Между адом и раем - Тед Белл

— Привет, Пелхэм, старина, — проговорил Хок, поднимаясь по каменным ступеням и улыбаясь дворецкому. — Рад видеть тебя среди живущих.

— Как сказал Альфред Теннисон в своем стихотворении «Ручей», «я продолжаюсь вечно», милорд, — заметил пожилой слуга, слегка поклонившись.

Пелхэму Гренвиллю, должно быть, было около ста лет. До сих пор у него была густая седая шевелюра, величественный нос и блестящие голубые глаза. Он носил безупречно белые перчатки, однобортный пиджак, полосатые брюки и белый галстук, туго затянутый на шее.

Большую часть жизни он провел работая у разных представителей династии Хоков. Хотя по профессии он был дворецким, его давно уже перестали считать слугой. Он был членом семьи. Он был Пелхэмом, стариной Пелхэмом, который поддерживал в идеальном состоянии жилище Хоков. И пока наследники не уезжали на учебу в Итон или Хэрроу, а потом и в Дартмут, он был их воспитателем.

Пелхэм настаивал на своем участии в контроле за реставрационными работами и обустройстве дома.

Хок не посмел ему в этом отказать. Так как сам Хок уехал по делам, а в доме на площади Бельграв никого не осталось — ну разве что старая тетушка или кузина могла иногда зайти попить чаю, то Пелхэм имел полное право находиться здесь. Кроме того, Алексу нравилось общество Гренвилля.

Хок строго посмотрел на Пелхэма.

— Чтобы никаких поклонов и расшаркиваний. Это Америка, Пелхэм, страна свободы, равенства и братства.

— Как же это? — шмыгнул носом Пелхэм. — Я служу уже восемьдесят лет. Мне просто не обойтись без своих навыков. О, святые небеса! Посмотрите на себя, милорд, вы весь в крови!

— Должно быть, измазался, пока ужинал, — улыбнулся Хок. — Я успею быстренько помыться?

— Только если очень быстро, — сказал Пелхэм. — Мадам только что звонила. Она уже в пути.

— Неужели уже так чертовски поздно? — ужаснулся Хок, посмотрев на свои разбитые часы. Он не мог оторваться от Вики и совсем забыл о времени.

— Я пытался дозвониться вам на мобильный, но, как обычно, он был выключен.

— Ну, к сожалению, да. Может быть, ты предложишь пока Конч чашку чая и извинишься за меня? Мне надо хорошенько оттереться и надеть что-нибудь свежее.

— Верно, сэр. Ваша внешность сейчас оставляет желать лучшего. Можно сказать, она даже пугающая. Я возьму на себя смелость достать один из ваших любимых серых охотничьих костюмов, — сказал дворецкий. — И еще, думаю, вам понадобится галстук? Фуляровый вполне подойдет. Ведь ваш гость — лицо довольно…

Но Хок уже пробежал половину мраморной лестницы, перепрыгивая за один шаг по три ступени.

— Лорд Хок потерпел поражение и окровавлен, но не склонил головы, как я вижу, — пробормотал старик.

Через десять минут Алекс уже помылся и, совершенно пренебрегая одеждой, выбранной Пелхэмом, натянул выцветшие джинсы «Ливайс», флотскую футболку и старый черный кашемировый свитер. Если бы Конч увидела его в пальто и в галстуке, не признала бы, подумал Хок.

Войдя в библиотеку, он нашел Консуэло де лос Рейес сидящей у полыхающего камина.

— Рад сообщить тебе, что ты — моя первая гостья, — заметил Хок, пододвинув свой стул к камину. — Хотя раз уж ты подобрала мне этот дом, то имеешь на это полное право.

Конч была владелицей дома напротив. Именно она посоветовала Алексу приобрести этот кирпичный особняк в викторианском стиле.

— Ну и вечерок выдался вчера в клубе, — сказал Хок. — Только вернулся из больницы.

— Не волнуйся, дружище. Я звонила президенту. Джорджтаунский клуб! Мы прищучим этих мерзавцев, кто бы они ни были. Скажи, что с твоей рукой?

— Проколол салатной вилкой. Мне повезло.

— А Виктория?

— Я бы сказал, ей очень повезло.

— В смысле?

— Тебе будет трудно в это поверить, но… — Алекс прервался, увидев, что в комнате внезапно появился Пелхэм.

— Я оставил завтрак на столе, милорд, — сказал он. — Фрукты, каша, кофе, чай. Ваши любимые оладьи с клубничным вареньем. Звоните, если понадоблюсь. Ну а сейчас не буду вам мешать.

Хок улыбнулся, глядя на удаляющегося дворецкого, и продолжил:

— Может быть, это и предубеждение, но я считаю, что бомба предназначалась для Вики.

— О, Алекс. Смотри на вещи трезво. Ну кому бы понадобилось…

— Может быть, кубинцам, черт бы их побрал. В конце концов, субмарину купила эта клика — Telaraca. Они попытаются запугать меня любым способом.

— Алекс, почему бы им просто не убить тебя в таком случае?

— Ну, не знаю. А потом столько неприятного шума в газетах? Буду откровенен — я дал русским повод возненавидеть себя. Принудил их выдать имя покупателя «Борзой». Их ужаснула мысль о возможных последствиях этого предательства. Чтобы прикрыть себя, они наверняка пошли к кубинцам и рассказали о моем интересе к деятельности Telaraca. Поэтому я не думаю, что новое правительство Кубы отнесется ко мне с восхищением.

— Настало время ПСЗ.

— Извини, не понял?

— Прикрывать свою задницу. Твои русские друзья прикрывают свою кубинцами, — сказала Конч. — Вот что они сделали скорее всего — пошли к кубинцам. Рассказали свою жалостливую историю, свалили все на тебя. Секретная служба Кубы проводит расследование и выходит на след ЦРУ в Кувейте, где не состоялась первая сделка. Кстати, ЦРУ сообщило, что твой друг Кэп Адамс недавно умер. Мои соболезнования.

— Что? Умер?

— Лондонская полиция обнаружила его тело в квартире на Сант-Джонс-Вуд. Без видимых признаков насилия. Патологоанатомы с помощью электронного микроскопа обнаружили в мышце его бедра гранулу рисина.

— Рисина?

— Ядовитого альбумина, содержащегося в касторовых бобах. Помнишь знаменитый «Укол зонтиком»? Агент КГБ убил в семьдесят восьмом на мосту Ватерлоо одного неугодного болгарина, ткнув его отравленным зонтом. Для нас дело прошлое, а для кубинцев в самый раз. Твои земляки-судмедэксперты достойны награды за такое открытие.

— Надеюсь, эти трудоголики не забудут похвалиться своим небывалым успехом перед женой Кэпа Энни и его сиротами. Господи, надо позвонить Энни.

— Давай поговорим о Вики, Алекс. Почему ты все-таки решил, что Вики была мишенью?

— За несколько минут до взрыва официант позвал ее к телефону. Когда она взяла трубку, ей никто не ответил. Было слышно лишь чье-то дыхание. А на полу в телефонной кабине стоял черный портфель. Предположив, что кто-то забыл его, она отдала портфель официанту.

— Портфель взорвался у него в руках через несколько минут, — сказала Конч, покачав головой. — Я передам эту информацию следственной группе прямо сейчас.

— Спасибо.

— Алекс, вопрос, который президент передо мной поставил сейчас, — Куба. Чего нам в Штатах сейчас не нужно, так это «горячей точки» прямо у порога. Этот остров начинает бурлить. Мне нужна помощь.