом Бруно был примерно с нее; судя по цвету лица и тому, как он двигался, Бруно изрядно выпил. Анна пошла прямо на него, одним движением обхватила за подбородок и плечо, и пока Бруно пытался вывернуться, подсекла его под ноги. Бруно повалился на пол. Анна бросила его и рванулась к Алексу. Диджей не подавал признаков жизни, однако Алекс все сжимал его горло. Анна схватила Алекса за волосы и рванула назад. Алекс выпустил диджея, но не сдался; он резко повернулся, вцепился Анне в руку ниже плеча и пригнул ее к полу. Почти двухметровый Алекс весил под сотню килограммов. К тому же он был борцом элитного дивизиона, так что Анна не много могла ему противопоставить. Колени ударились о пол, и от боли слезы брызнули из глаз. Еще немного, и она упадет плашмя; Анна сопротивлялась, слыша над головой тяжелое сопение Алекса. Зал начал кружиться — смешение звуков, голосов, движений. Бодни, прошептал Хокан у нее в голове. Бодни его. Давай!