Загадка шотландского браслета - Анна Штерн

«Я ничем не должна показывать своего страха. И мне необходимо как можно быстрее вернуться домой в Россию!», – приняла решение Вика и, немного успокоившись и взяв себя в руки, встала и еще раз подошла к зеркалу удостовериться, что выглядит вполне нормально: неиспуганной и уверенной в себе.

В это время Брюс мерил спальню шагами, не зная, что думать и как лучше поступить. Виктория вела себя как ни в чем не бывало, словно она и вправду ничего не помнила, но как узнать, так это на самом деле или нет? «Даже если это какая-то болезнь, – рассуждал мужчина, – то в этом нет ничего ужасного. Главное, чтобы она не причинила себя вреда во время очередной вспышки. Да и потом, возможно, есть лечение, гипнотерапия или еще что-то. Только, вот, почему она молчит? Хотя вполне допустимо, что она ничего не помнит. А если это все же был просто кошмар? Дурной сон?».

Поняв, что догадками он только еще больше изведет себя и запутает мысли, Брюс сел на край кровати и обхватил голову руками. Он просидел так совсем недолго, ведь через пару минут в комнату зашла улыбавшаяся Виктория. Правда ее улыбка показалась мужчине несколько наигранной, но Брюс все же обрадовался, что она чувствовала себя вполне нормально.

– Пойдем вниз, – предложила Вика, продолжая стоять в дверях, не делая попытки подойти ближе.

– Да, конечно, – согласился мужчина и последовал за девушкой.

Эван как обычно дремал перед телевизором, когда они зашли в гостиную. Старик встрепенулся и радостно улыбнулся молодым.

– Много же ты спишь, девочка, – сказал ей Эван, улыбаясь.

– Это все ваш горный воздух. Пойду поставлю чай, – ответила Вика и оставила мужчин вдвоем.

Брюс молча сел на диван и ничего невидящим взглядом уставился на экран телевизора.

– Сынок! – позвал его Эван, – эй, сынок!

– Да, пап, – наконец отозвался Брюс.

– У вас все хорошо?

– Просто отлично.

– По тебе не скажешь. Что-то стряслось? Ты знаешь, своему старику ты можешь рассказать обо всем.

– Не о чем беспокоиться. Просто волнуюсь за завтрашнюю поездку и то, как ее перенесет Виктория, к тому же некоторые дороги покрыты снегом.

– Ах, а я-то уж подумал… Ты всегда отлично водил. Справишься! Утром только прикрепи цепи на шины и все дела. Долетишь до своей Англии, как миленький.

Брюс действительно переживал за поездку, но в тот момент, конечно, его мысли занимала Виктория, а не заледенелый асфальт. Через пару минут в комнату вошла и сама Вика, держа в руках поднос с чашками чая на нем: для Брюса и Эвана с молоком, а для себя с лимоном. Оба мужчины всегда потешались над ее привычкой класть в чай лимон, да еще и пить его без сахара и молока, на что Вика обычно просто закатывала глаза. Ей самой казалась странной их нелепая и где-то даже навязчивая привязанность к чаю с молоком, который они пили чуть ли не каждый час. Однако в тот вечер никто не обмолвился о чае. Все говорили о чудесно проведенном времени, Шотландии, местах, которые обязательно нужно посетить в следующий приезд Брюса и Вики, а также об истории страны. Говорил в основном Эван и только Брюс иногда добавлял что-то от себя, в то время как Виктория молча кивала и улыбалась им обоим. Девушка хоть и сидела рядом с Брюсом, старалась не прикасаться к нему даже коленом, что не укрылось от мужчины, который пару раз сделал попытку подвинуться ближе, но девушка едва заметно отстранялась.

В такой странной атмосфере и прошло все чаепитие, после которого Вика, пожелав спокойный ночи Эвану и Брюсу, поднялась наверх. Ее примеру вскоре последовал и Брюс, в тайне желая поговорить с девушкой наедине и выяснить причину ее холодности. «Не могла же она прочитать мои мысли», – рассуждал Брюс, заходя в спальню.

Виктория уже переоделась в ночную сорочку и сидела напротив туалетного столика, расчесывая волосы. Брюсу показалась, что девушка слегка вздрогнула, стоило ему зайти в комнату.

– Уже ложишься? – спросил он, хотя это и так было очевидно.

Вика кивнула и продолжила заниматься волосами. Решив пока что помолчать, Брюс повернулся к ней спиной и начал раздеваться и складывать свои вещи в шкаф. Пока мужчина снимал с себя одежду, он не переставал ощущать у себя на спине взгляд Виктории, прожигавший, казалось, до костей. Однако повернувшись к девушке, он застал ее наносившей крем на лицо.

– Я почитаю немного перед сном. Ты не против, если пока ночник останется включённым? – спросил мужчина, ложась в кровать.

– Нет, – только и ответила девушка.

– Все в порядке? Ты очень тихая сегодня.

– Все отлично. Немного нервничаю перед поездкой назад. Вот и все. Не о чем беспокоиться, – сказала Вика и, забравшись в постель, поцеловала Брюса в щеку.

Мужчина, конечно, хотел большего, но после легкого поцелуя, Виктория тотчас отвернулась от него и легла на бок.

– Спокойной ночи. Утром разбудишь меня? – спросила она напоследок.

– Да, конечно. Хороших снов, дорогая.

Проклиная себя за нерешительность, Брюс скрестил руки на груди и уставился на стену. Он понимал, что делает что-то не так и, похоже Виктория явно озабочена чем-то, но спросить напрямик так, чтобы девушка наконец заговорила, у него не хватало духу. «Она такая хрупкая и так резко реагируют на разные вещи. Что, если она испугается и просто уйдет?», – думал Брюс, не желавший терять девушку. Пролежав без движения несколько минут, мужчина все же взял книгу – детектив, купленный на заправке по дороге в Шотландию, и принялся за очередную главу довольно скучной и предсказуемой истории.

Прошло около получаса пока Вика заснула. Девушка слегка дернулась, проваливаясь в сон, после чего все ее тело расслабилось, а напряженное выражение пропало с лица. Заметив, что девушка спит, Брюс слегка склонился над ней, желая удостовериться, что все в порядке. Одна рука девушки лежала под головой, а вторая возле щеки. Мужчина обратил внимание, что подаренное им кольцо все еще у нее на пальце и несколько успокоился, но тут он заметил темные кровоподтеки по всей длине руки девушки.

– Ох, нет, – тихо сказал Брюс и сердце его болезненно сжалось.

«Она все же может причинить себе вред», – подумал он и, отодвинувшись, лег на свою половину кровати. Синяки на руках говорили ему о том, что во время припадка девушка не контролировала себя и, вероятно, ударяла руками по всему, что находилось вокруг нее, а возможно, и просто сжимала саму себя настолько сильно, что оставила синеватые следы.

«Это ведь не первый случай такого странного поведения, – начал вспоминать Брюс, – первый раз это случилось тогда в Стратфорде, когда она заплаканная вышла ко мне. Я тогда ничего не понял и поверил в ее историю с кошмаром, но потом она заснула также крепко, как и сегодня. Да и тут она вела себя странно и смотрела на меня порой, как на врага».

Поняв, что другого выхода, кроме как разговора на чистоту нет, Брюс решил, что, приехав домой в Англию и дав девушке отдохнуть, обязательно переговорит с ней. Возможно, все не так уже и плохо, и он ее не потеряет. Несколько приободрённый этой мыслью и в то же время напуганный увиденными кровоподтеками, Брюс выключил ночник и лег спать, ведь завтра ему предстояла долгая и утомительная поездка.