Похищение Энни Торн - С. Дж. Тюдор

– Нет. – Она протянула руку. – Я отдам его ему.

Я колебался. Если отдать ей телефон сейчас, то, уверен, мне придется продолжать разговор с закрытой дверью.

– Я могу войти?

– Зачем?

– Я хотел бы поговорить с вами кое о чем.

– О чем?

Я буквально разрывался от противоречивых чувств. В некоторых случаях нужно сразу выложить свои карты. В других случаях следует играть вдолгую.

– Об уборке.

Я ждал. В какой-то момент мне показалось, что она все же захлопнет дверь у меня перед носом. Однако Рут отступила в сторону.

– Я как раз заваривала чай.

Внутри, к моему легкому огорчению, дом оказался таким же чистым, как и снаружи. В нем пахло дезинфицирующим средством и освежителями воздуха. Я почувствовал, что у меня начинается аллергия. В висках застучало.

– Сюда.

Рут провела меня в маленькую кухню, где столешница была оккупирована еще одним котом – серым, пушистым и выглядевшим довольно зловеще. Интересно, где пес? Вероятно, его опять выгуливала Лорен.

Достав из кармана телефон Маркуса, я положил его на кухонный стол.

– Он слегка промок, но, думаю, все еще работает.

Рут посмотрела на телефон. Выражение ее лица невозможно было прочесть.

– У Маркуса айфон.

– Боюсь, уже нет. Он разбился.

Взгляд Рут стал острее.

– Разбился или его разбили?

– Не могу сказать.

– Разумеется. Никто никогда не может.

– Если Маркус хочет пожаловаться на издевательства…

– Тогда что? Что вы сделаете? И что сделает школа?

Я открыл рот, но, словно рыба, не смог издать ни звука.

Рут повернулась к буфету и достала две чашки. На одной из них был изображен кот, а надпись на другой гласила: «Спокойно! Я уборщица».

– Я ходила в школу, – сказала Рут. – Неоднократно. Говорила с вашим директором.

– Ясно.

– Это просто ой как помогло!

– Мне жаль.

– Я думала, что все могло измениться. Что школы больше не мирятся с подобными вещами. Что они решительно пресекают хулиганство.

– Хорошая мысль.

– Да уж. Просто гениальная. В своей дерьмовости. – Она повернулась к чайнику. – Чай?

– М-м, я бы предпочел кофе.

По правде говоря, я предпочел бы сказать ей, что она ошибается. Что школы теперь действительно жестко пресекают хулиганство. Что они не прикрывают подобные случаи матами спортзала ради хорошей статистики министерства образования. Что деньги и авторитет папочки не влияют на отношение к подобным фактам со стороны учителей. Как бы мне хотелось ей это сказать!

– У нас нет кофе.

В жизни не всегда получается так, как хочется.

– Чай подойдет.

Наполнив чашки кипятком, Рут долила в них молока.

– Я помню вас еще со школы, – сказала она. – Вы были в банде Хёрста.

– Какое-то время.

– Никогда не думала, что вы были таким же, как остальные.

– Спасибо.

– Я не говорила, что это комплимент.

Я задумался, что ей на это сказать, и предпочел повременить с ответом.

Закончив делать чай, она поставила чашки на стол.

– Может, все-таки сядете?

Я тяжело опустился на стул. Рут села напротив меня.

– Слышала, вы снимаете коттедж.

– Молва по Арнхиллу распространяется быстро.

– Как и всегда.

Взяв чашку, она отхлебнула глоток чаю. Взглянув на коричневую жидкость в своей чашке, от которой все еще шел пар, я предпочел не следовать ее примеру.

– Вы убирали коттедж для Джулии Мортон?

– Верно. Однако я сомневаюсь, чтобы меня вам порекомендовала она.

– Значит, вы должны были знать ее и Бена?

Обхватив чашку руками, Рут проницательно на меня посмотрела.

– Вот, значит, зачем вы пришли на самом деле? Хотите узнать, что произошло?

– У меня есть несколько вопросов.

– Это будет стоить вам денег.

– Сколько?

– Стоимость полной уборки дома.

Я вспомнил расценки, о которых говорила Лорен.

– Пятьдесят фунтов?

– Наличными.

Я взвесил все за и против.

– Половина дома. И пускай это будет чек.

Откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди, Рут сказала:

– Продолжайте.

– Какой была Джулия?

– Сразу видно учителя. Она была самовлюбленной и считала, что это место не для нее. Как и большинство.

И большинство, вероятно, правы.

– Но у нее не было депрессии?

– Я не замечала.

– А Бен?

– Хороший парнишка. Во всяком случае был. До того, как пропал.

– Что случилось?

– В один прекрасный день не пришел домой из школы. Его искали всей деревней. – Она сделала паузу. – А затем он сам вернулся.

Впервые за все время я ощутил, что ей некомфортно, словно в каменном фасаде появилась трещина.

– И?

– Он стал другим.

– В каком смысле?

– Он всегда был вежливым, опрятным парнишкой. Но после своего возвращения он перестал смывать туалет. Его постель все время была пропитана пóтом и еще всякой дрянью. В его спальне воняло так, словно туда что-то заползло и сдохло там.

– Может, дело было просто в переходном возрасте, – предположил я. – Дети в мгновение ока могут превратиться из милых малышей в немытых подростков.

Взглянув на меня, Рут сделала еще глоток чаю.

– В его комнате я обычно убирала в последнюю очередь. Бен к тому времени иногда уже приходил из школы. Мы с ним болтали. Я заваривала нам обоим чайку. Но после его возвращения я могла вдруг обернуться и увидеть, что он стоит за моей спиной и просто таращится на меня. От этого у меня по коже начинали бегать мурашки. От его взгляда. И от его запаха. А иногда я слышала, как он бормочет себе под нос. Всякие гадости. И они звучали так, словно их произносил кто-то другой. С ним явно что-то было не в порядке.

– Вы говорили об этом с Джулией?

– Я пыталась. Именно тогда она сказала мне, что больше не нуждается в моих услугах. Отправила уведомление.

– Когда это произошло?

– Сразу перед тем, как она забрала его из школы.