Красный Треугольник - Антон Чиж

Пакеты, полные еды, зашвырнул в помойку, чтобы у бомжей сегодня ночью был пир. Набрав код на двери подъезда, Тимур распахнул створку, но замешкался на пороге. Мелькнула узкая тень и с металлическим звоном впилась в створку. Удар был такой силы, что зубчики вгрызлись по основание и застряли. За дверью кто-то лихорадочно дергал, пытаясь вернуть оружию боевое состояние.

Он не стал раздумывать, откуда в мирной новостройке взялся махобой, а кинул резиновый мячик. Раздался смачный шлепок. Черный шарик отпрыгнул в ладонь, а за железной створкой чье-то тело, шурша, повалилось на землю. Тимур был уверен, что одного удара достаточно, но руку держал наготове, когда шагнул внутрь. Волнения и даже беспокойства он не испытывал. Как будто так и должно было случиться.

Лампочку коварно свинтили. На краю темноты лестницы и света дворовых фонарей корчился дождевик, согнутый до земли, как в молитве. Незнакомец убаюкивал рану ладонями. А махобой-то у него был Машкиной модели.

По-уличному резво Тимур саданул своего не-убийцу по печени, парень свалился на бок, но лицо не открыл, сквозь пальцы сочились бурые ручейки. Мячик поразил нос, раненый тихо постанывал. Медлить было нельзя, каждую минут могли появиться соседи.

– Встать! – приказал Тимур и попробовал вырвать махобой. Зубцовка засела крепко, но поддалась усилию.

Пошатываясь, убийца-неудачник поднялся, оказавшись сильно ниже Тимура, и двинулся вон из подъезда.

Тимур схватил его за шиворот:

– Не спеши, еще не познакомились.

Человек замер.

– Это тебе не поможет, – заговорил он гнусаво, как комический персонаж, у которого в кровавой вмятине исчезла часть лица.

– Кто послал?

Тот закашлялся и выплюнул багровый сгусток.

– Говори, или поведу в ментовку. У меня там хорошие знакомые. Они тебя не так обработают.

– Не поведешь, – улыбнулся тип сквозь мучение.

– Почему?

– Нельзя сказать о Треугольнике.

– Мне пофиг твой треугольник. Было покушение на мою жизнь, и я задержал нападавшего. Выкладывай. Федор, то есть Тимур Нарзиев тебя подослал?

– Ты не понимаешь…

– Чего?!

– Возвращенец не должен жить.

– А что так?

– Слишком сильный для Далёка. Нарушит гармонию…

Лицо ночного гостя толком было не разглядеть, ничего в нем особенного не наблюдалось, неспортивный хлюпик, как только махобоем себя не прикончил.

– И что мне делать? – неожиданно спросил победитель.

– Выбора нет, – прогнусавил тот и побрел в сторону шоссе.

Наверное, полагалось пребывать в страхе или впасть в панику, но наступило облегчение, как в первые минуты под душем. Обождав, пока пошатывающийся недо-убийца скрылся за углом дома, Тимур осмотрел двор, задушенный легковушками, скрутил махобой и поднялся в квартиру в отличном настроении.

Лечь спать? Нереально. Требовалось усмирить проснувшуюся энергию. И он позвонил Юльке. Извергнулся поток женских обид, что пропал, затем водопад слез о том, что, как последняя дура, связалась с таким мерзавцем, после чего несгибаемая девица согласилась «бросить все дела».

Примчалась и с порога кинулась на шею. Тимур механически сжал упругое тельце и ничего не почувствовал. Юлька нежно покусывала и всасывала его язык, но ощущение физического равнодушия тормозило.

Она потерлась щекой, нежно, как ей казалось, сжала у него в паху и томно шепнула:

– Я в душ.

С Тимуром творилось что-то совсем не то.