Ты знала - Эшли Одрейн

На следующее утро Генри отвез ее на железнодорожную станцию. Он не произнес ни слова, даже не попрощался. Сесилия понимала – это не со зла. Впервые в жизни она поцеловала его в колючую щеку – после смерти Этты Генри редко брался за бритву – и прошептала: «Спасибо».

Выйдя из машины, Сесилия поправила свой единственный приличный наряд, купленный на первую зарплату, – сиреневую вельветовую юбку и шифоновую блузку из секонд-хенда. Остальные вещи были сложены в бирюзовый чемодан Этты с монограммой – свадебный подарок Генри, которым она ни разу не воспользовалась. Этта не хотела никуда уезжать.

В восемнадцать лет Сесилия обладала классической красотой, которой была лишена ее мать. Она рассчитывала, что в большом городе привлекательная внешность принесет ей больше выгоды. Стоило ей выйти из такси, как она увидела Себа Уэста. Он работал швейцаром в дорогом отеле, на который у Сесилии не было денег; она ничего не знала о городе, кроме названия отеля, потому и попросила таксиста привезти ее туда. Себ подал ей руку в белой перчатке. С тех пор они не расставались.

Себ показал Сесилии город и познакомил с многочисленными друзьями, один из которых помог ей найти работу у своего дяди, державшего дорогую контору по прокату лимузинов. Сесилия оформляла заказы, поддерживала порядок в офисе и ходила на ланч с другими девушками из конторы. С помощью одной из них она сняла крошечную студию над заколоченной картинной галереей, но ее скудного жалованья не хватало на жизнь в большом городе. Себ переехал к ней, чтобы разделить расходы на аренду, и оплачивал почти все ее траты. Они официально стали парой.

Сесилия наслаждалась новой жизнью: ей нравилось чувствовать себя нужной, покупать кофе на улице, читать стихи в парке во время обеденного перерыва, встречаться с людьми, ничего не знавшими о том, кто она и откуда приехала.

Вскоре она осознала, какое действие оказывает на мужчин: прохожие оборачивались ей вслед, коллеги из конторы так и норовили прикоснуться. Их внимание заставляло ее чувствовать свою власть – и в то же время уязвимость. Себ и Сесилия часто ходили в кафе или на поэтические вечера в богемные заведения. Стоило ему отвернуться, как она ощущала себя добычей. Даже его друзья, знающие, что они пара, пытались привлечь ее внимание.

Как-то раз, когда Себ удалился в уборную, его друг Ленни, которого тот любил и уважал, прижал Сесилию к барной стойке и засунул язык ей в рот. Она оттолкнула его, однако поцелуй ей понравился.

Впервые в жизни Сесилия почувствовала себя желанной. В ней пробудилась неожиданная смелость. Она частенько стала позволять себе подобное с Ленни и вскоре начала встречаться с ним в обеденных перерывах. Ленни лил мед ей в уши: обещал устроить в модельный бизнес, твердил, что ей не следует работать в скучном офисе и спать со швейцаром. Он утверждал – в ней что-то есть. Сесилия рассказала ему, что любит поэзию, хочет работать в издательстве и мечтает, чтобы ее стихи опубликовали. Она никогда не делилась этим с Себом. Ленни пообещал познакомить ее с одним своим другом, у которого большие связи, и предложил бросить Себа и переехать к нему.

Через неделю Сесилия поняла, что беременна.

Она потеряла все так же быстро, как и получила.

У Себа не оказалось никаких сбережений. Он уговорил ее переехать к его родителям в пригород и пообещал, что, как только станет больше зарабатывать и сможет позволить себе покупку жилья, все изменится. Он боялся создавать семью, его пугала ответственность. У него было счастливое детство: семейные ужины на День благодарения, каникулы на природе с палаткой.

Сесилия впала в отчаяние.

Когда она набралась храбрости и сообщила Себу, что хочет сделать аборт, тот велел ей больше никогда об этом не заикаться. Если мысль о том, чтобы родить от него ребенка, приводит ее в такой ужас, пусть просит деньги на аборт у отчима.

Перед глазами у Сесилии стоял образ повесившейся матери.

Она почувствовала себя обманутой, загнанной в ловушку. Это ее сломило.