Бумага Мэтлока - Роберт Ладлэм

Мэтлок, Крессел и Лоринг стояли молча и неподвижно. Они слышали, как открылась и закрылась входная дверь. Крессел повернулся и посмотрел на Лоринга.

— По-моему, вас поставили в затруднительное положение.

— Я привык. Сейчас вы поймете, чем вызвана наша встреча. Дело в том, что я работаю в министерстве юстиции, в бюро по борьбе с наркотиками.

Крессел опустился на стул и стал потягивать скотч.

— Вряд ли вы приехали сюда, чтобы рассказать нам, что сорок процентов студентов употребляют марихуану и кое-что другое. Ибо если так, то ничего нового вы нам не сообщите.

— Нет, я не затем приехал сюда. Я полагаю, это вам известно. Это всем известно. Только процент, пожалуй, сильно занижен.

Мэтлок допил бурбон, подошел к бару и налил себе еще.

— Занижен или нет, но, если сравнивать с другими университетами, у нас нет оснований для паники, — заметил он.

— Из-за этого — никаких, но речь идет не об этом.

— А о чем-то другом?

— И весьма серьезном. — Лоринг подошел к письменному столу Силфонта и нагнулся за стоявшим на полу чемоданчиком. Он явно уже побеседовал с ректором до прихода Мэтлока и Крессела. Положив чемоданчик на письменный стол, Лоринг открыл его. Мэтлок тем временем вернулся к своему стулу и сел. — Я хотел бы вам кое-что показать.

Лоринг вытащил из чемоданчика толстый лист серебристой бумаги, неровно разрезанный по диагонали чем-то вроде садовых ножниц. Бумага была грязная и захватанная. Лоринг протянул ее Мэтлоку. Крессел встал и подошел к ним.

— Это какое-то письмо. Или объявление. С цифрами, — сказал Мэтлок. — Написано по-французски, нет, скорее по-итальянски. Что-то не могу понять.

— Браво, профессор, — сказал Лоринг. — И на том и на другом языке. А вообще-то на корсиканском диалекте. Называется он олтремонтанским, и говорят на нем в горной части страны, на юге. Как и этрусский, он очень плохо изучен. Но код настолько прост, что его даже кодом не назовешь. Да они и не собирались пользоваться тайнописью. В общем, информации вполне достаточно.

— А именно? — спросил Крессел, беря у Мэтлока странную на вид бумагу.

— Прежде всего, я хотел бы объяснить, как она к нам попала. Без этого объяснения вы ничего не поймете.

— Мы слушаем. — Крессел вернул бумагу Лорингу, и тот бережно положил ее в чемоданчик.

— Курьер торговцев наркотиками — то есть человек, который едет в страну или регион, поставляющий наркотики, с инструкциями, деньгами, письмами, — отбыл полтора месяца назад. Но это был не просто курьер, а достаточно влиятельная фигура в иерархии, занимающейся распределением товара. Возможно, он проверял инвестиции. Его убили горцы в Торос-Даглары — это в Турции, в районе, где выращивают сырье. Судя по всему, он отказался там от поставок, после чего его убрали. Мы принимаем эту версию: действительно, торговцы наркотиками уходят из Средиземноморья, перемещаются в Южную Америку... Бумага была найдена на теле убитого, в кожаном поясе. Как видите, она побывала во многих руках. И цена на нее от Анкары до Марракеша росла. Наконец тайный агент Интерпола приобрел ее и передал нам.

— Да, далекое путешествие. Из Торос-Даг... как вы там сказали... в Вашингтон, — заметил Мэтлок.

— И к тому же дорогостоящее, — добавил Лоринг. — Только она сейчас не в Вашингтоне, а здесь. Из Торос-Даглары в Карлайл, штат Коннектикут.

— Полагаю, это не случайно. — Сэм Крессел сел, не сводя с Лоринга настороженного взгляда.

— Конечно. Информация, содержащаяся в этом документе, имеет отношение к Карлайлу. — Лоринг говорил спокойно, опершись на письменный стол; голос его звучал обыденно. Он производил впечатление учителя, объясняющего ученикам скучную теорему, которую, однако, надо знать. — Здесь говорится, что десятого мая, то есть через три недели, считая с завтрашнего дня, состоится конференция или совещание. Цифры соответствуют географическим координатам района Карлайла — долгота и широта по Гринвичу с точностью до минут. Эта бумага — одновременно приглашение и пропуск на конференцию. У каждого такого листа есть вторая половина, или же он имеет определенную форму и его можно сравнить с образцом — простейшая мера предосторожности. Нам не хватает лишь точного места встречи.

— Одну минуту, — негромко, но резко произнес Крессел. — Не забегаете ли вы вперед, Лоринг? Вы еще не изложили нам своей просьбы, а уже сообщаете информацию, причем явно закрытую. Администрация университета не имеет ни малейшего желания превращаться в сыскную службу правительства. Так что для начала будьте любезны сказать, чего вы от нас хотите.

— Прошу извинить меня, мистер Крессел. Вы сказали, что я попал в затруднительное положение, и вы правы. Я действую крайне неумело.

— Как бы не так! Вы же профессионал.

— Подождите, Сэм. — Мэтлок поднял руку, удивленный необъяснимой враждебностью Крессела. — Силфонт сказал, что мы вправе отказаться от любого предложения. И если мы откажемся — а скорее всего, мы так и сделаем, — то хотелось бы принять это решение осознанно, а не импульсивно.

— Не будьте наивным, Джим. Стоит вам узнать закрытую или секретную информацию — и вы мгновенно становитесь причастны к делу. Вы же не можете отрицать, что получили определенные сведения.

Мэтлок взглянул на Лоринга.

— Это правда?

— До некоторой степени да. Не стану вас обманывать. — Тогда почему мы должны вас слушать?

— Потому что это связано с университетом Карлайла. Уже в течение многих лет. И положение критическое. Предельно критическое, так как у нас всего три недели, чтобы предпринять какие-то шаги на основе этой информации.