Неглубокая могила - Дэн Симмонс

– Это значит, что Малькольм и его дружок Потрошитель были исполнителями, а сидящий перед нами Майлз – посредником, но, возможно, приказы Майлзу отдавал один из членов семьи.

Отвратительно усмехнувшись, София повернулась лицом к отцу:

– Папа, мистер Курц сошел с ума.

Дон Фарино ничего не ответил дочери. Старик потер подбородок рукой, покрытой пятнами.

– Зачем Майлзу было убивать Бьюэлла Ричардсона, мистер Курц?

– Ваш казначей случайно наткнулся на несколько миллионов долларов, отмываемых через вашу семью. И захотел войти в долю.

Дон Фарино подался вперед.

– Сколько именно миллионов?

София продолжала улыбаться:

– Да, Джо, сколько именно миллионов?

Услышав, как дочь назвала Курца по имени, дон Фарино бросил на нее недовольный взгляд, но затем снова повернулся к Курцу.

Курц пожал плечами:

– Черт побери, а я откуда могу знать? Малыш Героин подозревал о нечистых делишках. Вот почему он предложил мне связаться с вами, дон Фарино. Ему глубоко наплевать на пропавшего казначея.

Фарино заморгал:

– Что вы хотите сказать? Какой у Стивена тут может быть интерес?

Курц вздохнул, жалея о том, что у него нет при себе оружия. Однако сейчас уже было слишком поздно.

– Героин впутался в поставки наркотиков, начал дегустировать собственный товар, и его отправили в тюрьму. И вы, и другие семьи никак этому не помешали.

Фарино сверкнул глазами:

– Мистер Курц, семьям штата Нью-Йорк потребовалось почти двадцать лет на то, чтобы договориться с колумбийцами, мексиканцами, вьетнамцами и всеми остальными…

– Знаю, знаю, – прервал его Курц. – Я знаю про ваши соглашения, договоры и квоты. Но кому до них какое дело? Ваш сынок раскачал лодку, пытаясь завалить улицы наркотиками и набить свои карманы деньгами, и вы закрыли глаза на то, что его упекли за решетку. Но кто-то, воспользовавшись связями вашей семьи, несколько месяцев назад снова широко распахнул ворота. Малыш Героин считает, что у вас за спиной, дон Фарино, ведется двойная игра.

– Он сошел с ума! – крикнул Майлз, снова вскакивая с места.

Курц посмотрел на адвоката.

– В прошлом августе банда Малькольма Кибунта обчистила армейский арсенал в Данкерке…

– Какое это имеет отношение к делу? – отрезала София.

– …и Майлз… а также тот, кто стоит за Майлзом… меняли оружие на «йабу», «китайскую белизну» и сильнодействующие разновидности метамфетамина из Ванкувера…

– Из Ванкувера? – переспросил дон Фарино, искренне удивленный. – И кто этим занимается в Ванкувере?

– Триады, – сказал Курц. – Малькольм переправлял оружие по суше. Наркотики пересекали границу через таможенный пост у Ниагары вместе с электронным хламом от ванкуверских семей. Малькольм со своими ребятами захватили несколько грузовиков из Флориды и Нью-Йорка, чтобы замести следы того, что происходило на самом деле. Они использовали связи вашей семьи, чтобы доставить героин и «йабу» сюда, выбросить ее в огромных количествах на рынок и вырастить целое поколение наркоманов.

Наступила тишина. Наконец дон Фарино пристально посмотрел на Леонарда Майлза.

– Ты менял оружие на наркотики у наших самых заклятых врагов?

– Это ложь. – В голосе Майлза больше не было страха.

– Уильям, – сказал дон Фарино одному из телохранителей. – Чарльз. – Другому.

Громилы шагнули вперед, доставая из кобуры под мышкой револьверы 38-го калибра.

– Уведите мистера Майлза отсюда и сделайте так, чтобы он заговорил. – В голосе старика чувствовалась бесконечная усталость. – Потом увезите его и убейте.

Уильям и Чарльз подняли револьверы, но направили их не на Леонарда Майлза. Одно черное дуло было обращено на дона Фарино, другое на Курца.

Леонард Майлз перестал разыгрывать комедию страха и отчаяния. Окинув взглядом телохранителей, он мерзко усмехнулся.

– Больше ста двадцати миллионов долларов, – наставительным тоном произнес адвокат. – Прямо у тебя под носом, старик. Неужели ты думаешь, что я не использовал часть этой огромной суммы на то, чтобы перекупить всех твоих людей?

Дон Фарино резко вскинул голову. София, казалось, была погружена в транс. Курц сидел совершенно неподвижно, положив ладони на колени.

– Уильям, Чарльз, – сказал Майлз. – Убейте старика и этого ублюдка Курца. Прямо здесь. Немедленно.

Прогремели четыре выстрела, и гостиная наполнилась едким запахом сгоревшего пороха и крови.