Сценарий - Генри Сирил

Если вам нужно провести кого-то странным, нелепым маршрутом, говорите ему, что это сюрприз. Не усложняйте. Если человек вам доверяет, этих двух слов вполне хватит. Это сюрприз – и можете завести их в темный подвал заброшенного дома. Если это ребенок, который верит вам, – не усложняйте. В этом нет смысла.

Ангар, с которого мы с Дорой собираемся запустить воздушного змея, находится на юго-западе от Брентвуд-парка, если смотреть на Оак-стрит. Дора знает это, но мы катим наши велики в сторону Секонд-стрит, потому что…

«Это сюрприз».

«Ну расскажи! Мне же интересно!»

«Увидишь. И не отставай!»

Если светит летнее солнце, если самое страшное, что может представить ваш спутник, – это двойка по алгебре, – вам не нужно ломать голову. Достаточно двух слов: это сюрприз.

«Блин. – Она смеется. – Ненавижу сюрпризы. Мне не хватает терпения. Ну скажи!»

«Почти приехали».

Мы останавливаемся на парковке за два здания от пиццерии «Джузеппе». Потому что здесь есть то, что мне нужно. В нескольких ярдах от нас над входом в станцию по проверке смога висит камера видеонаблюдения. И еще одна на торце антикварной лавки. Мы в их поле зрения.

«Чего мы остановились?»

Если с вами тот, кто доверяет вам, не стоит ломать голову, выдумывая что-то сложное.

«По-моему, у меня спустило колесо».

«Да нет, все нормально».

И мы едем дальше.

Останавливаемся перед бледно-оранжевой вывеской пиццерии.

«Подожди меня тут, я мигом», – говорю я Доре.

В «Джузеппе» отвратительное вишневое мороженое. Оно похоже на безвкусные красноватые холодные сопли. И все-таки мы купим его именно здесь, в пиццерии без единой камеры наружного наблюдения. Вероятно, Джузеппе не сильно переживает о безопасности своего заведения.

Если тот, кому вы верите, ведет вас странным маршрутом, что вы подумаете? На каком месте в списке предположений будет стоять «меня хотят убить, а сейчас убийца просто обеспечивает себе алиби»?

Подойдя к кассе, я оглядываюсь. Голова Доры с пышной копной кудрявых волос мелькает в стекле двери. Это вижу я. Значит, видит и кассир.

Я выхожу на улицу и протягиваю Доре вафельный рожок с подтаявшим красным шариком сверху.

«Мороженое? Это и был твой сюрприз?»

Дора разочарована. Дора ожидала чего-то большего.

Но если тот, кому вы доверяете, ведет вас странным маршрутом, на какое место в списке предположений вы поставите «отстойный сюрприз»? Явно выше предположений «алиби» и «убийство».

«А что, ты не любишь мороженое? Ну давай мне, я с удовольствием управлюсь вместо тебя».

«Ну уж дудки!» Дора улыбается. Дора забывает о том, какой странный маршрут мы проделали вместо того, чтобы сразу поехать к ангару, по пути к которому полно мест, где делают мороженое намного вкуснее этого.

* * *

Я поднял твой рюкзак и открыл его, Эндрю.

Тем выстрелом, сам того не желая, я освободил тебя. Подарил шанс на новую жизнь, без душевной боли и страданий. Жизнь с чистого листа. Я и теперь заклинал тебя оставить свои вопросы в прошлом и уйти. Но ты остался. Ты жаждал правды.

Я поднял твой рюкзак.

Правда в том, что мы оба виноваты в их смерти. Мы оба недоглядели за ними.

Правда в том, Эндрю-детоубийца, что в тот вечер оборвались две жизни.

С окровавленными лицами и багровыми следами на шеях, они лежали в паре футов друг от друга. Это их кровь я видел на металлических внутренностях старых машин. Софи Гаррет и Дора Гудман. Четырнадцати и десяти лет.

Это были моя дочь и твоя младшая сестра.

Я поднял твой рюкзак, Эндрю. И раскрыл его.

Распухший от времени и бесконечно перечитываемый тобой, там лежал дневник с ее именем на матово-красной обложке.

Дневник моей Софи.

* * *