Кровь избранных - Кай Дзен

В пустой комнате на столе лежал бумажный журавлик с клювиком и сложенными крылышками. В пыльном дворе какой-то маленький мальчуган играл с Овилло. В нескольких километрах от Вильи-Хайес в междугородном автобусе сидели Фелипа и Отару, на коленях у них лежала карта.

— Как только прибудем в Асунсьон, я смогу снять еще денег, — произнес Хиро. — Хофштадтер назвал мне номер здешнего банковского счета. А потом решим, что делать и куда двигаться.

Девушка постучала пальцем по звездочке, обозначавшей на карте Асунсьон:

— Что делать, я не знаю, а вот двигаться, думаю, надо в Буэнос-Айрес.

День ото дня японца все больше поражала сила воли Фелипы. Девушка рассказала, что только по случаю его приезда Хофштадтер решил объявить ее простой служанкой, а на самом же деле она была любовницей Дитриха. Хиро начинал понимать, почему штурмбанфюрер ею увлекся. Первой женщиной японца стала проститутка из борделя в Осаке. В студенческие годы он привык делить время между университетом, работой и публичным домом. Год шел за годом, но ни одна дама так и не задела сердца Отару. И только родителей ученый вспоминал с любовью.

— Хиро, вы меня слушаете?

Он задумчиво прищурился:

— Извини. Так о чем шла речь?

— О том, что мы не знаем, куда ехать из Асунсьона. Или в Буэнос-Айрес, или… — Впервые после отъезда на губах Фелипы заиграла улыбка без оттенка печали.

— Я приехал в Южную Америку четыре года назад из Европы. Не спрашивай зачем, это длинная история. Тогда я стремился в аргентинскую столицу, но теперь обстоятельства изменились. Мне надо вернуться в Японию. — Поправив очки, Отару продолжил: — Единственный путь туда, минуя Соединенные Штаты и Европу, — по морю. Корабли в мою страну отправляются только из Лимы.

— Длинное путешествие, как бы по дороге чего не случилось… — Девушка задумалась. — Вы считаете, вас будут искать?

— Именно поэтому легче затеряться в больших пространствах. Они решат, что я захочу убраться отсюда как можно скорее и станут дожидаться в аэропорту Буэнос-Айреса или Рио, где есть международные линии.

— Ехать в Перу — значит провести еще много дней в пути. И почему вы решили, что за судами, отплывающими из Лимы, тоже не следят?

— У меня нет другого выбора.

— Это так важно? — поинтересовалась креолка, взглянув на багажный отсек, где лежал чемоданчик. И тут же прикусила губу.

Проследив за взглядом Фелипы, японец снял очки и принялся протирать их платком:

— Теперь я и сам не знаю, важно или нет.

В Асунсьоне, на Авенида-Колон, между дворцами колониальной эпохи и зданиями в стиле модерн, сновало множество народу. Не смолкая гудели автомобили. Стиснув в руках чемоданчик, Хиро сидел на скамейке. Он надвинул на глаза фетровый котелок, чтобы восточные черты лица стали менее заметны. Японец плохо переносил наступившие холода и первым делом, как когда-то, купил себе пальто. Фелипа уже на полчаса опаздывала на встречу.

Отару дал ей ключ от ячейки и код авторизации. Вполне возможно, что если люди из УСС идут по следу, то они наблюдают и за банками в столице.