Прежде чем проститься - Мэри Хиггинс Кларк

— Да. Адам говорил мне.

«Интересно, много ли она знает?» — подумал Лэнг. Он решил бросить пробный шар.

— И уж конечно, вы знаете, что Адам создал проект высотного жилого и делового комплекса, который мы собирались строить.

— Адам очень гордился своим проектом, — равнодушно подтвердила Нелл.

— Видите ли, проект Адама на языке архитекторов называется эскизным. Творец сначала видит очертания своего детища и лишь потом берется за техническую рутину: все эти расчеты, подсчеты, нормы, правила. Так вот, на уровне эскизного просчета задумка Адама была просто восхитительна. Талантливый, оригинально мыслящий архитектор. Нам очень жаль, что его больше нет с нами. И теперь, боюсь, все придется начинать сначала. Архитекторы не любят работать с чужими эскизными проектами. Они тоже хотят создавать свое.

— Что ж, вполне понятное желание.

«Ага, значит, Адам умолчал о своем провале», — торжествующе подумал Лэнг.

Нелл сидела напротив него, опустив голову. Может, ему лишь почудилось, что она враждебно к нему настроена? Возможно, просто не хочет показывать своих истинных чувств. Боль утраты еще слишком остра.

— В августе прошлого года Адам купил у некоей вдовы Каплан ветхий домик в центральной части Манхэттена и участок земли, на котором стоит эта развалюха. Адам заплатил этой женщине рыночную цену: что-то около миллиона долларов. Участок прилегает к другому участку, принадлежащему мне. Эскизный проект Адама предполагал, что высотная башня — доминанта всего сооружения — как раз и будет возведена на бывшем участке вдовы Каплан. Я предлагаю купить у вас этот участок за три миллиона долларов. Согласитесь, неплохие дивиденды с инвестиций, сделанных всего десять месяцев назад.

— А почему вы вдруг предлагаете мне такие деньги? — спросила Нелл.

— Только не думайте, что я разыгрываю из себя доброго волшебника, — улыбнулся Лэнг, прикидывая, заглотнула ли она наживку. — Ваш участок помог бы нам сделать архитектурный комплекс более впечатляющим. Добавятся эстетические детали, появится возможность соорудить не просто удобные, а еще и красивые подъезды. Да что там говорить: вся панорама станет иной, и это сразу отразится на стоимости квартир и помещений под офисы. Как видите, никакой благотворительности. Чистый расчет.

Лэнг снова улыбнулся.

— Конечно, мы в случае чего сможем обойтись и без вашего участка. Да, проект немного проиграет. Все будет скромнее. Однако вы, Нелл, проиграете существенно. Небольшие участки, соседствующие с небоскребом, быстро теряют функциональность и становятся непривлекательными.

«А ведь ты врешь», — подумала Нелл. Адам говорил ей, что Лэнгу позарез нужен участок вдовы Каплан. Даже если за проект возьмется другой архитектор, идея высотной башни наверняка сохранится. А башню (это она тоже знала из слов Адама) выгоднее всего строить как раз на месте, где сейчас стоит домик, купленный у Ады Каплан.

— Я подумаю над вашим предложением, — скупо улыбнувшись, ответила Нелл.

Улыбка Лэнга, наоборот, была лучезарной.

— Конечно. Я вас не тороплю. Скорее всего, мы захотите обсудить это предложение со своим дедом.

Он немного помолчал. Пауза тоже была тщательно выверенной и являлась частью стратегии разговора с Нелл.

— Как бы ни сложились наши деловые отношения, мне хотелось бы думать, что мы останемся друзьями и вы будете честны со мной. Должно быть, вы знаете: в городе полно слухов о вас.

— Слухов? И каких именно?

— Надеюсь, правдивых. Говорят, вы намерены бороться за место в Конгрессе, которое почти полвека занимал ваш дед.

Нелл встала, давая понять, что их встреча окончена.

— Питер, не в моих правилах обсуждать слухи, — сухо проговорила она.

— Иными словами, если вы объявите о своем решении, то сделаете это, когда сочтете нужным.

Лэнг встал и, прежде чем Нелл сумела отдернуть руку, слегка сжал ее пальцы.

— Я хочу, чтобы вы знали: вы всегда можете рассчитывать на мою полную поддержку.

— Благодарю вас, — ответила Нелл, едва сдержавшись, чтобы не поморщиться.

«Дипломатия кувалды», — мысленно добавила она.

Нелл едва успела закрыть за Лэнгом дверь, как зазвонил телефон. Инспектор Склафани просил ее подъехать в офис Адама и дать возможность им с Бреннаном осмотреть бумаги Уинифред Джонсон.

— Мы могли бы получить ордер на обыск, но время дорого. Да и шума меньше, — объяснил ей Склафани.

— Я согласна. Сейчас выеду, — ответила Нелл. — Хочу вам сообщить, инспектор, что несколько дней назад я по просьбе матери Уинифред побывала в их квартире. Миссис Джонсон очень волнуется по поводу своего финансового будущего и потому просила меня поискать в бумагах дочери страховые полисы и другие аналогичные бумаги. Поскольку ничего такого я не нашла, я воспользуюсь случаем и посмотрю, нет ли их в офисе.

Бреннан и Склафани подъехали к зданию на Двадцать седьмой улице раньше Нелл и теперь стояли перед витриной, разглядывая макет небоскреба.

— Красивая штучка, — заметил Склафани. — Чтобы сделать макет, наверное, и сотни баксов хватит. А вот чтобы построить...

— Помнишь, что вчера говорил Уолтерс? — отозвался Бреннан. — Нам с тобой этот домик кажется красивым, но люди, понимающие толк в архитектуре, придерживаются другого мнения. Насколько я понял, проект Адама они завернули совсем.

Его последние слова достигли ушей Нелл, которая только что вылезла из такси.

— Я не ослышалась? Вы сказали, проект Адама «завернули совсем»?

Склафани и Бреннан обернулись. Недоумение на лице Нелл было вполне искренним. Неужели она только сейчас об этом узнала? А сам Адам? Когда он узнал, что его выбрасывают из игры?

— Вчера нам довелось присутствовать на встрече мистера Уолтерса с заместителем окружного прокурора, — сообщил ей Склафани. — От него мы это и услышали.

Нелл нахмурилась.

— Я бы не торопилась доверять словам мистера Уолтерса.

Она резко повернулась, дошла до двери здания и нажала кнопку звонка.

— У меня нет ключей, — нехотя объяснила она полицейским. — Ну а те, что были у Адама... сами понимаете.

Дверь открывать не торопились. Нелл даже обрадовалась медлительности смотрителя. Эти минуты пришлись ей очень кстати, чтобы хоть как-то переварить услышанное и успокоиться. Если Уолтерс все-таки говорил правду... почему же тогда Питер Лэнг и словом не обмолвился насчет отстраненного проекта? Разыгрывал из себя джентльмена? Не хотел сделать больно? Да черт с ним, с Лэнгом! Если все это правда, почему Адам сам не сказал ей? Она же чувствовала: его что-то гнетет. Зря он носил это в себе. Быть может, вместе они что-нибудь придумали бы.

Наконец дверь открылась. Смотритель — грузный мужчина лет около шестидесяти — равнодушным голосом высказал Нелл свои соболезнования и добавил, что уже интересовались насчет помещений, которые арендовал ее покойный муж. Если они ей не нужны, не согласится ли она освободить их досрочно?