Крокодилий сторож - Катрине Энгберг

– Итак, Ларсен, какие новости с судмедэкспертизы?

Ларсен начал говорить с присущей ему уверенностью. Если он и был ошарашен своей ошибкой насчет подозрения Кристофера в убийстве, то к настоящему моменту это неприятное состояние осталось далеко в прошлом.

– Кристофер Гравгорд умер вчера, в четверг 9 августа между 18.30 и 19.30. Нюбо назвал причиной смерти длительную остановку сердца…

– Остановку сердца?

– …наступившую в результате удушения. То есть, как и предполагалось, речь идет об убийстве. На теле не обнаружено никаких следов в области шеи, ни от пальцев, ни от ногтей, притом что у жертв удушения очень редко не бывает таких отметин. Как правило, жертва расцарапывает себе горло, пытаясь избавиться от мешающего дыханию предмета. Нюбо думает, что мы имеем дело с так называемым «шоковым захватом»: преступник крепко ухватил Кристофера правой рукой сзади и пережимал сонную артерию, пока у того не остановилось сердце. Вероятно, ему понадобилось меньше минуты. Очень профессиональная работа.

– Симэ-вадза! – крикнул Фальк с акцентом, который считал японским.

– Да, спасибо, – продолжал Ларсен, – именно так это и называется. Классический захват из дзюдо, применяемый, в частности, для усмирения ведущего себя агрессивно человека.

Йеппе оглядел комнату и заметил Мосбэка, который аккуратно делал пометки в записной книжке, расслабленно сложив ноги крест-накрест. Он принадлежал к числу мужчин, компенсирующих быстрое облысение густой бородой. Йеппе он нравился, потому что, в отличие от многих коллег, действительно умел слушать. Он много раз выслушивал Йеппе, когда тот вернулся к работе после развода. Их беседы словно выплывали из тумана, как и все воспоминания Йеппе, связанные с последним полугодием, и все же у него осталось приятное впечатление от этого человека.

Ларсен засучил синие полосатые рукава и продолжил:

– Жертву не просто задушили. Я избавлю вас от многочисленных подробностей, касающихся сердечной аритмии, которые сообщил Нюбо, донесу только суть. – Ларсен обвел взглядом свою аудиторию, принуждая ее к ожиданию. – Кристофер Гравгорд умер в результате давления рукой на рефлекторную точку на горле. Прием был очень чистый, его провел человек, знающий свое дело. Или знаток боевых искусств, или специально обученный военнослужащий, кто-то в этом роде. Нюбо настаивает на слове «казнь».

– Тот же преступник, который убил Юлию Стендер? – Йеппе смотрел сквозь Ларсена.

– Сложно сказать. Но Нюбо склонен полагать, что преступник не один и тот же, – невозмутимо отвечал Ларсен. – Мы видим совсем другой метод. Разве убийца Юлии не оставил бы и на этой жертве свои узоры? Не поставил бы свой автограф?

– Но ведь Нюбо судмедэксперт, а не полицейский, так что давайте обойдемся результатами вскрытия, а своими размышлениями он пусть делится в кругу семьи. Остановимся на этом. Еще что-нибудь есть?

– Пока что не слишком много. По-видимому, ни крови, ни волос, ни клеток кожи под ногтями. Не совсем такая же история, как с Юлией Стендер, но сходство явно есть.

– Юлию убили ударом диспенсера для скотча по голове, Кристофера задушили, – вступил Йеппе. – Поэтому убийца вполне может быть один и тот же. Мы все знаем, насколько маловероятно внезапное возникновение в деле второго преступника. Вероятная месть за убийство Юлии не повлекла бы за собой люстру и приемы из дзюдо, я ни за что не поверю в это. Однако, если это один и тот же человек, то почему он воспользовался двумя разными способами совершения убийства? Есть какие-нибудь предположения?

Следователь Фальк осторожно откашлялся, словно проглотил муху и хотел извергнуть ее в целости и сохранности. Сегодня у Йеппе не хватало терпения выдерживать его степенный темп.

– Да, Фальк, что ты думаешь? Пожалуйста!

– Я считаю, или мне кажется, наверное, это более точное слово, что у преступника были разные мотивы убийства. Первый акт, в случае с Юлией Стендер, был в значительной степени, как бы сказать… приятным. Создается впечатление, что убийца старался действовать в точном соответствии с рукописью, то есть начал вырезать узоры на коже девушки, когда она еще была жива, и в конце концов прикончил ее держателем для скотча, потому что она оказала слишком яростное сопротивление, а ему для творчества нужна была спокойная обстановка. Нюбо подтвердил, что в момент смерти она не была ни пьяной, ни одурманенной, и, наверное, боролась до последнего.

– Блин, Фальк, мы уже все это выяснили, – раздраженно вмешался Ларсен.

Йеппе одобрительно кивнул Фальку, продолжившему в своем неторопливом стиле.

– Кристофер же, напротив, был, так сказать, казнен и затем сброшен на люстру, вполне закономерный исход. Преступник пришел в театр, чтобы, ну да, убить Кристофера. Возможно, он под тем или иным предлогом заманил его на крышу, навалился на него сзади и в одно мгновение порешил его.

– А почему люстра?

– Кернер, ты сам уже сказал. Он любит драматизм. Он использует все возможности для достижения максимального драматического эффекта.

– Но зачем вообще понадобилось убивать Кристофера?

– Может быть, он что-то знал. Кристофер мог что-нибудь видеть или о чем-нибудь догадываться и я прекрасно понимаю, что это звучит глупо, но он мог связаться с преступником и шантажировать. Я не могу придумать лучшего объяснения. Он ведь тоже был странноват, правда?

Йеппе поглядел на дно полупустой чашки с кофе и слегка поболтал в холодной жиже остатки не растворившегося кофейного порошка.

– Но если дело обстоит так, как описал Фальк – а я склонен полагать, что он прав, – то преступник был в курсе, что мы собирались задержать Кристофера.

– Наверное, взломал полицейское радио. – Ларсен оказался скор на догадку.

– Ларсен, это ведь теперь невозможно! После того как мы перешли на систему SINE, вся наша радиокоммуникация шифруется. Там технически невозможно ничего взломать.

– Тогда наверняка кто-то разболтал.

Тишина в помещении была недолгой, зато чрезвычайно тяжелой.

Убийцы очень редко надевают перчатки и защитный костюм и еще реже оставляют следы на других.

Анетте нарушила молчание со своего места у стены:

– Я недавно говорила с Клаусеном из Центра. Они изучают отпечатки рук и ног, оставленные на крыше театра. Обувь, кажется, такая же, как в квартире Юлии Стендер, пара абсолютно новых кроссовок «Найк», но еще рано делать выводы насчет того, та же самая это пара или другая. Пока что этот факт только подтверждает предположение о том, что речь идет об одном и том же человеке.

– Хорошо. На этом совещание и закончим.

Йеппе встал, испытывая приятное чувство: таблетки начали действовать. Он все еще чувствовал дискомфорт в пояснице, но теперь он не отдавал стреляющей болью в ногу, и губы приятно покалывало.

– Фальк и Ларсен, отправляйтесь в квартиру Кристофера к группе из Центра, они прочесывают помещение на предмет наличия следов. Остальные продолжат работу здесь.