Смертельно опасно - Кэти Райх

Открыв дверь, я вылезла наружу и обошла машину, топча ежевику.

Вытащить Джейка и отнести на обочину?

Его рост шесть футов два дюйма, вес — сто семьдесят фунтов. Я ростом всего пять футов пять дюймов, а про вес и говорить нечего.

Мне удалось открыть дверь с водительской стороны. Тут послышался шум подъезжающей машины.

Я обернулась.

Белая «королла». Двое мужчин на переднем сиденье. Они смотрели на меня сквозь лобовое стекло. Я тоже глядела на них, а потом обратила внимание на номера — белые цифры на красном фоне — и испытала чувство невыразимого облегчения.

Мужчины вышли из машины. Один был в спортивной куртке и штанах цвета хаки, другой — в бледно-голубой рубашке с черными нашивками на плечах. На серебристом значке, прикрепленном к правому карману, надпись. Видимо, имя полицейского на иврите.

— Shalom, — сказал полицейский, поправляя кепку, из-под которой торчали короткие светлые волосы.

Совсем молодой, не больше тридцати. А может, так казалось из-за короткой стрижки.

— Shalom, — ответила я.

— Geveret, HaKol beseder?

«Мадам, все в порядке?» — поняла я и сказала по-английски:

— Мой друг нуждается в медицинской помощи.

«Ежик» подошел к нам, а его товарищ остался стоять у открытой двери машины, держа руку на кобуре.

— Ваше имя?

— Темперанс Бреннан. Судебный антрополог. Американка.

— Ух ты!..

— Водитель — доктор Драм. Он американский археолог, работающий в Израиле.

Джейк издал странный звук. Полицейский посмотрел на него, затем на разбитое водительское стекло.

В этот момент Джейк очнулся. Впрочем, возможно, он пришел в себя раньше и подслушивал разговор. Наклонившись вперед, бедняга поднял с пола солнечные очки, надел их и выпрямился.

Переводя взгляд с полицейского на меня, Джейк передвинулся на пассажирское сиденье, чтобы принять участие в беседе.

Израильтянин повернулся к нему:

— Вы ранены, сэр?

— Просто шишка.

— Вызвать «скорую»?

— Спасибо, не надо.

Полицейский колебался. Вероятно, из-за разбитого бокового стекла или из-за головы Джейка. А может, это было его обычное состояние. Парень вел себя так с момента выхода из своей «короллы».

— В самом деле, — сказал Джейк. — Я в порядке.

Я хотела возразить, однако промолчала.

— Должно быть, колесо угодило в рытвину, или просто я отвлекся и невнимательно следил за дорогой, — объяснял Джейк. — Как последний болван.

Полицейский посмотрел на проселок, потом перевел взгляд обратно на Джейка.

— Мы проводим раскопки недалеко отсюда. Работаем с экспедицией из Музея Рокфеллера, — сказал Джейк и повернулся ко мне: — А я просто хотел показать своей крошке окрестности.

Крошке?..

Полицейский собрался было что-то сказать, однако передумал и просто попросил заполнить стандартные бумаги.

Джейк предъявил паспорт гражданина США, израильское водительское удостоверение, документы на машину. Я показала паспорт.

Полицейский внимательно изучил наши документы и произнес:

— Вернусь через минуту. Оставайтесь здесь.

— Не возражаете, если я попробую завести эту рухлядь?

— Только не уезжайте.

Пока полицейский переписывал наши имена, Джейк пытался завести мотор. Безуспешно.

Мимо проехал полуприцеп. Автобус. Джип. Я провожала машины взглядом, пока они не превращались в маленькие точки.

Джейк откинулся назад и несколько раз, морщась, сглотнул. Видимо, его тошнило.

Полицейский вернулся и отдал нам документы. Я посмотрела в боковое зеркало. Второй мужчина, сгорбившись, сидел за рулем.

— Вас подвезти, доктор Драм?

— Да, — сказал Джейк еле слышно. — Спасибо.

Закрывать машину было бессмысленно. Мы просто захлопнули дверцы и сели в полицейскую машину.

Полицейский в штатском кивнул нам. Его усталому лицу очень шли очки в серебряной оправе.

— Куда?

Драм начал говорить свой адрес, но я перебила его:

— В больницу.

— Я в порядке, — возразил Джейк слабым голосом.

— В больницу, — повторила я непререкаемым тоном.

— Вы остановились в «Американ колони», доктор Бреннан? — спросил полицейский.

Парни попались въедливые.

— Да.

Пока мы ехали, Джейк находился в сознании, но не двигался. В больнице двое санитаров тут же уложили его на каталку и куда-то увезли.

Полицейские дали мне протокол. Я подписала. Они уехали.

Медсестра стала расспрашивать меня о Джейке. Я рассказала что смогла. Подписала еще несколько бумаг. Выяснила название больницы. «Хадасса». Недалеко от израильского Центрального полицейского управления.

Закончив с документами, присела на стул в комнате ожидания. Не прошло и десяти минут, как появился Райан.

Что я почувствовала? Облегчение? Благодарность? Смущение?

— Все в порядке, солдат? — спросил он.

— Так точно.

— Подралась?

— Да нет, просто слазила в гробницу.

— Терпеть не могу, когда ты себя так ведешь, — нервно проговорил Райан.

Я выглядела просто отлично. Слипшиеся от пота волосы. Поцарапанное и опухшее лицо. Куртка и джинсы порваны. Под ногтями тонны грязи.

Райан опустился в соседнее кресло.

— Так что же произошло?

Я рассказала о гробнице, о шакале и о батальоне шляпоносцев из числа «Защитников веры».

— Джейк без сознания?

— Временами.

— Возможно, легкое сотрясение.

— Наверное.

— Где скелет?

Я ответила.

— Надеюсь, эти парни не доберутся до костей.

Я рассказала Райану, что Джейк думает об оссуарии Иакова и о семейной гробнице Иисуса.

— Эта гипотеза основана на надписи на старом ящике?

— Джейк клянется, что у него в лаборатории есть еще доказательства.

Вошла женщина с младенцем. Ребенок плакал. Женщина взглянула на меня и выбрала самое дальнее сиденье.

— Я кое-что видела, Райан, — сказала я, выковыривая грязь из-под ногтей. — На нижнем уровне пещеры.

— Что именно?

Я рассказала.

— Ты уверена?