Призрачный омут - Адриана Мэзер

Кашляю так сильно, что болят ребра. Чья-то рука хлопает меня по спине, раздаются взволнованные голоса, и все говорят разом. Легкие разрываются изнутри.

Я вся в поту, лежу на полу рядом с кроватью, надо мной склоняются Элайджа и Сюзанна. Рядом стоят Мэри и Элис. Колотит от шока или это дрожь от холода – пока не поняла.

– Боже, что случилось? – спрашивает Элис, ее глаза расширены от ужаса.

– Я услышала грохот, – говорит Сюзанна. – И вот она уже на полу, кашляет и дрожит.

– Сэм, ты можешь говорить? Расскажи нам, что случилось, – просит Мэри.

Обхватываю себя руками. Пальцы холодные, как ледышки.

– Кто-то скинул меня за борт. А потом… не знаю. Должно быть, я проснулась.

– Ты внезапно подскочила и упала с кровати, – говорит Элайджа. – Я успел только поддержать твою голову, чтобы ты не ударилась о пол.

Стуча зубами, передаю его слова девочкам.

– Тебе нужно согреться, – советует Элайджа.

Он закидывает мои руки на свои плечи, подхватывает меня под коленки и поднимает в воздух. Наследницы отступают на шаг. Должно быть, Сюзанна понимает, что собирается сделать Элайджа, она торопливо скидывает одеяла, чтобы потом укрыть меня ими.

– Так не должно быть, правда? – спрашивает она. – Если кто-то хотел убить Саманту во сне, это не может отражаться в реальности.

– Так же, как она не должна была принести ложку из сна, – замечает Элис.

Мэри нервно тянет прядь волос:

– Ты заметила того, кто тебя столкнул?

Элайджа подтыкает для меня одеяло со всех сторон. Пытаясь согреться, растираю ладони.

– Нет, все произошло слишком быстро.

Элайджа бродит из стороны в сторону у изножья кровати. Выглядит он взбешенным.

– Заклинание памяти сработало? – интересуется Сюзанна.

– Ну так, не очень. Я чувствовала себя не в своей тарелке, задавала странные вопросы окружающим. Пыталась вспомнить что-то, но не знала, что.

– Вдруг ты кого-то разозлила своими вопросами? – Сюзанна присаживается на кровать рядом со мной.

– Может быть. Я спросила Брюса Исмея, безопасно ли плыть с такой скоростью, и сказала, что в океане в это время много айсбергов. Эти слова можно было воспринять, как отсылку к катастрофе. Возможно, кого-то и разозлила.

– Хм-м, – протягивает Элис. – Поищем побольше об этом Исмее. А что Майра? Ты ее видела? Кто-нибудь о ней говорил?

Я плотнее заворачиваюсь в одеяло.

– В этот раз она была там и вела себя, как все пассажиры, как обычно веду себя я, попадая на корабль: словно так и должно быть. Майра беззаботно болтала и пила чай с миссис Браун, словно ничего и не было.

– То есть она исчезла здесь и появилась там? Что это значит? – изумляется Мэри.

– Откуда мне знать? У этого места есть особенность. Там все погружены в туман счастья. Я разговорилась с Молли, ее фамилия Маллин. Надо тоже поискать про нее. Молли сказала, что сейчас тринадцатое апреля, но на самом деле – девятое. Там что-то дикое творится со временем.

– Значит, ты попадаешь на корабль еще до крушения? – спрашивает Сюзанна.

– Видимо, так.

– Не верится, что ты пила чай с самой Маргарет Браун, – восхищается Мэри.

Я улыбаюсь ей и зеваю. Элайджа прекращает бродить из стороны в сторону.

– Тебе нельзя возвращаться на корабль после случившегося. Нельзя рисковать. Если ты заснешь, я буду будить тебя каждые десять минут.

– Поверь, у меня нет желания туда возвращаться, но сколько я продержусь без сна? Пару дней? – спрашиваю я.

– Значит, надо действовать быстрее, – с вызовом заявляет Элайджа.