Нет места лучше дома - Мэри Хиггинс Кларк

Поздно вечером в понедельник Чарли Хетч сидел в своей гостиной, пил пиво и нервно ожидал звонка, о котором был предупрежден. Он обдумывал, как будет объяснять, что у него возникла проблема.

«Это не моя вина, — думал он. — После того как тот полицейский, Эрли, ушел в пятницу вечером, я пытался позвонить по обычному номеру, но он был отключен, и я не мог понять, в чем дело. Потом, минуту спустя, звонит мой телефон. Мне говорят, чтобы я пошел и купил один из тех мобильных телефонов с оплаченными минутами, который никто не может вычислить.

Потом, чтобы продемонстрировать, как я стараюсь соблюдать осторожность, я сказал, что, прежде чем впустить в дом полицейского, я сменил джинсы, заметив несколько пятен краски на них и на мокасинах. Я подумал, что убедил, что держусь начеку… Но мне говорят, избавься от джинсов и мокасин; убедись, что на фургоне нет пятен краски. Потом мне приходится выслушивать еше всякую ерунду, мол, как я глуп, что вырезал череп на дверях.

В выходные дни мои джинсы и кроссовки вместе с деревянными фигурками лежали на полке в гараже… Затем, соблюдая максимум осторожности, я решил, что лучше от них избавиться. Вдобавок я достал старую одежду, которую я в любом случае хотел выкинуть, — и свалил ее вместе с джинсами, мокасинами и моими любимыми резными фигурками в большой мусорный мешок.

Затем я крепко завязал его и положил в контейнер. Я даже вынул все из холодильника и тоже бросил в мешок. Поэтому поверх одежды мешок был набит всякой дрянью: испортившиеся китайские продукты, остатки пиццы, кофе и позеленевшие от плесени апельсины.

Мусор вывозят по вторникам и пятницам.

Я подумал, что, если отнести мусор в контейнер в воскресенье ночью, все будет в порядке. Как я мог подумать, что какое-то ничтожество собиралось рыться в моем гниющем мусоре. Держу пари, это был пронырливый полицейский, сержант Эрли, и он нашел мои джинсы, мокасины и деревянные фигурки. Так или иначе, их уже нет. Наверное, я был дураком, что надел эти вельветовые брюки в теплую погоду. Эрли обратил на это внимание и даже сказал что-то по этому поводу.

Зазвонил обычный сотовый телефон Чарли. Ком встал поперек его горла, он сделал глубокий вдох и ответил:

— Алло.

— Ты купил другой телефон?

— Вы сказали купить. Я купил.

— Дай мне номер.

— 973-555-0347.

— Я перезвоню на этот номер.

Чарли сделал большой глоток пива, осушая бутылку. Когда новый телефон зазвонил, он ответил, но вместо отрепетированных объяснений выпалил:

— Я выбросил мокасины, джинсы и резные фигурки в мусор, и кто-то их оттуда забрал. Я думаю, это был тот полицейский, который приходил ко мне в пятницу.

Последовавшая долгая тишина была хуже, чем взбучка, которой он подвергся за вырезанные им череп и кости на дверях дома на Олд-Милл-лейн.

Его собеседник говорил спокойным, монотонным голосом:

— Зачем ты положил эти вещи в мусор?

— Я думал, что их заберут завтра. Было очень неспокойно держать их в сарае, — ответил Чарли в свою защиту.

— Я не спрашивал о расписании вывоза мусора. Положить те вещи в мусорный контейнер раньше, чем за день до вывоза, было идиотизмом. Тебе просто следовало выбросить их в мусорный контейнер за каким-нибудь магазином, и на этом бы все закончилось. Слушай и постарайся понять то, что я тебе говорю. Я не знаю, кто застрелил Джорджет Гроув, но если у полиции будут доказательства, что это ты разукрасил дом Ноланов, тебя обвинят в убийстве.

— Обвинят нас, — поправил Чарли.

— Не угрожай мне, Чарли. Я знаю наверняка, что тот полицейский не имел права осматривать твой мусор и забирать что-то из него без ордера на обыск, так что, даже если они и нашли что-то инкриминирующее, они не могут использовать это против тебя. Тем не менее, они могут попытаться тебя измотать. Так что найди адвоката и отказывайся отвечать на любые вопросы.

— Адвоката! Кто будет платить за адвоката?

— Ты прекрасно знаешь, что платить буду я.

Последовала пауза, затем его собеседник сказал:

— Чарли, тебе никогда больше не придется беспокоиться о деньгах, если ты сможешь выпутаться из этого, не напортачив.

— Рад это слышать, — сказал Чарли и бросил трубку.

С огромным облегчением он пошел к холодильнику и взял еще пива.

«Если они не могут использовать джинсы и мокасины против него, то что у них есть? — подумал он. — Мои маленькие статуэтки могут говорить о том, что я действительно талантлив, но это не делает меня единственным на свете человеком, который мог вырезать череп и скрещенные кости на той двери».

Он вышел с пивом на улицу, обошел сарай и посмотрел на свой садовый инвентарь — газонокосилку, ножницы для подстригания живой изгороди, грабли и лопаты, все эти символы часов, дней, месяцев и лет скучной, тяжелой работы.