И вдруг тебя не стало - Эр Джей Джейкобс

Я включила зажигание и написала Колу: «Вышла из полицейского участка, направляюсь в лабораторию».

Понимание, что Кол считает меня сумасшедшей, придавало мне мрачную уверенность. Не нужно было беспокоиться об этом. Я представила себе, как он раздраженно щурится на мое сообщение или замирает с каменным лицом, полным безразличия. Кончик моего пальца завис над экраном, затем я набрала: «Я не собираюсь вламываться туда».

Я сделала паузу, потом добавила: «Наверное».

Многоточие появилось сразу, как будто он смотрел на свой телефон.

Кол: «Приезжай и забери меня. В тот же «Старбакс».

Неужели он что-то придумал? Еще два часа назад, казалось, он так всему этому противился. Во время стремительной поездки через весь город я поняла, что особо не ожидала его помощи, и уже смирилась с тем, что поеду одна. Из всех людей, подумала я, из всех коллег это должен был быть именно он: парень, который ненавидел меня. Ветеран морской пехоты, говорящий исключительно односложно. Вообще он совсем не походил на морского пехотинца. Потом меня захлестнула мимолетная, но острая печаль из-за того, что я толком не знала собственного отца, а вместо него жизнь подбросила мне таких неожиданных союзников. И эта мысль появилась во мне не под воздействием лекарств. Не во сне.

Кол показал себя немногословным человеком, но мне не нужно было долго объяснять, почему он ответил на мое сообщение. Я почувствовала перемену, когда пассажирская дверь со скрипом открылась. Он сел в машину, принеся с собой смесь запаха мыла «Айриш Спринг» и прохладного воздуха. Он взглянул на боезапас моего дяди позади нас.

– Осталось всего два дня до его отъезда? – резко спросил он.

– Да, два дня, – повторила я.

– Если можно что-то узнать об этом парне, то надо выяснить это довольно быстро – за сорок восемь часов.

– Вот именно.

Кол решительно сжал челюсти, словно именно в этот момент он решил, что будет мне помогать.

– Ладно, я в деле. Давай-ка приступим.

Я начала было благодарить Кола, но тот лишь покачал головой. Я видела, что никакой благодарности не требовалось. Перед ним будто лежали части головоломки, и он так же сильно хотел разгадать ее, как и я. Я решила его дополнительно не нервировать и выехала на проезжую полосу, которая двигалась в медленном темпе. Я вспомнила, как Кол сказал мне, что Оливия проводит эту неделю со своей мамой. Даже едва зная его, я поняла, что сейчас общаюсь с предыдущей версией Кола – простым воякой, преданным другом. Никакого циничного прагматизма повседневной жизни, никаких родительских обязанностей.

Кол задумчиво почесал подбородок.

– Итак, как ты планируешь войти и выйти из лаборатории так, чтобы этот парень, Мэтт, не заметил, что ты забрала его компьютер?

– Я еще не уверена.

Мне очень не хотелось в этом признаваться.

– Значит, в принципе никакого плана нет?

– Я буду импровизировать.

Мы продвинулись вперед еще на одно место на полосе. Колу не нужно было говорить очевидное: импровизация не сработает.

Его руки были сложены на коленях.

– Может, стоит провести мозговой штурм?

– Ты не хочешь кофе?

– Как давно ты не спала? – ответил Кол вопросом на вопрос.

Сон. Я все время забываю. Надо было подумать.

– Ну, позапрошлой ночью немного.

Он достал холщовый бумажник и начал расстегивать липучку. Я отмахнулась от денег Кола, заказывая в потрескивающий динамик кофе для нас обоих. Через минуту из наших бумажных стаканчиков уже поднимался пар. Я знала, что кофе обожжет мой язык, и это произошло – боль хорошенько встряхнула меня, и после нее за дело взялся кофеин.

Прохладный воздух дул в полуоткрытое окно, пока мы ехали.

– Ты ведь в IT работаешь, правильно? Нам нужен компьютер Мэтта. Как только мы его заполучим, сможешь ли ты его взломать?

Кол слегка вздохнул.

– По правде говоря, да. Я, вероятно, мог бы войти в его компьютер довольно легко, но, очевидно, мы не можем просто зайти и взять эту штуку. Ты знаешь кого-нибудь еще в этой лаборатории?

– Не думаю. – В моей памяти остались лишь обрывки воспоминаний о других лаборантах – рассказы, которые слушала вполуха, общие слова. Никто не вспомнит меня, не говоря уже о том, чтобы поверить мне или оказать крайне компрометирующую услугу. Если бы эта лаборатория была нормальным местом, я бы предположила, что там сегодня вообще никого нет: кто сможет работать, узнав о Сэнди? Однако их лаборанты совсем из другого теста. Они работают еще усерднее, если на них давит стресс.

– Ты кого-нибудь из них знаешь? – спросила я. – Скажем, по софтболу?

– Нет.

– Я видела доктора Сильвера… однажды.

Кол нахмурился.

– Пи Ай.

Перед глазами встал его образ – аккуратная седая борода и любопытные глаза. Теплый, приветливый голос.

– А. Ну да.

Кол начал просматривать веб-сайт медицинского центра на телефоне, перемещаясь по справочнику.

Во мне снова начало расти беспокойство.

– Что, если Мэтт удалил или уничтожил все, что могло бы его дискредитировать?

Кол глухо подул на кофе через пластиковую крышку. Дальше, в Вест-Энде, горизонт перекрыл облака, как черная линия на «Напиши и сотри».

– Об этом я бы не беспокоился, – сказал он. – Все можно найти, уж поверь мне.

Я посмотрела на него, продолжая управлять машиной. Порыв ветра с резким свистом сотряс грузовик. Я подняла глаза, когда впереди раздался пронзительный звук автомобильного сигнала. Задняя фара. Чуть не врезалась.