Мертвые не лгут - Саймон Бекетт

– Валите отсюда подобру-поздорову, – шепнул он мне, когда сэр Стивен отвернулся. – Я вам потом позвоню.

Кларк не удосужила меня вниманием, и я тоже был не склонен к любезностям. Мое лицо продолжало гореть, когда, негодуя на сэра Стивена, я шел по дорожке за дом к парковке, где стояли машины. Надутый идиот! Кто бы на его месте не поинтересовался, что за человека выловили полицейские из воды?

И почему этот человек в одежде его сына?

У выставленных для использованной защитной одежды корзин я так сильно дернул молнию комбинезона, что ее заклинило. И ругаясь сквозь зубы, продолжал тянуть, пока не сморщило ткань.

– Не задался день?

Я не заметил, что рядом кто-то есть. К ухоженному черному «Даймлеру» прислонился мужчина, и я узнал его больше по машине, чем по лицу. Щеки в оспинах – водитель сэра Стивена, тот самый, что был на устричной фабрике.

Он снова курил, и тонкая струйка дымка поднималась от наполовину сгоревшей сигареты в его руке. С его места была хорошо видна дорожка к дому, и он бросил на нее очередной взгляд.

– Не суетитесь, они еще разговаривают. – Я продолжал сражаться с наполовину расстегнутой молнией комбинезона.

Шофер, улыбнувшись, кивнул и затянулся. Он выглядел старше, чем я сначала решил, – скорее к пятидесяти, чем к сорока. И если бы не машина, я, пожалуй, его бы не узнал. Даже с отметинами от оспин, он был не из тех, кто выделяется в толпе. Черты лица хотя приятны, но невыразительны, аккуратно постриженные волосы неопределенного оттенка и с возрастом скорее выцветают, чем седеют. Плотность стройной фигуры выдавала человека сидячего труда – в своем темно-синем костюме из долговечной синтетики он мог сойти за бухгалтера или чиновника. Он мог сойти за кого угодно.

– Уж не очередное ли? – Он показал подбородком на группу у дома.

– Очередное что?

Его улыбка показала, что оно понял, что я пытаюсь увильнуть.

– Тело. Первое нашли в устье, второе вчера. Неплохой урожай.

– Это вы сказали, не я.

Насколько я знал, полиция не объявляла о второй находке. Утечка информации всегда возможна, но в данном случае надежной гарантией пресечения огласки служила удаленность местности.

Но водитель сэра Стивена явно что-то знал. Он пожал плечами и затянулся сигаретой.

– Как вам угодно. Я ничего у вас не выпытываю, только хочу подчеркнуть, что кое-что слышал.

– И что же именно?

– Если вы мне ничего не рассказываете, зачем мне вам что-то рассказывать?

Он улыбнулся, словно нашей общей шутке, но глаза среди смешливых морщинок оставались проницательными и настороженными. Он выпустил струйку дыма в сторону от меня.

– Так, треплюсь. Все, что мне известно: вчера объявилось еще одно тело. Одна из привилегий моей работы. Меня считают предметом мебели, забывая, что у меня есть тоже пара ушей.

Следовательно, кто-то сообщил о находке его работодателю, а он услышал. Интересно, информация поступила официально или в качестве любезности высокопоставленных друзей сэра Стивена?

Я промолчал, стягивая с себя испорченный комбинезон.

– Он всегда был таким.

Я поднял голову, стараясь разгадать, что бы значили его слова.

– Сын старика. – Шофер улыбнулся сквозь дым. – Из тех идиотов, котрым всегда чего-то не хватает.

От ответа я был избавлен и, кидая комбинезон в корзину, кивнул на дом.

– Ваш босс как будто закончил дела.

Он подобрался и бросил взгляд на приближающуюся группу хозяина и юристов – их разговор с Кларк продолжался недолго. Шофер без торопливости собрался, окурок исчез, словно по волшебству.

Не желая иметь ни с кем из них больше дел, я повернулся и пошел прочь.