Линия крови - Джеймс Роллинс

Хуже всего, что подобный «рынок» развивался лишь в одном направлении — от бедных к богатым. И это приводило к нежелательному побочному эффекту в плане ценообразования. Цена на человеческие органы неуклонно повышалась и никогда не снижалась.

Внимание Кэт привлекло какое-то движение. Дверь красного дерева отворилась, и в приемную вошел сурового вида мужчина лет сорока с небольшим. Угольно-черные волосы, рост не меньше шести футов, а поверх дорогих темно-синих брюк, белоснежной сорочки и алого галстука накинут лабораторный халат до колен. Лиза поднялась ему навстречу, и улыбка на лице мужчины стала еще шире.

— Добро пожаловать в НЦИО, — сказал он и пожал ей руку.

Это был доктор Пол Крэнстон, директор клиники. Кэт знала о нем буквально все, даже номер карточки социального страхования, даже последнюю отметку в паспорте о пересечении границы Новой Зеландии.

Он провел Лизу из приемной в свое святилище. Как только за ними закрылась дверь, отворилась другая, рядом со стойкой приемной. На пороге стоял мужчина, судя по всему, санитар. Он походил на питбуля в комбинезоне. Большеглазая женщина кивнула Кэт.

Та шагнула вперед.

— Следуйте за мной, — буркнул мужчина, даже не удосужившись спросить ее имя.

Кэтрин поспешила за ним и остановилась лишь на секунду — взять со стойки карточку. Действовала она при этом крайне неуклюже и умудрилась сбить и перевернуть коробку, в которой лежали карточки. Содержимое рассыпалось по стойке.

— Ой, извините, — сказала Кэт и протянула руку, собираясь помочь собрать разлетевшиеся карточки.

Женщина вздохнула, нагнулась и подобрала несколько карточек с пола, рядом со своим стулом. Кэт воспользовалась этим моментом и незаметно сунула шариковую ручку, которую держала в руке, в стаканчик для письменных принадлежностей. В ручку была вмонтирована крохотная камера, передававшая аудио- и видеозапись на специальный микрочип. А маленькая антенна обеспечивала дальнейшую передачу всей этой сохраненной информации на мобильный телефон.

В сумочке у Кэт было еще четыре таких ручки; она должна была разместить их во всех стратегических ключевых точках клиники — ну, или, по крайней мере, в тех, куда можно было получить доступ, не вызывая подозрений. Если представится случай, то бестолковая девушка из провинции вполне может заблудиться в этих коридорах и заглянуть туда, куда не полагается…

Но сперва ей надо было сыграть свою роль.

— Идите, идите, — сказала пучеглазая, указывая на дверь.

Кэт робко извинилась и поспешила за санитаром. И он вывел ее из мира райских садов и бархатных обивок в стерильную зону покрытых винилом полов и белых стен. За роскошным фасадом и притаилась настоящая клиника, где обстановка была скудной и носила чисто утилитарный характер.

И вот они дошли до короткого застекленного перехода, связывающего главное здание с более скромным строением в дальней части сада. По дороге Кэт отметила, что все четыре здания клиники были связаны между собой точно таким же образом. Здесь, в переходе, не было никаких кондиционеров, помогающих уберечься от летнего зноя. Она окинула внимательным взглядом окна на фасадах зданий по обе стороны. Стекла толстые, наверняка пуленепробиваемые. Что и неудивительно — ведь клиентами клиники часто были знаменитости и богатые иностранные граждане. Так что защита не помешает.

И, однако же, при виде всего этого по спине у Кэт пробежал неприятный холодок — даже несмотря на отсутствие кондиционеров. Просто тюрьма какая-то, а не больница.

Они вошли в следующее здание, и Кэтрин отвели в небольшую смотровую комнату, одну из длинного ряда помещений в этом крыле. Санитар передал ей несколько бланков, которые следовало заполнить.

— Сидите и заполняйте, каждую строчку. Через несколько минут к вам подойдут.

И он ушел с тем же скучающим видом, с каким пришел.

Она принялась заполнять бланки и вдруг услышала, как щелкнул замок. Подошла к двери, подергала за ручку.

Заперто.

Кэт нахмурилась, на секунду ее охватила паника. Возможно, у них просто принято запирать двери, чтобы сохранить конфиденциальность. Как бы там ни было, но задание надо выполнить. Она продолжит свою игру — но в этом месте явно что-то не так.

Одна надежда, что с Лизой они будут обращаться получше.

12 часов 18 минут

— Вот видите, здесь мы выполняем все наши работы, — сказал доктор Пол Крэнстон, останавливаясь у огромной застекленной стены, за которой располагалась лаборатория по оплодотворению in vitro.[16]

Лиза окинула ее критическим взглядом. Не лаборатория, а просто идеал. Поделена на рабочие секции, оснащена лазерными сканерами и микроманипуляторами японского производства для искусственного оплодотворения. Все соответствовало общепринятым стандартам — начиная от камеры Маклера для быстрого анализа спермы и заканчивая автоматическими анализаторами, специальными камерами для согрева и криогенного хранения.

Ее «туристический» маршрут включал также знакомство с хирургическим отделением, предназначенным для отбора яйцеклеток и имплантации эмбрионов. Один только вид этой высокотехнологичной операционной заставил бы устыдиться большинство клиник. Даже соседствующие с ней палаты для восстановления — все отдельные — словно сошли со страниц журнала «Аркитекчурал дайджест»[17]: изумительное льняное белье, приглушенное освещение и обстановка безупречного вкуса. Все это было призвано произвести впечатление на потенциальных клиентов.

И производило.

— У нас тут цикл замкнутого производства, — заметил доктор Крэнстон и выдал совсем уж ослепительную улыбку. — Здесь клиент находит все: от забора спермы и яичников до оплодотворения и имплантации. Мы также обеспечиваем нашему пациенту непрерывный мониторинг и всегда счастливы сотрудничать с ведущими терапевтами в этой области.

Лиза кивнула.

— Уверена, большинство моих клиентов предпочитают анонимность в лечении, и потому вашингтонские клиники для них исключены.

— Это понятно.

Взгляд врача задержался на ней на секунду-другую дольше, чем позволяют приличия. Очевидно, ему хочется узнать больше о тех, кого она представляет, просто он боится спрашивать напрямую. Лизе было создано железное прикрытие, направленное на проявление личной заинтересованности у главы клиники, и, судя по всему, она в этом преуспела. Ей устроили настоящий большой тур со всеми полагающимися почестями.

— Почему бы нам не пройти ко мне в кабинет? Я дам вам брошюры, где детально описаны все услуги, а также приведены списки расценок на них. И, разумеется, буду счастлив ответить на все ваши вопросы.