Конго Реквием - Жан-Кристоф Гранже

Морван налил ему кофе. За стеклами темных очков он казался еще более непроницаемым, чем всегда. На нем была розовая льняная рубашка и безупречные кремовые брюки. Рядом с ним Эрван всегда себя чувствовал одетым как бомж.

– Безапелляционность молодости… – пробормотал Грегуар.

Тон был ироничным: Эрвану перевалило за сорок. Тот в свою очередь нацепил дымчатые очки – лучше сражаться на равных – и выпил кофе, безвкусный и чуть теплый. Зато круассан оказался намного лучше.

– Вот что сделаем, – продолжил Эрван, – мы друг к другу больше никакого касательства не имеем. Езжай на свои рудники, я разберусь сам.

– По-прежнему собираешься отправиться вверх по реке? «Апокалипсис сегодня»^[6] в Конго? Лучше обратись к первоисточнику, роману Конрада, который…

Он уже не слушал, думая о том фантастическом зрелище, которое подарили ему рассветные дожди. Через открытое окно он любовался мириадами искорок с металлическим отливом, заливающих землю, пока в воздухе еще висел запах гари. Конечно, этот выплеск смоет следы пожара, но здесь никто и не подумал убрать под навес качели и столы со стульями: все оставалось на откуп самой обильной росе в мире.

Еще один круассан. Чем больше Старик говорил, тем быстрее к Эрвану возвращался боевой задор. Ненависть к отцу всегда была его самой мощной движущей силой.

– Ты все же позволишь дать тебе пару советов?

– Может, хватит разыгрывать из себя короля Конго?

– Мое царство не простирается дальше Лубумбаши, в этом все и дело: там тебе придется вести себя тише воды ниже травы. На севере мое имя ничем тебе не поможет.

– А я и не думал им пользоваться.

– А о разрешениях ты думал?

Эрван проглотил ругательство. Полностью поглощенный мыслями о расследовании, он совершенно не подготовился к самой поездке.

– О каких разрешениях? – осторожно осведомился он.

– От главы провинции, от Министерства туризма, от MOBUSCO, от служб восстановительных работ, от рудничного комитета… Кандидатов на рэкет много.

– Я еще ничего не сделал, – признал он.

– Начни с самых верхов, чтобы заткнуть пасть остальным. А главное, не говори точно, куда направляешься.

– А когда окажусь на месте?

– Заплатишь, только дороже, и все дела. – Морван положил ладони на стол, словно разворачивая карту Катанги. – Предположим, ты добудешь бумаги и найдешь птичку, чтобы переправить тебя в Анкоро… Потом загрузишься на пресловутую баржу. Так?

– Так.

– Ты эти баржи уже видел?

– Нет.

– Обычно они плавают спаренными. В них несколько сотен метров в длину, и на них грузят все, что можно: целые семьи, скот, провизию, стройматериалы, топливо, солдат, священников, проституток… Весьма любопытное зрелище. Этакий местный колорит.

– И сколько времени добираться до Лонтано?

– Не один день. Правил здесь не существует. Сейчас, учитывая угрозу войны, остановки всякий раз очень короткие. Выгружают людей, припасы, медикаменты от всяких неправительственных организаций, иногда оружие, и тут же отплывают, пока их не засекла какая-нибудь милиция…

– А на обратной дороге, когда баржи возвращаются?

– Они не возвращаются. По крайней мере, оттуда.

– Но ведь есть какие-нибудь суда, которые возвращаются в Анкоро, верно?

– Возможно, но, если ты останешься в Лонтано, твои шансы выжить равны нулю. Тебе придется провести свое расследование за несколько часов стоянки. После чего поднимешься обратно на борт и возблагодаришь Бога за то, что еще цел.

– Ты предложил подбросить меня туда на одну-две недели.

– С моими людьми в качестве сопровождения. Один ты там и дня не продержишься.

– Абсурд какой-то…

– Заметь, я тебя за язык не тянул. Вся эта экспедиция – ради одного-двух часов на месте…

В голове у него мелькнул вопрос явного новичка.

– А река – это уже Конго?

– Верхнее течение – это Луалаба. Ты захватил с собой хинин?

– Я взял лариам.

– И ошибся: мефлохин может дать чудовищные побочные эффекты. Я видел, как парни реально сходили с ума, слепли или валились от сердечных приступов – и все из-за этого дерьма.

Эрван промолчал с видом «мне давно не десять лет».

– Ты уже бывал в тяжелых странах? – продолжал настаивать папаша.

– Я ездил в Индию за Лоиком.

– Ничего общего.

– Еще я был на задании в Гвиане и…

– Это Франция.

– Что ты пытаешься мне сказать?

Морван склонился к нему на манер старого пирата в таверне:

– Что Конго-Киншаса живет в каменном веке. Старайся не пораниться: сдохнешь от заражения крови за сорок восемь часов. Никогда не пей неочищенную воду. Мажься репеллентами: главный переносчик заразы в джунглях – насекомые.

– Я привез с собой аптечку.

– Тогда держись за нее, как за свой обратный билет. И уж конечно, не прикасайся к черной женщине.

Морван поднял с пола рюкзак «Eastpak» и положил его себе на колени. Достал оттуда завернутый в тряпку предмет и положил его на стол между кофе и круассаном.

– И не говори, что я о тебе не забочусь.

Эрван приподнял край ткани и обнаружил пистолетную рукоятку из черного полимера с логотипом «Glock», в котором G служило рамкой для остальных букв.

– Обоймы в рюкзаке, – уточнил Грегуар, убирая туда же и оружие. – Надежная штука, прямо со складов военных из MONUSCO.

Эрван постарался не показать, что шокирован.

– Я тебе благодарен, но не думаю, что он мне понадобится.

– Ты вообще мало думаешь, а поэтому слушай меня. – Морван снова запустил руку в рюкзак и на этот раз достал мобильный телефон большего размера, чем обычный, снабженный внушительной антенной. – Это «Иридиум». С ним ты сможешь позвонить мне откуда угодно, даже из самой забытой богом задницы в лесу, для того он и сделан.

– Ты хочешь сказать – если возникнут проблемы?

Он подпустил в голос иронии, вызывающей и бессмысленной.

– Я буду километрах в пятидесяти выше по реке и смогу получить в свое распоряжение самолет в течение двадцати четырех часов. Мой номер уже введен в память.

Эрван поклялся себе ни за что не связываться с отцом. Он осознавал, до какой степени двусмысленно его расследование: он искал убийцу Катрин Фонтана, втайне надеясь, что им окажется его собственный родитель, а именно родитель его сегодня и защищал.